Чтение онлайн

Вот только быстрее чем полсотни километров в час я теперь ехать не мог. Асфальт после ямочного ремонта повываливался, ямы углубились и стали еще опаснее. Машину-то не жалко, мне что, ездить на этом мерсе? А вот остаться сейчас совсем без «колес» — это абсолютно реально. Какой бы ни был мерс бронированный со всех сторон, но если у него отвалятся колеса…

Когда в машину снова ударили «кувалды», я уже почти выбрался с боковой дороги на основную трассу, ведущую в город. Мерс загудел как колокол после ударов, я глянул в уцелевшее правое зеркало заднего вида и увидел там две машины — первая, это черный «гелик», то бишь «гелендваген», вторая — «кукурузер», тот самый лендкрузер-150, обвешанный «люстрами» и поднятый на внедорожных «катках». С такими колесами пофиг ямы и кочки, а дури «кукурузера» хватит, чтобы разогнать его под двести километров в час. Впрочем — вряд ли они так его разгонят — на внедорожных «лаптях» не очень-то погоняешь. А вот по бездорожью — тут крузак уже король!

Тяжелый удар потряс, заставил «мерина» вильнуть, и я едва успел поймать машину на дороге. До выезда на трассу оставалось метров пятьсот, не больше, но эти пятьсот метров нужно было еще прожить. Увидев, что стрельба для меня как летний дождик, преследователи решили просто столкнуть меня с дороги, чтобы потом спокойно выколупать из бронескорлупы. По их расчетам трехтонный «кукурузер» должен был спихнуть «мой» мерс с дороги, как ребенок консервную банку — пнул, и полетела! Но вот только онизабыли, что бронеавтомобиль весит вдвое больше, чем обычная машина. И потому у них ничего не вышло. А вот у меня — получилось!

Я резко тормознул — так, что изтормозных дисков повалили дым. Чего-чего, но даже небронированный мерс не любит резких «мертвых» торможений. Не положено тяжеленному лимузину останавливаться так, как спорткару. Не его это дело! Горят колодки.

Кукурузер, не ожидавший такого маневра, проскочил мимо, вскользь проехавшись вдоль заднего крыла моего мерса. А когда он оказался впереди, я нажал на педаль газа, опустив ее до самого пола.

Люблю эти жидкостные автоматические коробки передач. Они слегка тормозные в сравнении с механикой, зато никаких тебе дерганий за «кочергу». Просто жми на газ, и поезжай! Коробка «думает» примерно секунду, раскручивая движок на максимальные обороты и переходя на пониженную передачу, а потом выстреливает многотонную машину так, будто в зад ее пнул сапог великана.

Двигатель этого мерса скорее всего был форсирован, что и понятно — попробуй-ка, потаскай такую тяжесть! А может он от природы был настолько мощным — все-таки двенадцать цилиндров. Но это и не важно. Главное — он устремился вперед и догнал крузака за секунду, не больше, и ударил того в правую заднюю арку!

Вес «ударника», плюс то обстоятельство, что центр тяжести лендкрузера находился слишком высоко, чтобы безболезненно баловаться подобными развлечениями — все это привело к тому, что крузак вильнул, слетел с дороги, и великолепно закувыркался, сделав не меньше чем пару оборотов через крышу.

Одним меньше! Ну что же, а с «геликом» я расправлюсь на трассе.

На трассу выскочил через минуту, едва не протаранив желто-поносного цвета москвиченка с рассадой и мотыгами на старом ржавом багажнике. «Москвич» что-то возмущенно пробибикал мне вслед хриплым, дребезжащим сигналом, но я не обратил на это никакого внимания. Поезжай, дедулька, и радуйся жизни! У тебя рассада, любимая жена, с которой ты идешь по жизни, внуки и крохотная пенсия. И ты никого не убиваешь, и не будешь убитым. Надеюсь. А вот мне надо оторваться от этих поганцев, и единственный способ это сделать — разогнать мою коляску до космических скоростей. На бездорожье гелик мою машину превосходит, а вот на трассе…тут уже посмотрим. На высокой скорости гелик начинает мотать, как пьяницу после поллитры, а вот «мой» мерс плевал на все и всех — вжимается в дорогу и прет, вспарывая воздух своим скошенным носом. Настоящий король дорог! Двести пятьдесят километров в час — ограничение только электроникой!

Вот только одна закавыка — особо-то и не погоняешь. Попутные машины мешают. А когда въедешь в город — тут вообще не имеет значения ни мощность, ни модель автомобиля. Ну…почти не имеет. Пролетать на красный свет конечно же можно, но до поры, до времени. Это только в кино главный герой безболезненно пролетает все светофоры, не снося добропорядочных граждан. На деле — уже были бы трупы и куча-мала из машин.

Снимаю ногу с газа, «мерин» медленно начинает тормозить. Смотрю в уцелевшее боковое зеркало (в салонное ни черта не видать — все стекло в белых кружочках попаданий), вижу, как приближается этот черный жук. Окна открыты, в них видно головы и торчат стволы автоматов. Шустрые парни! Только вот и в самом деле не пойму — на кой черт им это надо? Работодателя нет, кто платить будет за риск, и просто за работу? Зачем меня преследовать? Нарываться? Или это что-то личное?

А что…вполне может быть. Я же ведь не только банкира положил, я еще и охранников поубивал, телохранителей. А у них точно были какие-нибудь приятели среди сослуживцев. В общем — хотят они меня заполучить, аж зубы у них ломит! И надо что-то придумать, пока в город не въехал.

Снова заработали молотобойцы. Мерс загудел, как колокол, а рядом и впереди него из мостовой вдруг начали выскакивать искры. Пули выбивали их из камешков, впечатанных в асфальтовое покрытие. Забавное зрелище — если наблюдать со стороны. А когда сидишь в броневике, поливаемом огненным дождем, невольно закрадывается мыслишка: «А что если стекло все-таки не выдержит? Или боковая броня сделана некачественно, и пуля пролетит между стыками?»

Гелендваген тащился метрах в пятидесяти — я снижал скорость, и он снижал. И не переставали стрелять. Я даже неприятно удивился — да сколько же патронов у этих бесов?! Ну как киношные автоматы, у которых патроны не заканчиваются никогда!.

Я остановился, и гелендваген встал. На дороге пустынно — ни одной машины. И слава богу — не хочу лишних жертв. Пуля, она не разбирает — куда лететь, кого убивать.

Мерс штука очень поворотливая — глядя на него, и не подумаешь, что такая махина может развернуться практически на месте. У него даже колеса слегка ложатся на бок — что благотворно влияет не только на устойчивость в поворотах, но и вообще на поворотливость аппарата. Машину даже не занесло — только пыль, да черный дым из-под задних колес. Да визг нещадно сжигаемой резины.

Они вначале не поняли, что именно я хочу сделать. Продолжали палить, засыпая мостовую россыпями латунных цилиндриков, и только когда я был уже в метрах двадцати от них — гелик дернулся назад и попытался уйти от удара. Но было поздно. Я догнал его, и мой мерин всей своей бронированной тушей ударил противника в правую переднюю колесную арку.

Броня есть броня. Впереди под пластиковой оболочкой — что-то похожее на стальной рельс. Днище усилено стальной плитой, выдерживающей взрыв тротиловой шашки. Капот можно поднять только с помощью электромотора, накачивающего жидкость в толстенные гидроцилиндры — здесь тоже стальная и кевларовая оболочка. Глупо было бы уцелеть в салоне машины, которая не может двигаться после того, как ей прострелили движок. Двигательный отсек украплен неимоверно.

К моменту удара мерс набрал около сотни километров в час. Эта скорость, помноженная на массу машины…вряд ли кто-то из обитателей гелендвагена остался в сознании. А может быть и в живых. Я выбил их машину с дороги, как шар-биток своего коллегу на биллиардном столе. «Гелика» подбросило в воздух, он перевернулся вверх колесами, и всей своей тяжестью приземлился на крышу, приплюснувшись до самых дверей. Вряд ли кто-то остался в живых. Они ведь не пристегивались, в отличие от меня.

Я бы тоже вылетел в кювет, но мой мерс погасил скорость в момент удара, и я сумел удержать его на самом краю дороги.

Но долго стоять здесь не мог. Скорее отсюда — скорее! Могут появиться и другие преследователи, а еще — гаишники, любопытные автомобилисты — да мало ли еще кто появится! Вон, уже две машины показались из-за подъема, сейчас подъедут и срисуют меня на месте ДТП. Мне этого не нужно.

Мерс откликнулся на движение педали газа, и легко, будто только что не выбрасывал в кювет трехтонный джип — подался назад. Ручку коробки снова в положение «драйв», и мерседес несется по трассе, как разъяренный носорог, слегка побитый в драке со своим сородичем. Да, слегка — пусть теперь и лобовое стекло в белых пятнах, пусть кузов больше похож на дуршлаг — но он едет, и отлично едет! Слава немецким гениям автомобилестроения! Но для себя все равно куплю «кукурузера». Больше он мне нравится, ей-ей…