Все будет по-другому
Шрифт:
– Ты заблокировал мою машину! Отгони… мы в школу опаздываем!
– Я вас отвезу!
– Нет!
– делаю несколько шагов в обратном направлении.
– Отгони свою машину, - стараюсь говорить ровнее, не выдавая своего раздражения.
– Постой, - перехватывает меня за предплечье.
– Когда ты ей скажешь?
– говорит полушепотом, глядя мне в глаза.
– Никогда, - сглатываю подкативший к горлу ком.
– Не нужно со мной воевать… Давай договоримся по-хорошему.
– Нам не о чем договариваться, - делаю шаг назад.
– Мам, - дергает меня за подол платья Аленка.
– Мы же опаздывали, ма!
– Убери машину.
– Ты же понимаешь, что ты проиграешь эту войну, - одними губами произносит он, мельком взглянув на Алену. Снова впивается в меня взглядом.
– Отгони машину, - продолжаю стоять на своем.
Не скрывая раздражения Ярослав садится в свой седан и отъезжает в сторону.
Отмыкаю машину, усаживаю Алену в детское кресло.
– Не пристегивай, мам! Ну мам!! Юбка же помнется, - возмущается дочка.
Игнорирую ее недовольство, пристёгиваю ребенка ремнями безопасности. Выезжаю со двора, замечаю, что он следует за нами.
Яр совершенно не соблюдает дистанцию, едет позади, прижимаясь к моей машине, заставляя меня нервничать все больше и больше. Мне так хочется ударить по тормозам, чтоб разбить морду его автомобиля. Но в салоне ребенок, и позволить такое безрассудство себе я, увы, не могу. Пульс стучит в висках, сердце бахает, пробивая грудную клетку. Я совершенно не слышу того, что щебечет дочка на заднем сиденье.
– Ма! А цветы!? Ты забыла про цветы! А кто этот дядя? Почему ты его испугалась? Ма! По-моему, я его где-то видела!
– Где?
– я вся обращаюсь в слух.
– Не помню…
– Точно не помнишь?
– Не а.
Выдыхаю. Притормаживаю на светофоре. Господи… Ну зачем он свалился на мою голову? Столько лет не видела и еще десять раз по столько же не видела бы. Снова трогаюсь, наблюдая за тем, как он стартует следом.
Записываю голосовое Арине. Узнаю, готов ли заказанный мной букет. В левом ряду авария. Пытаюсь осторожно объехать пострадавший автомобиль. Телефон выскальзывает из рук одновременно с пиликанием сообщения от флориста. На секунду отвлекаюсь от дороги, собираюсь поднять его. Краем глаза замечаю белые банты перед капотом. Бью по тормозам. Ощущаю толчок и звук удара. Громкий вскрик Аленки. Мое сердце улетает куда-то вниз. Не сбила... Я ее не сбила... Повторяю про себя, наблюдая за тем, как маленькая девочка, перебежав дорогу, сбавив темп, спокойно идет по тротуару. Поворачиваю голову в окно и вижу недовольное лицо Ярослава, буравящего меня взглядом сквозь стекло. Рукой нащупываю коленку дочери.
– Зайка, ты в порядке?
– поворачиваюсь к ней.
Он дергает ручку задней двери. Она ему, разумеется, не поддается. Алена начинает паниковать.
– Мамочка! Мама!!
– ребенок заливается плачем.
Яр стучит в окно.
– Открой!!
– гневно припечатывает ладонью по стеклу.
Жму на газ и под плач испуганной дочки срываюсь с места.
2.
– Доченька! Мышка моя! Зайчик мой, прекрати плакать. Аленка, прекрати! Все хорошо… - тереблю дочку за ножку.
Набрать скорость не получается, движение плотное. Машины еле плетутся. Скорее всего, Алена испугалась не удара, он был не сильным. А вот то, как он начал ломиться в машину, явно впечатлило ребенка.
Дочка всхлипывает и вытирает ладошками щеки.
– Я испугалась!
– снова всхлипывает она.
– Кто этот дядька? Я его боюсь.
Отвлекаюсь на долю секунды, чтобы взглянуть на нее. Ее губки дрожат и плечики тоже вздрагивают.
– Не бойся! Я ведь с тобой, - пытаюсь сказать как можно бодрее, но ощущение тревоги заполняет меня, и мне все сложнее держать лицо перед ребенком.
– Я покажу этому дядьке, как пугать мою принцессу! Не рад будет, что на свет родился!!
– произношу грозным голосом. В зеркало заднего вида отмечаю легкую улыбку на губах Алены и то, как этот козел, снова пристраивается за нами.
– Мы не опоздаем, ма!?
– с тревогой в голосе произносит она.
– Не опоздаем. Сейчас за букетом к Арише заедем и сразу в школу.
Цветочный магазин одной моей знакомой находится в начале частного сектора. Дороги здесь узкие. Движение, менее оживленное. Мне удается немного увеличить скорость. Ярослав не отстает, правда, теперь дистанцию держит. Пульс продолжает грохотать в висках. Алена почти успокоилась, а вот мне бы не помешало какое-нибудь успокоительное.
– Все хорошо?
– поворачиваюсь к притихшей Алене.
– А что мы будем делать после праздника? Пойдем на аттракционы?
Ну все, можно выдохнуть, Аленка переключилась на другую тему. Мне бы так…
– Конечно пойдем.
– И на колесе обозрения покатаемся?
– Обязательно, - снова стреляю взглядом по зеркалам. Едет…
– И в комнату страха пойдем?
Сердце ускоряется одновременно с тем, как он начинает опережать нас. Мне приходится потесниться, чтобы он не снес мне зеркало. Моя машина и так сегодня пострадала, довольно с нее разбитого зада. Левая рука сама нащупывает холодную сталь под сиденьем. Обогнав нас, Яр разворачивает свою машину поперек. Придурок... Здесь ведь одна полоса. Односторонка.
– И в комнату страха, - соглашаюсь с дочкой и передаю ей свой телефон.
– Посмотри мультик, - останавливаюсь, отстегиваю ремень.
– А ты куда?
– Сейчас приду, - вытягиваю монтировку из-под сидения и выхожу из машины.
Я совершенно не чувствую ее тяжести. Делаю несколько шагов по направлению к нему. Яр удивленно смотрит на меня, перекидывая взгляд с лица на руки.
– С битой было бы эффектней, - с ухмылкой произносит он.
– Бита лежит у меня в багажнике, - ровным голосом отвечаю ему.
– Тяжелая ведь. Давай подержу?
– протягивает руку. На его лице все та же кривая ухмылка.
Размахиваюсь и бью со всей силы по капоту черной Ауди.
– Ты напугал моего ребенка!!
– замахиваюсь второй раз. Противный лязг металла об металл еще не успел отзвенеть в ушах. Он перехватывает мою руку, отнимает железяку, отбрасывает ее в сторону.
Я вожу эту железку на всякий случай. Она осталась в машине от прежнего хозяина, и обнаружила я ее месяца через полтора после покупки. В машине монтировка, в сумочке шокер, в кармане куртки или пальто - перцовый баллончик. Я нередко возвращаюсь домой поздно вечером, не всегда на машине. Порою приходится передвигаться на своих двоих. Ему повезло. Сегодня ни баллончика, ни шокера у меня с собой не оказалось. Зато подвернулась совершенно бесполезная на первый взгляд железяка. Думала припугнуть его слегка. А рука сама взлетела и припечатала по его машине, явно шокировав эту надменную рожу. Что мне еще сделать, чтобы он от меня отвязался?
– Ты что творишь?
– ошарашенным голосом спрашивает он, продолжая удерживать меня.
– Это ты, что творишь? Ты конченный придурок!! Права купил, а мозги забыл? Какого черта ты ко мне прижимался? Какого черта, ты преграждаешь мне путь!
– Она в порядке?
– бросает взгляд на мою машину.
Если Алена молчит значит ее поглотили мультфильмы. Когда она дорывается до любимых мультиков, вокруг может происходить все что угодно, она этого не заметит.
– Мамочка!!
– доносится из приоткрытого окна. Нет… Мультики в данном случае не помогли.
– Мама!!
– продолжает кричать дочка. Из машины снова доносится плачь.