Чтение онлайн

Ему пришлось прочистить горло, прежде чем спросить:

— На что похожа любовь, Джейни?

— На кексы! — провозгласила она.

Курт усмехнулся, глядя в ветровое стекло.

Затем он сказал:

— Возможно, ты права.

— Так что мы можем заехать в «Wayfarer’s» и купить их целую кучу, чтобы съесть целую кучу любви.

— Как насчет того, чтобы сделать это? Но ты должна съесть что-то еще, так что же это будет?

— Жареный сыр и куриный суп с лапшой, — решила она.

— Договорились.

— Ура! — закричала она.

Курт снова усмехнулся в лобовое стекло, и в конце улицы повернул направо к городу и «Wayfarer’s», а не налево, к дому.

Только много позже Курт достал телефон, включил звук и посмотрел на экран.

«ОК. Может, придумаем что-нибудь на следующей неделе. Повеселись со своей девочкой».

Сообщение от Кэди.

Это разрывало его на части.

Но Курт не ответил.

Глава 15

Все исправить

Курт

Наши дни...

ЭТО СЛУЧИЛОСЬ В АККУРАТ ПЕРЕД РОЖДЕСТВОМ.

И независимо от того, сколько времени он этому уделил, Курт не был готов к тому, что произойдет.

Он должен был подготовиться. Ему не следовало медлить. Ему не следовало ее отталкивать.

Он не должен был вести себя как слабак.

Если бы он таким не был, то не уничтожил бы ее.

Но это случилось, когда Кэди поймала его на тротуаре.

Он не знал, то ли она была сыта по горло и выбрала время, чтобы встретиться с ним лицом к лицу, то ли это была случайная встреча.

Но ему предстояло узнать, что больше она ждать не намерена.

И неумышленно и очень неудачно он собирался покончить с ней и многими другими вещами.

— Курт!

Услышав ее оклик, он почувствовал, как внутри у него все сжалось, и, обернувшись, увидел, что она подбегает к нему.

Ей был сорок один год, а она все еще была хорошенькой.

И это хреново.

Она выглядела так, словно сроднилась с Мэном.

На голове у нее была согревающая уши широкая шерстяная повязка, стягивающая густые волосы назад. Водолазка выглядела легкой, но, вероятно, была связана из какой-нибудь дорогой чертовски теплой пряжи. Дутый жилет. Джинсы. И примечательные сапоги на высоких каблуках.

Даже если бы она выглядела дерьмово, он не был готов к тому, что это окажется так нелегко.

Но Кэди доказала еще в свое время, что у нее иммунитет к тому, чтобы выглядеть дерьмово. Даже в халате «Сип энд Сэйф» или сидя утром на переднем крыльце в пижаме с растрепанной гривой волос.

— Кэди, — поздоровался он, когда она к нему приблизилась.

— Я... ты... ох... ты занят? — спросила она.

— Типа того, — ответил он, указывая на свою рубашку. — На службе, — пояснил он.

Это был предлог. Но, по крайней мере, последнее было правдой.

Она посмотрела на его рубашку, потом ему в глаза.

— О, ясно. Конечно.

— Я знаю, ты мне писала, а я тебя игнорировал, — начал он.

— Да, — согласилась она.

— Но я сосредоточился на дочке.

— О, конечно, — повторила она, опустив плечи. — Конечно.

— Так что, может, нам удастся пережить Рождество, а потом мы сядем и... — Мать вашу. Какие слова были бы правильными? — Разберемся с делами.

Ее голова дернулась, будто он дал ей пощечину.

Он не подобрал нужных слов.

Нет.

Черт.

— Разберемся с делами? — спросила она.

Звучало неубедительно, но, будучи неподготовленным, это единственное, что пришло ему на ум.

— Да, — подтвердил он.

— После Рождества? — переспросила она.

— Да.

— Рождества, — прошептала она, и ее взгляд внезапно изменился.

Курт почувствовал, как у него скрутило живот, и постарался не обращать на это внимания.

— Рождества, — снова подтвердил он.

— Ты... эм... ты…

Он прервал ее заикание.

— В общем, я напишу тебе позже. Ладно?

— Нет, не напишешь.

Именно тогда он почувствовал, как сжался всем телом, и посмотрел ей в глаза.

— Давай не будем сейчас об этом, — мягко предложил он.

— Нет. Ты не напишешь.

— Кэди, мы можем сейчас не обсуждать это? — спросил он, все еще стараясь говорить мягко.

— Ты не напишешь. Ты вообще не хочешь этого делать.

— Кэди…

— Ты не можешь меня простить.

Он двинулся к ней, но она отступила, и то, как она это сделала, выражение ее лица, — прожгло его насквозь.

— После Рождества. — Его голос зазвучал грубо.

— Зачем заставлять меня ждать? — Ее голос становился все выше.

— Чтобы я мог собраться с мыслями, — сказал он ей.

— Ты их уже собрал, — бросила она в ответ, но он видел, что она делает.

Она все больше заводилась и заставляла себя злиться вместо того, чтобы расплакаться.

Он видел раньше, как это происходило, в основном, когда она имела дело с родителями, и это всегда было некрасиво.

Поэтому он наклонился к ней и предупредил:

— Кэди, держи себя в руках.

— Зачем? — спросила она. — Почему тебя волнует, буду ли я держать себя в руках?

— Мы поговорим... позже, — выдавил он.

— О чем? О том, что нам не о чем говорить?

— Кэди…

— Все уже сделано, ведь так? Ты уже принял решение, да? Ты никогда даже и близко не думал, чтобы его изменить, не так ли? Ты ведь никогда не простишь меня, правда?

Теперь она, как бы противоречиво это ни звучало, загоняла его в угол, в который он чувствовал себя загнанным уже семнадцать лет, и он злился, что она не дает ему времени.

— Не дави. Не сейчас.

Она не обратила внимания на его предупреждение и продолжила: