Все дороги этого мира
Шрифт:
Директор отправился общаться с актерами, и учиться летать на кодре, а Хэсс пошел вправлять мозги ученику Эльниню. Хотя какой он ученик без учителя то?
Свет в повозке не горел.
– Ты здесь?
– на всякий случай спросил Хэсс.
Ответа не последовало, но дыхание человека Хэсс уловил.
– Значит, здесь, - удовлетворенно сообщил он сам себе.
– Если на полу, то лучше поднимись, я все равно к тебе заберусь.
Хэсс хотел заставить Эльниня пошевелиться, но тот не отреагировал.
– Фу-ты!
– пробираясь по скользким доскам к столу, запричитал Хэсс.
– Ты что масло здесь разлил? Между прочим, имущество то не твое, мог бы убрать.
– Это не я, - соизволил сообщить Эльнинь.
Голос был слабый, без каких-либо интонаций.
– Да мне то по фигу, - Хэсс гнул свою линию.
– Но повозка числиться за тобой.
– Хорошо, завтра уберу, - все также без выражения пообещал Эльнинь.
– А до этого мне на полу валяться?
– довольно сердито уточнил Хэсс.
Эльнинь молчал.
На столе Хэсс нашарил лампу и зажег свет. Приятный свет открыл захламленность повозки.
– Прибрался бы бездельник, - вор не жаловал беспорядка.
– Хорошо, - покорно согласился Эльнинь.
– Сейчас же!
– по слогам выговорил ему вор.
– Но!
– Что тебе мешает сделать это сейчас?
– схватив Эльниня за руку, потребовал он ответа.
Тот растерялся.
– Ничего, - смог пролепетать Эльнинь.
– Вот и прибирайся, - Хэсс уселся на стол, а ноги поставил на табуретку.
– Говорить в мусорной куче мне не хочется.
Эльнинь вяло взялся наводить порядок. За последующие сорок минут он управился с этим занятием.
– Теперь ты сам, - Хэсс одобрил результаты уборки.
– Я?
– Эльнинь не видел, что сам он был подобен той мусорной куче.
– Пойдем умываться, одеваться, - Хэсс выбрался из повозки.
Всю свою одежду Эльнинь постирал, Хэссу пришлось поделиться своими тряпками.
– Теперь есть, - Хэсс выдвинул новое условие, а у Эльниня аж забурчало в животе от голода.
Накормить страждущего вызвался повар Грим, но приготовить сам не успел. Его позвали на общее собрание. Еду пришлось готовить Хэссу. Эльнинь покорно сидел рядом, и молча смотрел за действиями вора.
– Ешь, - ставя перед ним и перед собой тарелки, велел Хэсс.
– Спасибо, - Эльнинь за три минуты расправился со своей порцией.
– Там вино, налей нам, - Хэсс только принялся за свою еду.
Эльнинь уже более живо двигался и смотрел.
– Зачем ты это делаешь?
– спросил он, глядя на Хэсса поверх стакана с вином.
– День у меня такой, - туманно пояснил вор.
– С тобой надо закончить, пока не начался новый.
– Да?
– Эльнинь сделал еще один глоток вина.
– Именно, - отрезал Хэсс.
– Посуду мыть тебе, я готовил.
– Конечно, - Эльнинь ждал, что скажет его спаситель.
– Чего напрягся?
– вор же наоборот расслабился.
– Не знаю, - Эльнинь передернул плечами.
– Все плохое с тобой уже случилось, Эльнинь. Я с тобой поговорить хотел не по поводу Линая, а совсем по другому вопросу. Ты ничего в себе нового не чувствуешь?
– Нет, - Эльнинь не понимал, с чего вдруг кого-то заинтересовало его самочувствие.
– Странно, и я тоже не чувствую, - внимательно глядя на него, сообщил Хэсс.
– А с чего мы должны что-то чувствовать?
– Эльнинь не понимал разговора.
– Ты там подышал побольше, а я поменьше, тем же, что пил твой бывший учитель, - Хэсс лучезарно улыбнулся.
– Ох, - Эльниня затошнило от упоминания о Линае, а от осознания слов Хэсса его бросило в жар.
– Да уж, ох!
– А может это не подействовало?
– предположил Эльнинь.
– Какой ты оптимистичный, прям вылитый Альтарен, - Хэссу не нравилось, когда закрывают глаза на действительность. Вранье самому себе он не признавал.
– Хэсс, но тогда мы умрем?
– Эльниню стало холодно.
– Когда-нибудь все умирают, даже бессмертные не являются исключением, - повторяя слова своего учителя Шаа, огласил Хэсс прописную истину.
Эльнинь молчал. Пришлось Хэссу дальше вести разговор самому.
– Что ты будешь делать дальше?
– Хэсс налил себе вина.
– Я не знаю, - Эльнинь пожал плечами. Свое вино он выпил.
– Знаешь, Эльнинь, в этом мире можно не знать много всяких вещей, но вот про это надо хотя бы предполагать, - Хэсса начала злить пассивность юноши.
– Я бы понял, что ты так убиваешься, если бы ты умер, но ты то жив. Жить надо дальше, это Линай помер, а ты сидишь и мэкаешь. Ты понимаешь, что тобой все еще управляет Линай?
Эльнинь вздрогнул на отповедь, но отвечать опять отказался.
– Ты меня достал, - Хэссу сильно захотелось потрясти ученичка за шиворот.
Эльнинь смущенно улыбнулся.
– Ты меня действительно достал, - Хэсс плеснул себе еще вина.
– Разбирайся с собой сам, кто я тебе? Не учитель же, чтобы нянькаться?
Зря Хэсс Незваный не закончил разговор на прошлой фразе. Что-то щелкнуло в голове у Эльниня, и будущее стало ему гораздо яснее. Но сегодняшний день был милостив к Хэссу, узнать об озарении Эльниня ему не довелось. Разговор прервал Вунь.
– Хэсс! Хэсс! Хэсс!
– Вунь метался по лагерю, размахивая руками.
– Вунь?
– Хэсс повернулся.
Маленький человечек, запыхавшись от усилий и волнения, подбежал к нему.
– Хэсс! Ты уже ел?
– Вунь смотрел на стакан в его руке.
– Ел, а что?
– личный дух слегка перепугался.
– Хорошо, - Вунь опять стал степенным и важным.
– Так что?
– Хэсс настаивал на ответе.
– Я просто подумал, что тебя забыли покормить, - признался Вунь.
– Завтра работа сложная, я вот тебе десерт принес.
– Где?
– Хэссу было приятно, что о нем помнят. Да и от десертов он не отказывался.
– Там, - Вунь показал пальцем.
– Наши положили на краю лагеря под присмотром орка. Ему одному верить можно.
– Пойдем, десерт заберем, - вор простил Вуню завтрашнюю работу.
– Прости, Эльнинь. Это Вунь.
– Мы знакомы, - Вунь озлоблено глянул на мальчика.
Эльнинь кивнул.
– За что ты его так не любишь?
– захотел узнать Хэсс, когда они отошли на приличное расстояние.