Чтение онлайн

Ах, да, на Юлиании растёт лес, древесина представляет собой идеальный строительный материал — гибкая, принимающая любую форму, но при этом достаточно плотная, отлично изолирует помещение от термических воздействий окружающей среды…

Впрочем, отвлёкся…

Здание изнутри подсвечено яркими огнями, наружу доносится громкая музыка и весёлые людские голоса.

На крыльце появляется человек. Он разгорячён, румян, задорно кричит что-то в открытую дверь, ему отвечают полупьяные женские голоса. Он вышел подышать свежим воздухом.

Но пришельцы уже рядом. Человек на крыльце первым примет на себя их коварный удар…

Что за галиматья? Тьфу ты, чушь-то какая!

Всё было, конечно, не так.

Представители иной цивилизации, в моём понимании, должны быть высокоразвитыми существами, обладать продвинутыми технологиями. Иначе как бы они добрались до другой планеты? Есть, конечно, вариант, что никуда не добирались, а испокон веков жили на Юлиании, но в этом случае они не такие уж матёрые, и не смогли бы захватить станцию и скрыть от нашего поискового оборудования.

Если они захватили терраформирологов, у которых, кстати, имеется оружие и другие средства защиты, то сделали это как-то по-другому, применяя неизвестные нам разработки и механизмы.

Чтобы скрыть следы преступления и запутать тех, кто прилетит искать пропавших товарищей, пришельцы переместили Юлианию. Что, с одной стороны, не может вспугнуть, а с другой — заостряет наше внимание на второстепенных деталях, уводит в сторону от основной проблемы. А именно — от вопроса, куда подевались терраформирологи? Мы всё больше углубляемся в решение задачи с пропавшей планетой, увязаем, не замечая других, более важных, несуразиц, что даёт противнику неоспоримое преимущество.

Но опять — вместо высоких технологий и реальной, живой картинки, у меня в голове возникает гигантский рычаг, которым пришельцы двигают Юлианию в сторону. При этом отвратительные зелёные рожи глумливо хихикают и прикрывают рты хлипкими ручками…

Наверное, я, так же как Гленн, начисто лишён воображения. Косный консервативный космолётчик, закоренелый ретроград, находящийся в плену глупых стереотипов.

Чепуха это всё, ерунда. Ненаучно и неправдоподобно.

Я открыл глаза.

— Похоже, придётся спускаться вниз, — сказал командор.

— Это неизбежно, — согласился Стивен. — Рано или поздно нужно будет высадиться на Юлиании.

— Мы — единственные люди в близлежащем пространстве и обязаны прийти им на помощь, — добавил Гленн.

— Более того, — горько усмехнулся я, — они для нас — так же единственные люди в близлежащем пространстве. В ситуации, когда потеряна связь с остальным миром, терраформирологи — единственные, на чью помощь можем рассчитывать мы.

— Логично, — ухмыльнулся Гленн. Чёрт его знает — то ли издевается, то ли просто констатирует факт безвыходности положения.

— Все так единодушны, — заметил командор. — Неужели дожили до всеобщего понимания и сочувствия? — Оглядел нас полным скепсиса взглядом. — Надеюсь, наша дискуссия и в дальнейшем будет иметь конструктивный характер. — Командор сделал паузу, но все молчали, и он продолжил: — Итак, на сборы команды даю двенадцать часов. Кто полетит на Юлианию?

— Я бы полетел, — ответил Стивен, — но, боюсь…

— Нет-нет, — перебил командор, — я и сам не отпущу тебя. Давайте без геройства и демонстрации мускул! Определимся с реальным положением вещей. Экспедиция на Юлианию — задание сложное, но отнюдь не самое опасное. Оставаясь на корабле, мы подвергаемся не меньшей, а даже большей опасности. Ведь для гипотетического противника звездолёт — цель более заманчивая, нежели горстка людей на поверхности. Скажу больше — никакого противника я пока и в помине не вижу! Пока не приведёте ко мне сюда живого инопланетянина, ни за что не поверю в их существование. А тот факт, что никак не можем найти станцию, лично я считаю недоразумением и досадной накладкой. Посему высылаем второй состав. Основные действующие лица, читай — специалисты, нужны мне тут, на «Артемиде». Итак, кто летит?

— Придётся делегировать эту миссию Кэрри, — грустно сказал Стивен.

— Хорошо. Она, как я понимаю, будет старшей от вашей группы.

— Разумеется.

— Дам человек пять или семь, — пообещал я. — Самых крепких и смышлёных.

— Неплохо бы заслать кого-нибудь из твоих ребят, — обратился командор к Гленну. — Специалистов по технической части.

— Я выделю вам самого лучшего из моего коллектива, — отозвался Гленн, — Марка.

— Ну ещё бы… — не удержался я.

Сладкая парочка — если уж Кэрри летит на Юлианию, то и Марка туда же.

— А что такое? — огрызнулся Гленн. — Чего тут смешного?

— Нет-нет, ничего.

— Ладно, хватит вам! — Командор строго посмотрел и добавил: — Всем разойтись по рабочим местам! Поговорите с сотрудниками, наверняка, найдутся добровольцы. Жду окончательных списков не позже чем через три часа. — Кнопфлер встал из-за стола, давая понять, что совещание окончено.

— Послушай, Александр, — сказал вдруг Стивен, — а что им делать, если всё-таки не найдут терраформирологов?

— Как это — не найдут? — Кажется, командор озадачен такой постановкой вопроса. — Найдут, — уверенно ответил он.

Светка взвизгнула, сорвала с лица кислородную маску и прижала к губам указательный палец. Побледнела, сжалась, а потом во весь голос заревела:

— Я палец порезала…

Светка обмякла и в отчаянии села прямо на землю.

— Не хнычь! — одёрнула я. — Пройдёт. Сейчас принесу тебе пластырь.

Но она разревелась ещё сильнее.

Светка существенно сдала за эти два дня. Из привлекательной и жизнерадостной красотки превратилась в забитую издёрганную замухрышку. Скисла и часто хныкала. Определённо — эта планета действует на неё угнетающе.

Особо досаждает кислородная маска, в которой Светка ходит почти постоянно.

По отчётам, с которыми мы ознакомились на корабле, терраформирологи уже довели содержание кислорода в атмосфере Юлиании до комфортных для человека норм, однако в действительности это не так: кислорода не хватает. Не так чтобы критично, но во время выполнения физической работы мы все одеваем маски.

Что же касается Светки, то она не снимает её даже во сне, поскольку крайне болезненно переносит недостаток. Постоянное ношение пластиковой колбы на лице так же не доставляет удовольствия, но выбора у неё нет.

От маски на нежных веснушчатых щёчках Светки появились неровные красные пятна, и это её окончательно добило.

— Ну, Светик, — тихо сказала я, — ну перестань. Скоро всё кончится: найдём терраформирологов и вернёмся на корабль. Как только Стивен тебя увидит, сразу что-нибудь придумает, оградит от этой жуткой атмосферы.

— Увидит? — Светка посмотрела на меня заплаканными глазами. — Я так плохо выгляжу?

— Н-нет, — поспешно ответила я, но было уже поздно: опять зарыдала.

Я села рядом и обняла Светку.