Чтение онлайн

Во многих случаях ненависть христиан к языческим храмам и языческой культуре искусственно разжигалась их наставниками - "святыми отцами". По приказанию епископа Теофила в Александрии был уничтожен древнейший храм Сераписа и все произведения искусства, находившиеся в нем. Епископ Мартин из Турина "прославил" христианство уничтожением римских скульптур не только в Галлии, но и в Северной Африке, куда он послал в 399 году отряд христиан для уничтожения храмов и статуй.

В 529 году, когда византийский император Юстиниан изгоняет из Афин всех философов и риторов, в результате чего наступает кризис античной культуры - философии и искусства. Гибель этой культуры наступает в 754 году, когда на соборе в Константинополе 300 епископов объявляют анафему (проклятие) идолопоклонству, под которым они понимали все духовные ценности языческогo мира. Hенависть христиан ко всему языческому поражает: с александрийской математички Гипати они содрали кожу.

Еще в римскую эпоху, начиная с III века н. э., происходил упадок античной цивилизации, и этому в немалой степени способствовали христианские фанатики и отцы христианского учения. После падения Рима и насаждения христианства в течение всего раннего средневековья в Европе был культурный упадок и застой. Многие исследования античных ученых были утрачены или уничтожены.

В России в X - XIV веках Церковь в целом благожелательно относится к светской образованности, способствует проникновению на Русь элементов научного и философского знаний. Однако, как показывает анализ исторических данных, представленных Соловьевым и Татищевым, инициатором создания школ и училищ, основания монастырских библиотек, переводов наиболее значительных литературных памятников чаще всего была светская, княжеская власть. Да и монастыри той эпохи, ставшие первоначальными очагами культуры и просвещения, в большинстве случаев были княжеско-боярскими. Православные идеологи постоянно подчеркивают, что летописание на Руси - это заслуга Церкви. Hа деле же заказчиками написания летописей, как правило, была светская власть.

В последующий период (XV-XVII века) отношение русского православия к светской культуре и знаниям стало откровенно враждебным.

Hа протяжении всей своей истории Христианская Церковь боролась против всякого инакомыслия, и прежде всего против науки. Вот несколько примеров того, как относилась Церковь к науке и ученым. Только в средние века от Христианской Церкви пострадали: Роджер Бэкон - за идеи независимости науки от Церкви; Сигер Брабантский и Боннини - за отрицание бессмертия души; астроном Чекко ди Асколи - за учение о шарообразности Земли; математик Вальмес - за решение уравнения 4-й степени; Джордано Бруно - за пропаганду учения Коперника; Казимир Лыщинский - за отрицание существования бога.

В 1163 году папа римский запретил всем клирикам изучение физики. В 1380 году французский парламент под давлением папы Иоанна ХХII наложил запрет на всякие занятия химией. В 1564 году инквизиция приговорила врача Андрея Везалия к смерти за то, что он установил, что у мужчин и женщин одинаковое число ребер.

За пропаганду учения Коперника пожизненному домашнему заключению подвергся Галилео Галилей. Книги, в которых утверждалось, что Земля вертится вокруг Солнца, числились в "Индексе запрещенных книг" до 1835 года. Католическая Церковь яростно преследовала и Чарльза Дарвина основателя теории естественного отбора, называя его клеветником и развратником.

Для предотвращения распространения инакомыслия и прежде всего научных идей Католическая Церковь составила перечень книг, запрещенных к изданию и распространению, - "Индекс запрещенных книг". Первый список таких книг был опубликован при папе Павле IV в 1559 году. Этот индекс издавался Ватиканом на протяжении нескольких столетий - по 1966 год. В него входили тысячи произведений выдающихся мыслителей, ученых и писателей. Кроме этого индекса, издавался указатель очищенных и подлежащих очищению книг, то есть книг, которые должны были быть подвергнуты исправлению, если автор не хотел попасть в "Индекс".

Против науки и просвещения выступала и Русская Православная Церковь, мало чем уступая в этом плане своей более могучей сестре. В частности, и она активно боролась против учения Коперника и Джордано Бруно, препятствовала развитию астрономии. Hемало препятствий чинило православное духовенство развитию медицины. Hа православных церковных соборах XIV-XVII веков рассматривались и утверждались индексы запрещенных книг. В 1745 году синодальное начальство потребовало изъять из продажи изданный Академией наук астрономический календарь, что и было сделано, обнаружило в нем сведения, "к соблазну народному склонные", "относительно Луны и прочих планет". Они возражали также против предпринятого Академией наук издания русских летописей (!).

В 60- х годах прошлого века РПЦ запретила издание романа Ж. Верна "Путешествие к центру Земли": духовные цензоры нашли, что этот роман может развить антирелигиозные идеи и уничтожить доверие к Священномy писанию и духовенству.

Духовные власти России запрещали издание многих произведений выдающихся французских писателей: Г. Флобера, А. Франса, Э.Золя и др.

По настоянию Синода на Лобном месте в Москве публично была сожжена книга-диссертация видного философа и математика Д. С. Аничкова "Рассуждения из натурального богословия о начале и происхождении натурального богопочитания у разных, особенно невежественных, народов", изданная в 1769 году. Эта книга была посвящена вопросам происхождения религии. В XIX веке цензурным и иным преследованиям духовенства подвергались труды по геологии, биологии, ботанике, физиологии, истории, философии, произведения Дидро, Гольбаха, Гобса, Л. Фейербаха. Лишь после отмены в 1861 году крепостного права Церковь стала постепенно отказываться от открытых и грубых нападок на науку.

Однако жизнь не стоит на месте, и под давлением роста общей образованности и культуры паствы Церкви приходится пересматривать свои догмы. 11 Вселенский собор 1962-1965 годов сформулировал уже новое отношение Католической Церкви к науке.

Если раньше она занималась запретом и дискредитацией науки, то в последнее время она усиленно создает видимость союза науки и религии.

Католическая и Православная Церкви сегодня заявляют, что наука и религия не только не противоречат, но даже дополняют друг друга. Католическая (но не Православная) Церковь вынуждена была признать теорию Дарвина. Папа римский признал ошибочным действия Католической Церкви по отношению к Галилею и даже принес свои извинения. Прежнюю линию на противоборство с наукой отстаивают лишь некоторые из Протестантских Церквей.

Сегодня, когда пропаганда религиозные взглядов происходит без всяких ограничений, Православная Церковь перешла в наступление. Упор при этом делается на то, что она считает своей самой сильной стороной нравственность. Hам настойчиво внушают, что без православия вообще невозможно возрождение русского народа. Подчеркивается, что для этой цели годится только православие, но никак не католицизм или протестантизм, словно эти две конфессии вовсе не принадлежат к христианству и не имеют того же бога, которому поклоняются православные.

Создается представление, что только православие является единственной формой христианства или уж единственно истинным его направлением. Вероятно, апологеты православия не знают (может, забыли?), что собой представляла нравственность в те времена, когда Православная Церковь была господствующей в нашем государстве. Речь, конечно же, идет о нравственности в царской России, которую нам ставят в пример руководство современной РПЦ и ее поборники. Стоит, вероятно, им напомнить, какая она была.

За отсутствием статистических данных (их тогда просто не было) обратимся к свидетельству сведующих и авторитетных людей царской России, которые знали о нравственности того общества не понаслышке. К ним, несомненно, относится крупнейший знаток РПЦ, ее историк архиепископ Макарий (Булгаков), который писал в "Истории русской церкви":

"Это было благочестие по преимуществу внешнее, обрядовое, фарисейское... Оно было распространено и глубоко чтилось во всех слоях нашего общества, между тем как там господствовали самые тяжкие пороки и почти совершенная безнравственность". Сильно сказано, не правда ли?