Чтение онлайн

— Ну, — прошамкал старик.

— Что ну? — слегка опешил Алекс.

— Что тебе надо от мистера Сэвиджа, парень?

— А Вы?

— Да я, я! … — раздраженно выплюнул старик. — Что надо то?

— Видите ли мистер Сэвидж, через неделю День столичной полиции и наш журнал «Криминальный вестник», в связи с этой датой, хотел бы задать Вам, как одному из опытнейших столичных криминалистов, несколько вопросов. Не возражаете?

— Я уже не работаю, криминалистом! Что вам надо от меня?

— Как? Не может быть! — не сдержался Алекс, но тут же взял себя в руки. — Тем более нам будет интересно Ваше мнение, так сказать: «Взгляд профессионала со стороны».

Старик внимательно смотрел на Стила, смотрел так долго, что Алекс успел разглядеть каждую, похожую на глубокий шрам, морщину на лице старика, увидеть где-то в глубине водянистых глаз тускло вспыхнувшую искру интереса.

— Хорошо, пойдемте! — прошелестел старик и потащился назад к дому.

Через некоторое время Сэвидж разблокировал входную дверь и почти учтиво попросил Алекса открыть ее, так как ему старческими пальцами трудно нажимать на ручку двери. Алекс открыл и попал в просторный холл, хорошо отделанный, но очень по-спартански обставленный. Кроме небольшого дивана и пары видовых картин в нем ничего не было. Из холла в комнаты вело несколько дверей.

— Простите не расслышал вашего имени.

— Алекс, — Алекс Болонски из «Криминального курьера».

Патрик Сэвидж, удивленно вскинул бровь:

— Ну что же проходите, раздевайтесь, — очень любезно пригласил полковник, — гляньте какие у меня уникальные пейзажи с Фомальгаута. Алекс подошел и стал рассматривать пейзажи, отмечая краем уха какое-то шебуршение позади.

— Итак Алекс, так что привело Вас ко-мне?! В голосе старика, Алекс услышал, что — то холодное и отчужденное. Он развернулся к хозяину. Патрик Сэвидж уже успел переоблачится из плаща в домашнюю куртку. Его левая рука была засунута в карман куртки, правая сжимала старый потертый излучатель, направленный на Алекса.

Алекса передернуло:

— Что это все значит мистер Сэвидж?!!

— Ровным счетом ничего. Кроме того, что с тех пор как вы здесь появились и до сего момента, я не слышал ни слова правды. И думаю теперь мне пора ее услышать. Начнем с имени. Итак, ваше имя? Ваше настоящее имя?

— Но с чего вы взяли? — Алекс чувствовал, как накатывающая на него волнами паника, мешает сосредоточиться, поэтому тянул время.

— Что ж молодой человек на первый вопрос из любезности, я отвечу, ровно для того, чтобы вы поняли, в насколько серьезную историю вы попали. Но это будет единственный вопрос, на который Вы получите ответ. Вы поняли?

— Да! — промямлил Алекс лихорадочно соображая, что делать дальше.

— Хорошо! Итак, первые сомнения возникли у меня относительно того, что вы репортер издания на криминальную тему. Возникли они сразу как вы представились и стали уточнять, не знаю ли я мистера Сэвиджа. Чтоб вы знали, — репортеры криминальной хроники люди, весьма осведомленные и особенно по части личного состава. Всех следователей, комиссаров, криминалистов и даже дознавателей они знают в лицо. Я правда сделал допуск на то, что вы начинающий репортер, но потом вспомнил один свой разговор с Хьюго Пульцером, ведущим репортером «Криминального вестника». Он как-то за бокалом веремейского рассказывал, что такие солидные издания как «… вестник» и «… курьер» берут только хорошо подготовленные кадры, знающие специфику работы. Так, что эта версия не прошла. Я насторожился, но ждал момента убедиться в своих подозрениях. И когда во второй раз, вы представились репортером «… курьера», а не «… вестника», я понял, что вы лжете. Так что молодой человек, я хочу услышать ваше имя и советую не врать если не хотите получить дырку в груди.

— Вы не рискнете выстрелить, — самонадеянно сказал Алекс.

— С чего вдруг? Очень даже легко! Мне даже ничего изобретать не придется. После того как я застрелю вас, мне достаточно будет вызвать полицию и сообщить, что в моем доме оказался неизвестный мне гражданин, который, когда я его застал у себя дома представился репортером криминальной хроники, тогда, как таковым не являлся. Потом он попытался на меня напасть, и я вынужден был защищаться. И меня кстати оправдает любой суд. Вы знаете, что бывает за разглашение персональных данных полицейского? А уж за вторжение в его дом и подавно. Тем более обнаружат ваши отпечатки пальцев на ручке входной двери и ключах. Так что имя! Не заставляйте меня нервничать!

Алекс на полминуты задумался, а потом словно бросившись в омут с головой выпалил:

— Хорошо, мистер Сэвидж, я, пожалуй, расскажу вам правду. Всю правду. Вот только боюсь эта правда Вам не понравится.

— Ладно хватит т лирических отступлений! Что мне понравится или не понравится, буду решать я сам. Твое дело рассказать правду.

— Правду? Правда заключается в том, мистер Сэвидж, что меня зовут Алекс Стил, и я пришел поговорить с вами об убийстве моего отца, Виктора Стила.

Алекс ожидал чего угодно со стороны Патрика: бурного высказывания возмущения, недоверия, неверия и даже немедленной пальбы. Но то, что произошло дальше, привело его в полное замешательство. Сэвидж как-то сразу сник, рука с излучателем упала, сам он со стоном опустился на диван и закрыл лицо руками. Алекс осторожно приблизился к Патрику, аккуратно взял из его рук излучатель, тронул того за плечо:

— Что случилось тогда Патрик?

Сэвидж с усилием несколько раз потер руками лицо, тяжело вздохнул и произнес:

— Да, Алекс я все расскажу. Не могли бы вы только принести стакан содовой.

Стил сходил, принес воды, — протянул стакан Сэвиджу. Тот жадно его выпил, держа стакан трясущимися руками и то и дело стуча зубами о его край.

— Спасибо Алекс, я сразу понял, что это вы. Вы очень похожи на своего отца. Думал, что выдержу встречу с вами, однако, видите расклеился. Знаете, что, лучше я не буду вам рассказывать. Лучше вы задавайте мне вопросы, а я буду на них отвечать. У вас же наверняка собралось достаточно вопросов, на которые вы хотели бы получить ответы?

— Да вопросов не мало!

— Так спрашивайте, боюсь времени не так много! — требовательно воскликнул старик, усиленно растирая грудину рукой.

— Почему?

— Потому что вся эта история с убийством вашего отца изрядно вымотала меня за столько лет. Она разрушила мою семью, превратила меня в безвольную развалину, погубило мое здоровье. Все эти годы я был как сжатая пружина, мои нервы это готовые в любой момент лопнуть, струны. Плесните мне коньяку, … там за картиной бар. И спрашивайте, спрашивайте же наконец!!! — почти застонал старик.

— Хорошо Патрик, расскажите пожалуйста собственно про расследование. Что случилось с Диспетчером? Почему он скинул фуру? Я так понимаю никакого сбоя ведь не было? Так?

— Ох… Так. Сбоя не было. Была обыкновенная диверсия…

— Да, да я читал, сбоя быть не могло, «бесконечный контур безопасности, пятикратное дублирование», — задумчиво, будто не слушая Сэвиджа, пробормотал Алекс. — Конечно же диверсия. Это же очевидно.

— Патрика Бьюкенена прочли? — полу удивлённо, полу удовлетворенно спросил Сэвидж.