Чтение онлайн

Он кивнул, но не выглядел убежденным, а потом выключил камеру.

– Осталось 20 минут. Пройдешь со мной третий этаж? Я пойму, если откажешься.

Я не хотела ничего делать, лишь вернуться в машину и в их квартиру к Джен и Жирному кролику, хоть это звучало смешно. Но в тоже время рядом с Дексом мне казалось, что все хорошо. Призраки почему-то не показывались Дексу. Только мне. Пока я с ним, я буду в порядке. Я на это рассчитывала.

– Хорошо, сделаем это, - сказала я и шагнула на ступеньку.

Декс схватил меня за плечо и сжал.

– Уверена? Ты здесь мое самое ценное оборудование.

Я улыбнулась ему.

– Да, я в порядке. Если она и выйдет сейчас, мы ее хотя бы снимем.

– Мы играем с огнем, - улыбнулся Декс. Он был рад продолжать, шоу для него было важным, но я видела, что он немного напряжен, ведь он вел меня через эти пытки.

Я тоже была напряжена, но хотела пройти через это. Если отвернусь, особой разницы не будет. Призрак появился в его квартире и кричал. Они были всюду, куда я шла. Эта мысль тяжелым камнем опустилась в мою грудь.

Мы поднялись на третий этаж и вошли в коридор, который освещал только фонарь на полу. Часть его оборудования валялась там, включая ФЭГ, прислоненный к стене. Огоньки мигали, он записывал.

Декс поднял камеру и указал на коридор.

– Теперь попробуем открыть каждую дверь и посмотрим, что будет.

Я кивнула и пошла во тьму с фонариком в руке. Было слышно только наши шаги и стук моего сердца. Мы остановились у первой двери. На ней не было номера. Я замерла, а потом потянула за ручку и посмотрела на Декса и камеру.

– Где все, кстати?
– спросила я шепотом.

– О чем ты?
– он автоматически понизил голос.

– Когда я была внизу, я слышала людей в комнатах. Но я не видела медсестер. Они бросают так людей? Это нормально?

Он пожал плечами.

– Возможно. Если тут у них другой распорядок дня, сейчас может быть сончас. Уверен, где-то там бродит Раундтри. Там, где был я, было больше ста пациентов, но одна медсестра могла бы справиться с ними, пока они должны спать.

– Как они могут спать сейчас?
– было ужасно рано.

– Не знаю. Можем спросить в четверг у доктора. Но пока что у нас мало времени. Просто… открой дверь.

Я вздохнула и попробовала. Я положила ладонь на рукоять, меня ударило током, и я пару секунд не могла говорить и двигаться. Я словно трогала включенную лампочку.

– Ого, током ударило!
– воскликнул Декс.
– Я это видел. Ты в порядке?

Я кивнула, придя в себя, но теперь трогать ручку не хотелось. Я отпрянула и сказала:

– Теперь ты.

Декс скривился в тусклом свете, но шагнул вперед, вытянув руку. Он положил ладонь на ручку…

…и затрясся, его зубы застучали.

– Декс!
– завопила я и приблизилась, не зная, можно трогать его или нет.

Но он резко перестал и убрал руку от двери.

– Шучу.

Он улыбнулся мне. Я в гневе ударила его по плечу. Сильно.

– Это было не смешно, зараза!

– Смешно, - сказал он, улыбаясь, хотя улыбка медленно угасала.

Я скрестила руки и покачала головой.

– Нет. И теперь ты открываешь все двери.

Он надулся, но потом понял, что я злюсь. Как он мог шутить над этим после того, что случилось со мной? После всего, что я ему рассказала. Бессовестный.

– Прости, малыш, я просто…

– Открывай дурацкую дверь, - сказала я.

Он быстро кивнул и попытался. Ручка повернулась, и дверь открылась от толчка плечом.

Мы замерли на пороге, я посветила фонариком. Сначала мы видели лишь пыль в луче, но она уселась, и мы увидели за ней узкую комнату с одной кроватью, рукомойником с мутным зеркалом над ним, шкафом и дверью в уборную, а еще столом. Окно было зашторено, тяжелая занавеска не пропускала свет снаружи.

– Так они выглядят внутри, - выдохнула я.
– Это ужасно. Жить так…

Декс молчал. Он открыл дверь шире, надавив при этом на ручку, и прошел внутрь. Я не хотела идти за ним. Я осталась на пороге.

– У тебя так же было?
– спросила я. Не могла перестать связывать это. Было сложно так не делать. Мы были в психбольнице, и о ней многое знал тот, кто был в ней. Два года. Я все еще не могла поверить.

– Отчасти, - неохотно ответил он.
– Было просторнее. Это было в Нью-Йорке, у меня тогда было немного денег. Но стиль такой же.

Мне снова было его жаль, хотя пару секунд назад я злилась. Я выдохнула недовольно, злясь на свои глупые чувства.

– Что такое?
– спросил он, оглянувшись в темноте.

– Ничего, - быстро сказала я.
– Что теперь? Снимать комнату? Тут толком ничего нет. Не знаю, что ты хочешь найти.

– Можешь войти и закрыть дверь.

Я могла. Но не хотела.

– Зачем?

– Просто… делай.

Я оглянулась на пустой черный коридор за собой и задумалась, не следило ли что-нибудь за нами. Я поежилась. Опасно было везде.

Я прошла в комнату, стараясь не шуметь, и медленно закрыла дверь.

– Готово, - сказала я.

– Теперь выключи фонарик.

– Серьезно?

Он оставил камеру на краю рукомойника. А потом подошел к кровати, где был заплесневелый матрас, и сел. Он похлопал на место рядом с собой.

– Садись и выключи его.

Я не знала, что он задумал, но мне не нравилось. Я послушалась. Потому что у Декса была способность вести себя правильно, когда все шло не так.

Я села рядом с ним, тут же ощутила холод. Я поежилась от мысли о плесени.

Декс забрал у меня фонарик, выключил и оставил его на полу. А потом он обвил меня рукой и прижал плечом к плечу.

– Что ты делаешь?
– с подозрением спросила я.

– Пытаюсь тебя успокоить.

Да? Я не видела в темноте этой тесной комнаты на заброшенном этаже психобольницы. Успокоиться тут я не могла.

– Все хорошо, Декс, - сказала я и подняла его руку с меня. Он убрал ее и молчал. Я понимала, что он думает о другом.
– Что мы…

– Тихо, - прошипел он.

Я закрыла рот, не дышала и слушала. Сначала я слышала только дождь снаружи, редкие порывы ветра.

А потом уловила. Шаги в коридоре. Не как те, что я слышала раньше, принадлежавшие девушке. Эти были медленнее, осторожнее. Я пожалела, что убрала руку Декса.