Чтение онлайн

– Баккен… мой друг.

– Вот как… Люди, умеющие призывать Драконов, всегда считались легендой. Когда я волей случая узнал, что в Гехте есть человек, способный на это, долго не верил. Тысячелетиями люди пытались умилостивить божеств этого мира, а приютская девчонка просто считает одного из них своим другом!

– Именно поэтому вы охотились за ней? – никогда не думал, что с тем, кого искренне, до предела ненавидишь, можно о чем-то разговаривать. – Поэтому убили Флорансу? И других? Но ничего у вас не получалось, и вы решили, что Герда… Станет для вас…

– Умный мальчик. Весь в сестру. Жаль, что тебя не было с нами раньше. А то послал за девчонкой болванов, а они все испортили. Напугали. Что значит серьезное дело дуракам поручить.

– Дуракам, конечно, нельзя, – раздумчиво протянул Орм. – А сам-то ты, умный человек, чего ради во все это ввязался?

– Я не хочу власти и не упиваюсь жестокостью. Но… Неужели вы в ордене еще не поняли? Этот мир мельчает и слабеет. Сотня всадников с луками для нас орда, дюжина стеде по раскисшим дорогам – неодолимое препятствие. Нет зверя, страшнее белой росомахи. Ведьмы, умевшие прежде останавливать взглядом пули и стрелы, повелевавшие стихиями, нынче промышляют гаданием и устраивают мелкие пакости соседям. Так пусть Драконы придут и перетряхнут здесь все, пусть дадут нам новые порядки и новую жизнь, а тот, кто не сумеет удержаться в новом мире, пусть катится к тиллам в бездну, туда ему и дорога!

– Но пока Драконы не являются. Вам удалось призвать только хлыну.

– Она явилась сама.

– Почуяла запах свежей человеческой крови?

– Не исключено.

Я испугался, что теперь они, подобно профессорам из Университета, затеют диспут о повадках и образе жизни хлыны, но Орма интересовало другое.

– Где сейчас книга?

– Надежный человек унес ее. В Гехте может стать слишком беспокойно.

– Им, – Орм говорил так, будто проклятая книга была живым существом, – им не скрыться.

– Будете перелопачивать все сугробы Белого Поля, разыскивая одну-единственную белую бисеринку? Вам просто не хватит сил проверить каждый дом, каждую полку в нем, каждый сундук, каждую стену. Да мало ли где до поры можно спрятать книгу! Если ее вообще придется прятать. Ведь с виду она ничем не отличается от прочих книг. Под сколько обложек сумеете вы заглянуть, сколько страниц пролистать?

– Люди. Простые люди…

Гест Гастис рассмеялся.

– Думаешь, достаточно бросить клич, и вся земля Фимбульветер выйдет на охоту за нами? Опомнись, жрец! Ведь ты же ищейка. Сколько лет вы гоняетесь за адептами Книги? Думаешь, каждый, кто услышал учение, вступает в наше братство? Взгляни на щенка, он готов растерзать меня. А девчонка сейчас рухнет в обморок. Сколько раз приходилось спасаться от людей, которые не имели ко мне личных счетов, а просто хотели покарать святотатца! Хоть один из них пришел к вам в храм, прислал весть? Нет, я уверен, нет! Таких, как мы могут ненавидеть, но никто не станет помогать вам. Вы так жестоко защищали мир от зла, что вас начали бояться.

Орм ничего не ответил.

– Мы попусту теряем время! – рассердился вдруг Гест Гастис. Он выколотил трубку о каменную ступеньку и аккуратно собрал пепел в жестяную коробочку. Поднялся на ноги и направился к нам. Орм тоже встал.

Я почему-то уставился на сапоги Геста Гастиса. Высотой по колено, валяные из шерсти, по щиколотку обшитые толстой кожей, они незаменимы в Белом Поле, но носить такие в городе считается чем-то почти неприличным. Что бы ни замышлял купец, Гехт он собирался покинуть быстро.

Следы сапог Геста Гастиса глубоко впечатывались в серую пыль. Четкие следы уверенного человека. Что намеревался сделать он, приближаясь к нам без оружия, без чего-либо пригодного к битве или обороне, только с трубкой и жестяной коробочкой в руках? Что?

Гест Гастис подошел почти вплотную, и вдруг рука его взметнулась, очерчивая полукруг, пальцы щелкнули, отбрасывая крышку коробочки, и серые клубы пыли, перемешанной с пеплом горькун-травы, повисли перед нашими лицами. Это было даже хуже голубички. Проклятая взвесь слепила глаза, забивалась в нос, в глотку. Орм замахнулся посохом, но тут же сложился пополам, побежденный безудержным чихом.

А когда мы наконец отдышались, откашлялись и протерли глаза, то увидели, что Гест Гастис крепко держит Герду, приставив к ее горлу острие ножа.

– Положите оружие! – приказал негодяй. – Не бросьте, а именно положите. Медленно и аккуратно. Так, теперь отошли в дальний угол и мордами в пол, оба! Отдохнете примерно полчаса, нам хватит. А если услышу, что кто-то топает за спиной, девчонке не поздоровится!

Орм по-старчески тяжело опустился на одно колено.

– Ты ведь лжешь, поводырь. Блефуешь. Слишком ценна она для вас, чтобы ее убить.

Гест Гастис усмехнулся.

– Ты прав, жрец. Ценна настолько, что сгодится даже без глаз. Ты тоже слышала, – он встряхнул Герду. – Так что не дури.

Наверное, правду люди говорят – у Къолей в груди вместо сердца ледышка. Этот гад угрожает ножом моей любимой девушке, тащит ее к лестнице, а я лежу на пыльном полу и размышляю, что делать. Я готов перегрызть Гесту Гастису глотку, но сначала до этой глотки надо добраться. Слишком далеко коварный купец, слишком близко его нож от лица Герды. Тут и снежный барс в прыжке сплоховал бы. Единственный заряд пистолета я истратил на хлыну. Но если ошибся Орм, то ошибется и Гест Гастис. На самом деле наш мир очень мал. Я не упущу моего врага.

У самой лестницы Гест Гастис остановился.

– Старик, ты серьезно думал, что я позволю выпотрошить себя в вашем проклятом храме? Плохи же дела у Дода, если за поводырем отправляют старого растяпу, которому я бы и полы в обители подметать не доверил!

Хлопнула дверь. Удаляющиеся шаги.

Я дернулся вскочить, но неожиданно сильная рука Орма прижала меня к полу.

– Подожди! – прошипел жрец. – Никуда он не денется.

Некоторое время Орм прислушивался, предостерегающе подняв палец, а потом вдруг встал на четвереньки и проворно пополз к своему посоху. Двигался служитель Дода бесшумно.

– Прошло полчаса или нет, но этот паразит нас не услышит. Идем, только очень тихо и осторожно.

Похоже, Орм ждал от меня рывков и прыжков. И был в общем-то прав, если б не природная къолевская «замороженность» и не выучка у капитана Свана, когда дышать-то иногда можно только с разрешения старшего.

– Он не убил нас, – бормотал себе под нос наконец-то поднявшийся на ноги и неслышно крадущийся впереди жрец. – Потому что боится. Боится все-таки, паразит. На законы совести человеческой и те, что дали нам Драконы, ему плевать, но вот того, что действует в земле Фимбульветер, он боится. Убийство жреца Дода так не оставят, другое дело, если дурной старикан сам влезет в ловушку, незнамо кем и когда поставленную, и там угробится. Хорошо, очень хорошо. Нельзя было брать этого типа здесь, не просто ж так сидел он несколько часов под землей, наверняка готовил какую-нибудь каверзу. Но теперь гад выполз из норы, так, на просторе, гораздо лучше. Берегись!

Отпрянув назад, Орм выбросил перед собой руку с посохом, уперев его острие в пол. Тяжелая решетка, обрушившись сверху, чуть не погнула металлический шест, но и сама была остановлена.

Отменное чутье у старика. Выставь он посох чуть дальше, лишился бы руки, чуть ближе – мы бы так и остались в подземелье за решеткой.

– Вот так, – пробормотал Орм. – оставил все-таки сюрприз. Одному, кто первым идет, такой подарочек прямиком на макушку, другому судьба взаперти помирать. Хорошо еще, что механизм старый, а то бы нам бы… Но пролезть можно.