Чтение онлайн

Сказанное объясняло «сестру» Кэт, две другие жены были оставшимися «сестрами», а клан Морлендов — «семьей», приехавшей на Рождество.

Ему нравилось, что они есть у Кэди.

И все же.

— Как насчет того, чтобы я спас положение, а спустя, скажем, лет пятнадцать мы бы шутили об этом? — предложил Курт.

— Возможно, это хорошая идея, — пробормотал Пэт, скривив губы, и вышел в открытую дверь.

Курт закрыл дверь, запер ее на ключ, прошел в гостиную, выключил свет на рождественской елке и, даже не взяв куртку, поспешил в гараж.

Он сел в пикап, нажал на кнопку, открывающую гаражные ворота, выехал и пристроился за черным «Денали», который, уже заведенный, стоял на подъездной дороге.

В последующие годы, вспоминая эту поездку от дома до маяка, он не запомнит ни секунды. Он отругал Кэди за вождение в эмоциональном состоянии, но ему повезло, что впереди маячили задние фары «Денали», чтобы сосредоточиться на них, потому что со всем дерьмом в голове, один Бог знает, доехал бы он до маяка.

Но он доехал, и у Морленда, очевидно, был пульт от ворот, потому что он проехал прямо через них.

Курт следовал за ним.

Он оказался прав, рождественские огни выглядели восхитительно.

И ясно, что «семья» была большой, потому что возле гаража на две машины ютились еще два внедорожника «Денали», обе двери были открыты, но «Ягуар» Кэди был припаркован только в одном отсеке.

Курт остановился, Морленд вышел, и Курт сделал то же самое.

Он последовал за ним по крытой дорожке, ведущей к двери с обратной стороны маяка.

Морленд остановился, Курт тоже.

— Готов? — спросил Морленд.

— Нет, — ответил Курт.

— Папа любил тебя ради нее.

Курт перенес и этот удар, чудом не дернувшись.

— Он прожил долго, последние годы его жизни выдались не самыми лучшими. Надеюсь, мы сделали их не столь плохими, как они могли бы быть. Знаю, это все Кэди. Но я бы поставил деньги на то, что он покинул этот мир, сожалея лишь о двух вещах. Что уступил жене, зачав Кэти, а затем, потеряв их обоих, и что не дожил до этого момента.

Больше ничего не сказав, Морленд открыл дверь и вошел.

Курт услышал лай Полночи — не предупреждение, а приветствие.

Он также услышал, как кто-то крикнул:

— Эй, пап! Ты где пропадал?

Но когда он вошел, то на кухне, рядом с двумя женщинами и ребенком, мог видеть лишь Кэди. Она что-то делала за кухонным островком, и как только повернула голову и увидела его, то замерла.

Поэтому он замер в двух шагах от двери.

— А это кто? — Ребенок.

— Все, надевайте куртки, мы едем в город ужинать. — Морленд.

— Но тетя Кэди готовит пирог со спагетти! — Другой ребенок.

— Пэт, что происходит? — Мужчина.

— Точно! Ужин в городе! Всем одеваться! — Женщина.

— Пэт, что ты наделал? — Другой мужчина.

— Пошлите. Сейчас же. — Морленд.

— Думаю... — начала другая женщина.

— Быстро. — Морленд.

— Святые угодники. — Еще одна женщина.

— Кто этот парень? — Девушка громким шепотом.

— Берите куртки. Сейчас же! — Голос Морленда повысился. — Пошлите.

— Ой-ой, дядя Пэт слетает с катушек. — Молодой человек.

Полночь зарычала.

— Давайте. Давайте. Пойдем. Майк, Дейли, у вас есть ключи? — Первая женщина.

— Приятель, тебе несдобровать, будет семейное собрание. — Рычащий мужчина.

Курт слышал их, чувствовал движение, суматоху, топот бегущих наверх ног и голоса, призывающие других надеть куртки и выйти, шаги вниз по лестнице.

Казалось, прошли годы, прежде чем все стихло, и люди перестали мельтешить перед ним, спеша выйти за дверь и закрыть ее.

И все это время они с Кэди просто смотрели друг на друга.

Когда дверь закрылась, он сказал мягко:

— Детка, плита включена?

Она натянуто кивнула.

— Выключи ее, Кэди, — приказал он.

Она содрогнулась, но заставила себя неуклюже подвинуться к плите.

Повернула ручки.

Затем повернулась к нему.

— Иди сюда, — тихо позвал он.

Медленно, одна нога за другой, не сводя с него глаз, она двинулась в его сторону.

Полночь подошла к ней и загородила собой, но Кэди не остановилась, пока не оказалась от него в двух футах.

Курт посмотрел в изумрудные глаза.

Господи, с чего начать?

Господи, как он исправить то, что сломал, даже не сумев начать?

— Я должен был позволить тебе объяснить. Должен был объяснить сам себе, что…

Больше он ничего не сказал.

Она бросилась к нему.

Схватив его голову обеими руками, вжимаясь к него, черт побери, взбираясь на него, она сделала все возможное, чтобы притянуть его к себе.

Их рты столкнулись, и она уже приоткрыла губы, касаясь его языком.

И он вкусил ее.

Корица, ириски, лунный свет, тепло и Кэди.

И впервые за восемнадцать лет он достиг желаемого.

Она оттащила его назад, ее движения были резкими, отчаянными.

Он не сопротивлялся и, когда она развернула его, подчинился.

Он присел, когда она его толкнула. Его ноги уперлись о подлокотник дивана, и они упали: Курт на спину, Кэди сверху.

Она изголодалась по нему, чертовски сильно. Не переставая целовать, она задрала ему свитер, чтобы нырнуть под него руками и добраться до живота, груди. Полночь зарычала и ткнулась в них носом, обнюхивая.

Они не обращали на нее внимания, потому что Курт был с Кэди, сжимая руками ее задницу, задрав свитер, лаская ее талию, ребра.

Она резко села, оседлав его, и стянула свитер через голову. Она отбросила в сторону разметавшиеся волосы, тут же потянулась к его свитеру и дернула вверх.

Он чуть выгнул спину, приподнимаясь на диване, и закинул руки за голову. Она подтянула свитер к предплечьям, а оттуда он снял его сам и отбросил прочь.

Их руки и губы вернулись друг к другу, они касались всего и сразу, царапались, кусались и тут же сглаживали место укуса языком, они поглощали друг друга.