Время жить. Пенталогия
Шрифт:
Вот и сейчас он увлеченно излагал самые последние новости.
– Мне кореш с ремроты рассказывал, что когда они позавчера летали на Центральную базу за новыми запчастями, ему один унтер говорил, что с первого числа отменят боевые!
– У-у-у! Уроды!
– дружно отреагировали Рин и Череп. Боевые были существенной добавкой к весьма скудному солдатскому жалованию.
– Зато когда Филлина станет колонией, на нашу базу тоже привезут поселенцев. Построят для них городок и будут пускать туда в увольнения.
– Это когда еще будет, - рассудительно заметил Рин.
– Может, к тому времени нас уже давным-давно куда-то переведут.
– А еще тот унтер сказал, что сразу же после церемонии базу сделают стационаром. Офицеры смогут привезти сюда свои семьи, а для нас устроят этот... пункт психологической разгрузки! С девочками!
– Да ты гонишь!
– Череп даже отвлекся от езды, едва не перевернув машину на крутом повороте.
– Может, тебе здесь еще салун со стриптизом откроют?!
– Да нет, может, и не гонит, - пожал плечами Рин.
– Если офицерам сюда семьи привезут, то нам - баб. Это закон такой. Ты лучше за дорогой следи, не отвлекайся.
Они еще немного поговорили на эту животрепещущую и волнительную тему, а затем вездеход, загребая сыпучий песок широченными рубчатыми колесами, въехал на дюну, и началась работа.
Зуб, спрыгнув на песок, вытащил лестницу и, разложив, приставил ее к столбу, на верхушке которого был укреплен бездействующий датчик. Засунул в задний карман спецовки ключ и полез наверх.
– Эй, не торопись!
– спокойно окликнул его снизу Рин.
– Погоди откручивать, проверь сначала энергопатрон.
– Мы же совсем недавно их меняли...
– Я сказал, проверь!
– в голосе Рина зазвучали командирские нотки.
– Мал еще спорить.
Повинуясь, Зуб, согнувшись в неудобной позе, откинул крышку гнезда и тут же обрадовано завопил:
– Сгорел, весь черный!
– Так вытаскивай его и спускайся!
– А как ты догадался, что в патроне дело?
– поинтересовался Череп, все еще сидевший на водительском месте.
– А там вся партия такая. За последнюю декаду три патрона сгорели. Этот - четвертый.
Зуб, метнувшись к машине и обратно, поменял энергопатрон на новый. Осталось только щелкнуть предохранителем и снова включить датчик.
– Погоди, - снова остановил его Рин.
– Слазь пока. Значит, так, - обратился он к Зубу и Черепу.
– Мы с вами, как положено по инструкции, сняли этот датчик. Потом начали его проверять. Ничего не нашли, взяли новый и привинтили его на место. Он ни фига не работает. Снова сняли. Потом додумались посмотреть энергопатрон. Поменяли. Потом, чтоб добро не пропадало, снова собрали старый датчик и поставили его на место. В общем, два с лишним часа промудохались. Если сейчас вернемся, нам опять какую-то работу найдут...
– Как филитов поотпускали, так на нас все навалили, - поддакнул Зуб.
– Верно. А так отдохнем немного и поедем потихонечку. Только, Череп, откати машину... хотя бы в те заросли, тут больно солнце печет.
– Слышь, Рин, - вдруг хитро ухмыльнулся Череп.
– А давай лучше на пляж сбегаем. Видишь, там то ли промоина, то ли обвалилось. Чуть-чуть подкопать, и можно будет под проволоку пролезть.
Унтер-офицер заколебался. Выход за периметр - грубое нарушение дисциплины, за это простым внушением не отделаешься. Но голубое ласковое летнее море, плескавшееся, казалось, у самых ног, манило и звало.
– Если что, так включим биоискатель в активном режиме. Пусть пищит, как кого обнаружит. Кто нас увидит?! Зато покупаемся!...
И Рин решился.
– Эй Зуб, - начальственно распорядился он.
– А ну, ищи лопату! И прихвати подстилку, чтоб не на голом песке лежать!
Коммуникатор запищал, как всегда, неожиданно. Рин лениво протянул руку, но Череп остановил его.
– Погоди. Мы ж работаем. Заняты.
– И то верно.
Рин пропустил две серии писков, и только на третьей поднес коммуникатор к уху.
– Да, все в порядке, - сообщил он.
– Все еще возимся, никак не можем найти поломку. Наверное, будем менять весь датчик... Да, тихо и спокойно... До связи... Ну вот, - он положил коммуникатор обратно на подстилку.
– Еще час у нас есть. А теперь показывай, что тут у тебя.
Череп послушно разжал кулак. На его ладони слабо подрагивала странного вида рыбка. Длинная, тоненькая, с вытянутым рыльцем, она была вся покрыта мелкими гладкими пластинками зеленого с желтизной цвета. Длинный хвост заканчивался крохотным плавничком, похожим на раскрытый веер.
– Круто!
– с завистью выдохнул Зуб.
– А что ты с ней будешь делать?!
– Отдам Фирку из лаборатории. Он ее высушит как надо, чтобы не завонялась, и вскроет лаком.
– Где ты ее поймал?
– спросил Рин. Он сам пока мог похвастаться только находкой десятка ничем не примечательных ракушек.
– А вот там, видишь, где темные пятна? Там камни, растет морская трава. И неглубоко, стоять можно, хотя и неудобно. Поплыли?
– Поплыли!
И все трое снова бросились в теплую, прогретую солнцем мелкую воду.
Прерывистый писк донесся до Рина, когда он в очередной раз вынырнул, чтобы отдышаться. Он уже поймал морского рака с большой, словно лакированной, клешней, сидящего внутри витой раковины длиной с полпальца, но проклятые рыбки все никак не попадались.
Опять коммуникатор? Нет, это биоискатель! Где-то поблизости появился кто-то крупный! Рин заторопился к берегу, но не успел преодолеть и нескольких метров. У кромки воды словно ниоткуда появилось несколько фигур, напомнивших перепуганным солдатам инопланетян из фантастического боевика. На их головах были большие круглые шлемы с масками, одеты они были в мешковатые серые тускло блестящие комбинезоны и широкие маскировочные плащи под цвет песка. Один из "инопланетян", держа в руке игломет Рина, сделал солдатам недвусмысленный жест.
– А ну, вылезайте!
Огнестрельного оружия у "инопланетян", кажется, не было, хотя у всех были длинные острые кинжалы, сделанные из какого-то белого с желтизной материала, напоминавшего металлопластик. В среднем, они были ниже кээн почти на целую голову, но от них веяло такой опасностью и сдерживаемой агрессией, что Рин, Череп и Зуб, захваченные врасплох и в самом непрезентабельном виде, и не подумали сопротивляться. Рин покорно взял у одного из "инопланетян" пищащий биоискатель и покорно выключил его, даже не обратив внимания, что наставленный на него игломет так и не был снят с предохранителя.