Чтение онлайн

А спустя неделю, он поднялся на восемнадцатый этаж Сити — холла, уселся в заднем ряду конференц-зала, где Вэл Грогофф, друг отца и по совместительству его личный адвокат, в присутствие огромного числа людей, многих из которых Стил никогда не видел в глаза, огласил завещание.

Во время этой процедуры, Алекс то и дело прикладывался к фляге, в которой плескалась отличная водка из подвалов отца, поэтому все происходившее тогда отложилось в его нетрезвом мозгу размытой картинкой с нечетким звуком. Тем не менее ему хватило сил уяснить, что отец фактически без изменений внес свои последние слова в завещание. Более того, Виктор Стил жестко ограничил сроки, в которые его сын должен встать на путь истинный. Потенциальный наследник смутно припоминал дребезжащий голос адвоката, которым тот зачитывал документ от имени отца: «Если же до своего тридцатилетия мой сын Алекс Стил не проработает по избранной им специальности не менее пяти лет и не приобретет по месту службы или работы общепризнанных заслуг, определяющих карьерный успех, то часть наследства предназначающееся ему, включая акции «Стил энд Стил Корпорэйшн», распределить среди других наследников».

Алекс практически не помнил, что это за «другие наследники». Вроде бы среди них числилось несколько дальних родственников и друзей отца, но основная часть наследства, почему-то должна была достаться какому-то не то историческому, не то археологическому фонду. Да было и неважно, что там будет через восемь лет — главное, что у него оставался его любимый дом, а в нем роскошные подвалы с огромной коллекцией алкоголя. Кроме того, отец до тридцатилетия сына оставил ему приличное содержание. Всё это: и дом, и погреб и деньги позволят ему заполнить чувство пустоты, возникшие вместе с потерей отца. В этот момент фляга у Алекса опустела, чем прервала неспешное течение его мыслей, и он под неодобрительные взгляды присутствующих вышел из зала. С тех пор прошло три года, а он так и не бросил пить.

Здание Галактического Исторического Фонда располагалось на маленькой тихой Буковой улице далеко от центра Столицы. Это был небольшой двухэтажный особняк с подземным гаражом, ничем особо не выделяющийся среди соседних домов, принадлежащих людям, не относящимся к сливкам общества, но с доходами выше среднего, тем, кого принято называть состоятельными. Как и все дома в квартале, особняк был обнесен живой изгородью из сторожевых растений с девятой планеты системы Ориона, и накрыт индивидуальным хронокуполом, и только маленькая табличка у входа свидетельствовала о том, что здесь не живут, а работают. Галактический Исторический Фонд был единственной организацией, которая нашла себе пристанище в этом жилом районе.

Впрочем, обитатели квартала и сотрудники и Фонда не мешали друг другу. Клерки и посетители появлялись в конторе, когда большинство добропорядочных бюргеров уже растекалось по многочисленным столичным учреждениям. Когда же обитатели Буковой улицы возвращались после трудового дня к родным очагам, в здании Фонда уже не было признаков жизни и только сторожевые растения хищно водили по сторонам своими охотничьими шипами. Правда если бы Фонду вздумалось работать с ночи и до зари, это вряд ли бы заметили аборигены, потому что работало в этом офисе от силы дюжина человек, а посетители бывали далеко не каждый день.

Как правило, с утра, офис Фонда открывала молоденькая секретарша. И лишь несколько недель в году, рано утром по еще спящему кварталу в подземный гараж Фонда тихо проскальзывала внешне скромная, но не дешевая машина. Из нее выбирался широкоплечий господин с обветренным лицом, одетый в костюм, сшитый по последней моде. Пружинящей походкой, привыкшего много ходить человека, господин быстро поднимался на второй этаж к себе в кабинет, где до обеда работал с документами, выглядящими порой так, как будто они столетия провели на помойке.

Вот и сегодня Господин Председатель, а именно так обращались к этому человеку все сотрудники, зашел к себе в кабинет, и сел в стоящее за столом похожее на трон кресло. На этот раз он не стал изучать различные древние листки, а заварил себе кофе и уставился на мутное изображение каких-то полуразрушенных ступенчатых построек, весящее в роскошной раме напротив стола.

Пока вроде все складывалось неплохо, хотя могло быть и лучше. После смерти Виктора Стила, его брат Алекс продолжил финансирование Фонда. Хотя, чего это стоило ему, Председателю, знал только он и Господь Бог. И все же результаты всех его усилий были половинчатыми: деньги пошли, но, чтобы их получать приходится посвящать этих аристократов-толстосумов в свои дела, делиться своими умозаключениями и теориями. Вот и сегодня опять надо развешивать перед их носами аппетитные конфетки обещаний новых доказательств предопределенности Империи еще со времен Первой Экспансии. Однако все исследования на сегодняшний день как минимум не подтверждают этого. Но средства нужны. Неделю назад повторные расчеты, сделанные на основании анализа некоторых записей в Бортовом Журнале Ковчега и бортовых журналов некоторых других Первых Кораблей, показали, что возможно был еще один — корабль ушедший к окраине Галактики в точку, до которой всего лишь полгода лета от границ Ойкумены. Может быть, тогда удастся найти ЕЁ. И тогда можно будет решать многие вопросы. Правда надо еще убедить этого самого Стила, чтобы построил корабль и еще дал денег. Впрочем, схема многократно отработана. Придется в очередной раз, походя напомнить, что в результате доисторической войны Испепеляющего Гнева, практически не осталось прямых доказательств происхождения человека на Терре: ни то, что не осталось, ни зданий, ни сооружений, ни костей, ни документов, но даже первоначальных ландшафтов. Настолько ничего, что сегодня мы можем только догадываться о том, как выглядели до этой войны даже не города, а континенты. Естественно за долгие годы накоплена прочная доказательная база из артефактов и документов вывезенных на кораблях переселенцев Второй Экспансии, многие из которых считаются, а некоторые и являются копиями документов еще Великого исхода. Но на самой планете таких артефактов до сих пор не найдено, что позволяет всяким лжеученым и даже противникам Империи утверждать всякие глупости. И только постоянный поиск, и обнаружение все новых доказательств вовне позволяет спокойно и аргументировано отметать все инсинуации.

Допив кофе, хозяин кабинета открыл одну из закладок сделанной в документе, широко известном в Галактике, как Бортовые журналы Ковчега Вселенной Майского цветка, и шевеля губами, почти вслух стал читать: «Сегодня, в благословенную субботу в канун Пасхального Воскресенья семнадцатой недели 403 года от Второго Исхода в 12 часов 35 минут по корабельному времени наш Ковчег получил известие подобно которому не было более семи лет. С нами на связь вышел корабль класса «Ковчег», который находится от нас на расстоянии каких — то пары миллиардов километров в точке с координатами…».

Дальше шел пробел и господин Председатель, что — то недовольно пробурчав, уже хотел, было продолжить чтение несколькими строками ниже, где текст возобновлялся, как вдруг появилось изображение Секретаря фонда. Секретарь извиняющимся тоном произнес, что он как его и просили заранее сообщает, что давно ожидаемый гость пребывает и уже находится в начале Буковой улицы.

Председатель встал и быстрой походкой подошел к окну. Это было действительно настоящее окно, а не обычный монитор наружного сканера. Окно было с зеркальным стеклом в роскошной деревянной раме. Такие можно было встретить только где-нибудь на окраинных планетах.

Отодвинув край гардины, счастливый обладатель окна наблюдал как на Буковую улицу не спеша, окруженный легким маревом защитного поля, действительно повернул роскошный старый лимузин Стила. Председатель кинул взгляд на экран уличного сканера и довольно усмехнулся. По экрану вместо лимузина двигалась небольшая машинка частной охранной службы — Дин Стил, один из могущественнейших людей Ойкумены, прислушался к его настойчивым просьбам не афишировать свой визит в Фонд.

— Чудесно, — довольно пробурчал себе под нос Председатель, вернулся за стол, открыл еще один файл и углубился в чтение. Но долго ему читать не удалось. Практически сразу в кабинет вошел Стил и недовольно расположился в кресле напротив стола:

— Ну что там у Вас, Председатель. Надеюсь действительно важное, раз вы заставили меня играть в эти дурацкие игры с маскировкой.

— Несомненно, сэр, — Господин Председатель, встал, обошел вокруг стола и торжественно вручил Стилу открытый Бортовой журнал «Майского цветка»:

— Прочтите отмеченный абзац.

Дин пробежался глазами по тексту и недоуменно посмотрел на широко улыбающегося Председателя:

— И — и–и — и…?

Человек, вручивший ему документ, некоторое время располагающе смотрел на Стила, всем своим видом как бы спрашивая: «Ну что скажите? Каково, а?», но, так и не дождавшись больше никакой реакции, слегка подувял и со словами: «А теперь ознакомьтесь с этим», — одним вежливым движением извлек из рук Дина бортовой журнал и всунул в них новый текст.

Гость, изогнув бровь, проследил за траекторией, по которой предыдущий документ отправился из его рук на стол Председателя, зябко повел плечами и опустил глаза на тот, что держал в руках.

Это был странный текст. Во всех отношениях. Прежде всего, необычным был сам материал, на котором он был написан. Мятая, со следами многократных изгибов, местами прорванная желтоватая страница в косую линейку вызывала острое желание потереть её между пальцев. Стил даже попытался это сделать, но страница отозвалась только прохладой пластика, в который была запаяна.