Чтение онлайн

– Не думаю, что убийца был настолько глуп, чтобы заранее не предвидеть этого, - ответила я.

Официант принес мне заказанную порцию виски с содовой.

Уэсли продолжал делиться своими соображениями:

– Я не буду отрицать того, что найденная вами гильза была специально подброшена полицейскими, я не буду также отпираться от того, что там, в лесу, за вами с Марино следили. Там находились двое полицейских, которые видели все, чем вы занимались, включая момент извлечения патронной гильзы. Если бы ты мне сама не позвонила, я все равно связался бы с тобой.

– Хотелось бы надеяться на то, что вы говорите искренне.

– Мне бы все равно пришлось объясняться, выбора у меня не было, ведь ты, сама того не зная, без всякого злого умысла, помешала успешному завершению начатой операции. И все-таки ты права. Мне следовало предупредить тебя заранее, тогда бы ничего такого не случилось и нам бы не пришлось пересматривать или перекраивать свои планы.

– А что именно вам пришлось перекраивать?

– Не наткнись вы с Марино на нашу засаду, уже завтра все новости были бы известны убийце.
– Помолчав немного, он продолжил: - Небольшая порция дезинформации может сыграть свою положительную роль, доставив преступнику массу всяческих беспокойств, а может быть, даже заставит его объявиться. Сообщение о найденной гильзе появится не ранее чем в понедельник.

– И какой вы в этом усматриваете смысл?
– спросила я.

– Мы хотим создать впечатление, что во время экспертизы нам кое-что удалось обнаружить. Убийца действительно оставил на месте преступления важную улику. Ссылаясь на это, имея в арсенале множество опровержений, полиция может воздержаться от каких-либо комментариев. Все наши намерения направлены на то, чтобы создать видимость, будто мы знаем о существовании этой улики, обнаружить которую, однако, нам так и не удалось. Итак, убийца, озадаченный навязчивой идеей, может прийти на место преступления, чтобы забрать оставленную гильзу. Она начнет откапывать подкинутую нами гильзу, а мы тем временем схватим его за этим занятием, предварительно засняв все на пленку.

– Патронную гильзу можно рассматривать как улику только в том случае, если у него в этот момент при себе будет пистолет. И зачем ему, рискуя собственной жизнью, появляться на месте убийства, если он наверняка догадывается, что полиция ищет оставленную им улику?
– допытывалась я.

– Его могут беспокоить разные другие вещи, потому что, по существу, он потерял контроль над ситуацией. То ли он был вынужден, то ли, наоборот, не было никакой необходимости стрелять Деборе в спину. А может быть, вообще можно было избежать этого расстрела. Чини же был умерщвлен каким-то другим способом. Кей, откуда убийце знать, что является предметом наших поисков: возможно, мы ищем патронную гильзу, возможно, что-то другое. Ему также неизвестно, в каком состоянии были найдены трупы. Мы не знаем, что убийца сделал со своими жертвами, а он понятия не имеет о том, что тебе удалось выяснить во время вскрытия. Конечно же, он не явится на место убийства сразу после газетных сообщений на эту тему, а через одну-две недели, когда вся история поутихнет, он может туда прийти.

– Я очень сомневаюсь в том, что эта ваша тактика дезинформирования противника может сработать, - сказала я.

– Кто не рискует, тот не пьет шампанское. Убийца оставил улику, и надо быть последними дураками, чтобы не воспользоваться этим.

– И вы точно так же изощрялись с уликами, найденными в других четырех случаях, Бентон? Насколько мне известно, червонный валет лежал внутри каждой найденной машины. Вы очень старательно скрывали эту деталь.

– Кто тебе об этом сказал?
– спросил он, без тени удивления, ничуть не изменившись в лице.

– Это правда?
– Да.

– А при расследовании убийства Деборы Харви и Фреда Чини вы тоже обнаружили карту?

Окинув взором зал, он подозвал официанта, который сказал:

– Рекомендую отведать филе-миньон. Открыв меню, Уэсли сделал заказ:

– Либо это, либо бараньи отбивные.

Отмечая свой заказ в меню, я чувствовала, как бешено колотится мое сердце. Не в силах совладать со своими чувствами, я зажгла сигарету. Мои мозги неистово искали выхода из создавшегося трудного положения.

– Вы так и не ответили на мой вопрос.

– Я не пойму, какое отношение имеет этот вопрос к твоему участию в расследовании дела?
– спросил он.

– Полиция пригласила меня на место найденных трупов только спустя несколько часов. А к тому времени, когда я прибыла, к телам уже прикасались, их передвигали. Причастные к этому делу следователи упорно отказываются отвечать на мои вопросы. Вы же без всякой причины просите меня как можно дольше тянуть с оглаской результатов экспертизы и причины смерти Деборы и Фреда, а Пэт Харви угрожает мне судом за то, что я умалчиваю об этом, - сказала я. Уэсли даже не шелохнулся в ответ.

– И наконец, - в заключение сказала я довольно злым тоном.
– Я вернулась на место преступления, ничего не зная о том, что оно находится под наблюдением, а найденная мною улика, оказывается, была специально подброшена. И все равно вы считаете, что все перечисленные мною моменты не имеют никакого отношения к моему участию в расследовании, или вы решили просто убедить меня в этом.

– Ни в чем таком я тебя не убеждал.

– Ну, тогда это делается кем-то другим. В ответ он только промолчал.

– Мне очень важно знать, был ли найден червонный валет в джипе Деборы или где-то рядом с телами убитых. Это поможет установить связь с предыдущими четырьмя убийствами. Если по Вирджинии гуляет распоясавшийся преступник, виновный в целой серии убийств, меня это не может не волновать.

Он застал меня врасплох, спросив:

– Что ты рассказывала Эбби Торнбулл?

– Я ничего ей не рассказывала, - ответила я, чувствуя, как сильно бьется мое сердце.

– Но ты же с ней встречалась, Кей. Ты же не будешь этого отрицать?

– Об этом вам сообщил Марк, и вы не будете этого отрицать?

– Если бы ты сама не сказала ему об этом, то у Марка не было причины интересоваться твоими встречами с Эбби в Ричмонде и Вашингтоне. А так просто ему совершенно незачем было сообщать это мне.

Я в недоумении уставилась на него. Откуда Уэсли узнал о том, что я встречалась с Эбби в Вашингтоне, если за ней действительно не было слежки?

– Когда Эбби приезжала ко мне в Ричмонд, - сказала я, - звонил Марк, которому я рассказала о том, что Эбби находится у меня в гостях. Или вы хотите сказать, что он ничего вам не говорил?

– Нет, ничего.

– А от кого же тогда вы узнали об этом?

– Существуют вещи, о которых я не могу тебе рассказывать. Ты мне просто должна верить на слово.

В это время к нашему столику подошел официант, поставив перед нами две порции салата. Мы ели молча. Уэсли снова вернулся к нашему разговору только после того, как нам подали второе.

– Я нахожусь под еще большим давлением, - тихо сказал он.

– Об том нетрудно догадаться по вашему измученному и усталому виду.