Чтение онлайн

— Да у него отец ветеринаром был, пока его верблюдиха из Куртова стада на рога не подняла, — пояснил Том, — а у этого ветеринара книжек было целый шкаф, а еще комп Дику достался. Ясень пень умным станешь.

Ну ладно, — чему — то своему покивал солдат.

— Да и вообще ребята молодцы, что пошли служить, — продолжил солдат, почесывая под шлемом седую голову, — Миры посмотрите, себя покажете, жить научитесь. У вас тут разве чему научишься. Разве что верблюдов пасти. У вас тут на планете не одной полной школы, поди нет, — одни начальные.

— Почему же нет. Здесь в городе есть, — я поступать хотел, — веско сказал Дик.

— А че не поступил?

— Да здесь жить негде, а до дома далеко. Караван неделю идет.

Ну и чем тут гордиться? — усмехнулся солдат, — одна школа в городе из пяти улиц. Это не город, — это деревня. Да и такой плевый городишко один на неделю пути. Так что ребята служите как следует. Армия на пользу только тому, кто честно служит. А иначе в армии нельзя, мигом в жандармы слетите.

— Так они ж погонщики, их не в армию, их говорят и так всех в жандармы определят, — заметил молодой солдат.

— Ах да, я и забыл, — опечалился пожилой. — Ну, ничего ребятки, служат и там. Я слышал, в жандармах люди тоже ничего встречаются. Все от вас зависит — как себя поставите. А то, что я вас сбродом раньше назвал, так это я не со зла. Люди людьми становятся только после школы или армии, а до этого они сброд. А сброд, он и есть сброд.

Джон положил подбородок на руки, держащие оружие и его глаза стали следить за картинкой транслятора.

— Ну, вот кажись, подъезжаем, — через несколько минут произнес он и сладко потянулся.

В это время обе машины с лейтенантом и новобранцами миновали заставленную какими-то навесами площадь и около мрачного трехэтажного здания из темного камня повернули на выезд из города.

— Что это? — спросил Лен, указывая на изображение с транслятора.

— Ярмарочная площадь и уездный департамент, — пояснил Дик.

— Да нет, тупой умник! — раздраженно рявкнул Лен. — Я не про город. Я про то, что над ним или за ним. Вон смотрите что-то огромное и серебряное. Выше всех домов. Похожее на огурец. В той стороне, куда мы едем.

— Это не огурец — это транспортно-десантный челнок военно-космического флота Империи, — сказал солдат Джон. — К нему мы и едем.

Когда последний дом города остался позади, новобранцам открылся вид на огромную тушу челнока. Копошащиеся рядом с ним люди выглядели как мыши — пустынники рядом с верблюдом.

Челнок был, развернут к городу правым бортом, и стоял в метрах двухстах от указателя городской черты, но его крыло не дотягивало до крайнего дома каких-то метров пятнадцать. Перед носом челнока стояло два десятка машин подобно той, в которой приехал Лен. Все они были окружены цепочкой жандармов с оружием наперевес.

А вокруг самого челнока на расстоянии пяти метров друг от друга стояли солдаты, мимо которых по кругу двигался патрульный броневик.

Фургон, в которой ехал Лен, проследовал мимо жандармов, въехал внутрь солдатского оцепления и пристроился в хвост колонны стоящей у челнока.

Дверь в кузов открылась и на фоне начинающего сереть вечернего неба появился профиль лейтенанта:

— Прибыли, — сообщил лейтенант. — Можно выйти и оправится, а также справить нужду. Не выходя за оцепление, — добавил он.

— Господин лейтенант, разрешите обратиться! — натужно прокричал солдат Джон, еле сдерживая спиной уже намерившихся было выскочить из машины новобранцев.

— Разрешаю, рядовой.

— Господин лейтенант, а с этим, что делать? — спросил он, указывая на связанного Лена.

— C этим? — лейтенант несколько раз нервно хлопнул металлическим прутом по высокому голенищу ботинка,

— Скажи — ка, ты проспался? — обратился он к Осборну.

— Угу.

— Не «угу», а «так точно господин лейтенант», пора привыкать, ты сейчас не верблюдов гонишь, а с офицером разговариваешь.

— Так точно, господин лейтенант.

— Дебоширить не будешь.

— Не буду.

— Не «не буду», а «никак нет господин лейтенант».

— Никак нет господин лейтенант.

— То-то же. Ладно, Джон, развяжи его, пусть идет со всеми.

Но Осборн не пошел со всеми в сторону вырытой почти тут же рядом с колонной ямой с суетившимися вокруг новобранцами из других фургонов.

Он зашел за машину и принялся справлять нужду прямо на переднее колесо, благо водителя в кабине не было.

Лен уже собирался вернуться в кузов, но тут до него донеслись слова:

— Ну что Томас? Как успехи? Скольких привез? — спросил хрипловатый голос.

— Двадцать три головы, господин капитан, — ответил голос лейтенанта.

— Ну что ж отлично. Теперь ты можешь гордиться. Ты рекрутировал для Императора целых двадцать три солдата в самой труднодоступной деревне самого глухого уезда на самой дальней планете самого удаленного сектора Империи. Звучит как представление к поощрению. Не находишь?

— Рад стараться, господин капитан!

— Ну — ну Томас. Мы сейчас с тобой одни, так что называй меня просто Генри, ведь я еще под началом твоего отца служил.

— Есть господин капитан, то есть я хотел сказать, — хорошо Генри.

— Вот и отлично. Так, о чем это я. Ах, да. Похоже, Томас тебе удалось сделать то, что многим более опытным вербовщикам оказалось бы не по плечу.

— Да помилуйте Генри, чего же тут сложного: приехал, раздал приглашения Его Величества, провел собрание, прощальный ужин, забрал новобранцев, — уехал. Все как обычно.

— Не скажи Томас. Одно то, что ты сумел по пустыне туда и обратно по 800 километров отмахать — многого стоит. И это без спутниковой навигации, по одним реперам. Да еще дело сделал один, среди полутора сотен пастухов только с пятью солдатами. Молодец.

— Но я же, как положено согласно инструкции, включил во время вербовки реперы на симуляцию парада: ну как положено, оркестр там, марширующий под развернутыми знаменами полк, и все такое.

— Это-то все понятно, — перебил капитан Томаса. Ты мне лучше вот что скажи, только не спеши, — прежде чем скажешь, подумай хорошо. Вот когда ты там был, не ходило ли, среди пастухов там каких — то разговоров, слухов, брожений?