Чтение онлайн

С чужими студентами Наклз разобрался относительно быстро. Он слабо представлял, о чем можно поговорить с первокурсниками факультета политэкономии, так что бегло пролистал одолженное у одного из них методическое пособие в тщетных поисках знакомых понятий и графиков. Потом задал один-единственный вопрос. Те, кто считал, что графическое изображение отношения прилежащего катета к гипотенузе, то есть легендарного косинуса икс, называется синусоидой, получили девятки. Сторонники версии "косинусоида" ушли с семерками и восьмерками. Утешительные шесть баллов достались студентам, верившим, что это "волнистая линия". Те, кто ответил "картинка", остались сдавать. Любителей живописи набралось с два десятка. У Наклза уже голова трещала.

– Зовите всех.

– И Альберта?
– округлила глаза студентка.

– И Альберта, - подтвердил Наклз.
– Он, я так понимаю, тоже на все готов?

– Н-наверное, - окончательно опешила девушка.

– Вот и славно. Зовите-зовите.

Альберт, чем-то неуловимо напомнивший Наклзу юного Маэрлинга, зашел в кабинет последним и бочком, настороженно поглядывая на преподавателя.

Наклз окинул стайку барышень и Альберта усталым взглядом, а потом сухо распорядился:

– Молодой человек, раздобудьте портрет кесаря.

– Что?
– Альберт стремительно побледнел. Видимо, у него имелись друзья среди юнкеров и он представлял, как именно развлекается все прогрессивное население столицы с участием государева портрета.

– Портрет кесаря, - резче повторил Наклз, голова которого уже просто раскалывалась.
– Вы же все так любите художество. Давайте. У вас десять минут.

– Но...

– Вы зачет получить хотите?

Парень уныло кивнул.

– Тогда вперед.

Дверь за Альбертом захлопнулась. Барышни настороженно перешептывались и бросали на мага быстрые взгляды.

– Будет оргия?
– робко поинтересовалась, видимо, самая храбрая.

– Угу, грязная и разнузданная, - скучным тоном подтвердил Наклз, не отрываясь от бумаг.

Повисла гнетущая тишина. Только дождь за окном барабанил по крыше.

– А... а можно мы все-таки математику выучим?

– Разумеется. У вас есть замечательная возможность посвятить ей все лето, - тем же тоном продолжил Наклз.

Желающих, как маг и предполагал, не нашлось. Тишина сделалась совсем уж зловещей. Ее нарушило только явление Альберта с портретом кесаря, правда, прошлого. Наклзу оставалось лишь гадать, где студент его раздобыл.

– Замечательно.

Маг взял портрет Эвальда Зигмаринена и прислонил его к стене так, что грозный взгляд самодержца был направлен на притихших студентов.

– А... а кесарь зачем?

– Его портрет здесь найти проще, чем катехизис, тем более, что мы живем в светском государстве, - как ни в чем не бывало пояснил маг.
– А теперь, молодые люди, становитесь в шеренгу, смотрите на государя и клянитесь.

– Клянемся выучить математику за первый курс?
– поинтересовался явно повеселевший Альберт.

– Молодой человек, вы опасно близки к клятвопреступлению. Нет, клянетесь в будущем нигде и никогда не упоминать, что учились на кафедре математических методов номер два и, тем более, что сдавали мне, приват-доценту Найджелу Наклзу, данный предмет. Давайте я не стану портить вам зачетные ведомости и летние каникулы, а вы мне - биографию и репутацию.

Получив зачет, молодой человек усмехнулся, как Витольд Маэрлинг лет семь назад, и весело поинтересовался:

– А если я нарушу клятву, меня накажет государь или Создатель?

– С государем и Создателем разбирайтесь сами, но вот я на ваши выпускные экзамены непременно приду, - мрачно пообещал Наклз то, что всегда обещал в таких случаях. И это обычно производило замечательный эффект. Молодой человек мигом растерял добрую часть своего задора.
– Отнесите портрет на место, оценки я расставил, как это называется - впишите сами. И можете быть свободны.

* * *

Долго разыскивать Наклза Кейси не пришлось. Она разумно подошла к трем часам дня, успела зайти на кафедру социологии, жизнерадостно поболтать с коллегой, весьма приятным и любезным доцентом, непонятно каким образом затесавшимся в их шипящий курятник, посидела в читальном зале до закрытия - то есть до пяти вечера - и еще час проскучала в коридоре, недалеко от кабинета, где маг принимал зачет.

Последняя отважная пятерка покинула место экзекуции какой-то подозрительно тихой и печальной. Причем единственный юноша воровато нес картину, рисунком внутрь. Выползший следом Наклз выглядел немногим лучше студентов. Маг долго не мог попасть ключом в замочную скважину, и сумел запереть за собою кабинет уже когда Кейси, твердо вознамерившаяся предложить помощь, почти приблизилась к нему.

– Мессир Наклз, - как можно более мягко и негромко окликнула она, но маг все равно дернулся перед тем, как медленно обернуться. Когда он увидел Кейси, на измученном лице отразилось облегчение.

– Миледи Ингегерд. Рад встрече, - в данном случае, Наклз, наверное, даже говорил правду. В том отношении, что Кейси все же была предпочтительнее очередного студента.

– Я вас искала, - не стала ходить вокруг да около она. Профессиональные вероятностники вообще редко верили в случайные встречи.

– Понимаю. Сейчас шесть. В академии остались только мы с вами, уборщицы и молодые дарования со склонностью к живописи.

– И буфет закрыт, - довершила описание трагической действительности Кейси.
– Осталось только колоколам зазвонить.

– Мир ужасен, - согласился маг.
– Чем я могу вам помочь?

– Скорее это я хотела бы помочь. Я сегодня видела Магрит. Она попросила меня забрать кое-какие вещи. У меня с собой список, - Кейси полезла в карман за предусмотрительно написанной Магрит бумажкой, но Наклз жестом остановил ее.

– В этом нет никакой необходимости. Разумеется, вы можете собрать ее вещи.

Во всяком случае, маг согласился впустить ее в дом и не думал, что она станет воровать шелковые чулки рэдки. Это уже представлялось Кейси поводом для осторожного оптимизма.

На улице шел теплый дождь, и через тучи кое-где пробивалось солнце. Кейси, как одиннадцать лет назад, шла под зонтом Наклза, смотрела на золотящиеся на свету капли и думала о том, что все в жизни все-таки возвращается, хотя и не так, как хотелось бы. О чем думал маг, ей оставалось только догадываться. Но вряд ли тот проводил какие-то высокохудожественные параллели: он выглядел как измученный человек, изо всех сил пытающийся не заснуть на ходу.

– Помните, в точно такой же дождь, но много лет назад, мы с вами так же шли вдоль реки?
– не удержавшись, полюбопытствовала Кейси. Ей сделалось интересно, насколько избирательно Наклз выкидывает из головы бесполезные воспоминания. Ответ ее приятно удивил: