Чтение онлайн

– Если бы на моем пороге стояла именно такая беда, я бы ни за что не стал ее прогонять. Тем более, шашкой.

– Оставьте любезности барышням, - "не поняла" Зондэр и кивнула на девиц. Одна из них выпустила из рук гитару, на грифе которой красовался большой голубой бант, положила ее на стол и недоуменно покосилась на товарку. Та скривила губы.

– Вы, Витольд, не предупреждали, что к нам еще кто-то присоединится...

– Потому что к вам никто более не присоединится, - Витольд, если и был растерян, взял себя в руки довольно быстро. Он тоже отложил гитару - на сей раз безо всяких бантиков и цветочков - и кивнул приятелю:

– Артур, извини меня. Дамы, всего наилучшего.

Мондум отступила с порога в коридор. Витольд стремительно вышел и закрыл за собою дверь. Злой взгляд из-под черных кудряшек одной из девиц Зондэр перехватить еще успела.

– Весьма сожалею, что испортила вам вечер.

– Благодарю, что вы его украсили, - совершенно спокойно возразил Витольд. Зондэр, наконец, догадалась, что Маэрлинг-младший пьян. Ровно настолько, чтобы слишком тщательно следить за своими манерами, словами и жестами.
– Я не думаю, что вам нравится находиться в ... в подобном месте и обществе. Если не возражаете, мы выйдем через черный ход. И там поговорим.

– Откуда вы знаете, что я пришла говорить?

– Бесспорно, грань между оптимизмом и глупостью бывает очень тонка. Но я не настолько оптимист, чтобы полагать, будто вы сюда пришли за чем-то еще.

– Вообще, вы неплохо пели, - честно сказала Зондэр, чтобы сгладить неприятное впечатление. Серьезный Маэрлинг казался ей чем-то очень странным, почти таким же странным, как военная песня в стенах богемного ресторана.

– И вас не оскорбило наше опереточное понимание искусства?

Зондэр покосилась на Маэрлинга.

– Витольд, вы меня пугаете. И когда балансируете с розами на крыше - в меньшей степени.

Маэрлинг усмехнулся, но ничего не добавил. Он уверенно шел по коридору, несколько раз поворачивал, они спустились и затем поднялись на этаж и, в конце концов, вышли на улицу из какой-то подсобки. Зондэр совсем потеряла ориентацию в пространстве, но, как ей казалось, они очутились где-то на задворках прилегающей улицы. В еще светлом небе загорались первые звезды. Вокруг не было ни души, только где-то вдалеке за домами грохотала конка и звучали голоса.

– Так что я могу для вас сделать?
– спросил Витольд, не глядя на Зондэр. Она видела его опущенное лицо, полускрытое растрепанными кудрями, и поджатые губы.

– На самом деле, не для меня. Помощь нужна Ингрейне Дэмонре.

– Жаль. То есть я, разумеется, почту за честь оказать ей услугу. Что конкретно от меня требуется?

– Проехаться в экипаже по городу, причем так, чтобы у всех сложилось впечатление, будто компанию вам составляют развеселые барышни...

– А кто на самом деле будет составлять мне компанию, мне можно узнать?

– Найджел Наклз и Дэмонра. Но парочку барышень еще можно будет впихнуть в экипаж, если такие смелые ... смелые девушки найдутся.

Маэрлинг нахмурился еще сильнее. Видимо, он все же принадлежал к той редкой породе людей, которым вино добавляет, а не убавляет здравого смысла.

– Я не стану вам рассказывать, что это безопасно, - вздохнула Зондэр. Колебания Витольда она вполне могла понять. На его месте - и вовсе отказалась бы наотрез. Наверное, Дэмонра имела какие-то причины, чтобы рисковать жизнью и репутацией ради Наклза, но все остальные вовсе не обязаны были радостно присоединяться к ее подвигам. На взгляд Зондэр, весьма сомнительным.
– Придется перехватить их в одиннадцать и провезти через полгорода, от Болотной до Семи Ветров.

– Разумеется, я сделаю все, что потребуется. В конце концов, у меня перед этим человеком имеется личный долг.

Зондэр насторожилась.

– Он поставил мне математику, - все-таки улыбнулся Маэрлинг.
– Честное слово, это хорошее мерило милосердия.

Мондум невольно улыбнулась в ответ. Вот теперь перед ней стоял привычный Маэрлинг, мастер на каверзы и глупости, всегда выходящий сухим из воды. Он мог и сумасшедшего мага по столице провезти под самым носом у жандармов, и пару девиц попутно прихватить, и на гитаре им сбряцать, и уж точно он не мог закончить как герой старой военной песни. Такие всегда выживают, становятся смешливыми стариками, бессовестно врут внукам про "золотое прошлое" и иногда даже сами в это верят.

– Спасибо, Витольд, вы меня очень обяжете...

– Право, не стоит. Я, увы, оказываю услугу не вам. Впрочем, если мне когда-нибудь выпадет такая приятная возможность, просто дайте мне знать.

Зондэр смотрела в темные бархатные глаза и пыталась сообразить, что же на самом деле творится в голове у их счастливого обладателя. Женщины от такого взгляда, к гадалке не ходи, млели. Мондум даже полезли в голову всякие глупости о том, что в рай пускают по какому-то другому принципу, чем отсутствие интрижек. Она срочно перевела взгляд на что-то более безопасное, то есть на зеленоватое вечернее небо.

– Спасибо, Витольд. Еще раз извините меня за прерванное веселье.

Маэрлинг усмехнулся:

– Мы проводили время не так уж и весело. Честно сказать, увидев вас, я удивился меньше, чем мог бы, хотя и успел порядочно выпить. Во всяком случае, я теперь знаю, что надо петь, чтобы вы появились.

Зондэр поежилась. Как ни странно, песня ее порядком напугала. Хотя, возможно, все дело было в предстоящей ночи, сходящем с ума маге и Дэмонре, которая вела себя так, словно сошла с ума куда раньше товарища.

– Давайте оставим уводящие вдаль дороги для войны. Для мира нам вполне хватит закатов, роз и страстных очей всех цветов радуги.

– Никогда бы не заподозрил вас в симпатии к такой музыке...

Зондэр оставалось только пожать плечами. Малознакомые люди отчего-то всегда приписывали ей любовь к искусству в самом возвышенном его понимании и вообще какие-то романные добродетели. И, что хуже всего, люди, которые знали ее хорошо, зачастую делали то же самое.

– Не все нордэны в восторге от Ингмара Марграда, - спокойно возразила она.
– Некоторые самым позорным образом любят мир, хотят спокойно жить и умереть в своей постели.

Витольд нахмурился:

– Знаете, миледи Мондум, я не суеверен, но мне почему-то кажется, что на сей раз дороги уведут очень далеко. Вероятно, это следствие игристого и общей дворянской сентиментальности.

– Вы сегодня необыкновенно мрачны, Витольд.

– Видите ли, миледи Мондум, как раз сегодня отец получил письмо от управляющего завода в Карде.

– Надеюсь, он не украл больше положенного?
– попыталась улыбнуться Зондэр. Что-то шло не так.

Витольд тряхнул кудрями: