Чтение онлайн

Экспедиция завершилась. За это время русские потеряли убитыми 947 человек, 2058 были ранены, 272 контужены. Еще 42 нижних чина пропали без вести.

Но, как и следовало ожидать, имама там не оказалось. На обратном пути русские полки подверглись новым нападениям противника и потеряли более трети личного состава. Всего же за экспедицию было убито 1058 и ранено 2751 военнослужащий. В числе убитых был молодой генерал-майор Пассек, считавшийся одним из способнейших командиров частей Кавказской армии, первым из выпускников Николаевской (Императорской) академии Генерального штаба в боевой обстановке добившийся права командовать полком, а затем и бригадой. Воронцов же за Даргинскую экспедицию был возведен в княжеское достоинство.

Чем обуславливались неудачи экспедиций русских войск в середине 40-х годов? Ведь по мнению современников и более поздних исследователей истории кавказской войны, численное превосходство русской стороны в войсках было значительным, в артиллерии — подавляющим, а моральные качества солдата и офицера — прекрасные. Значит, в силу вступали иные факторы, специфические для данного театра войны.

Одним из них выступает отставание русской пехоты в качестве стрелкового оружия. В то время, как русские имели на вооружении гладкоствольные кремневые самопалы, подавляющее большинство горцев были вооружены нарезными винтовками, позволявшими поражать цели на большем расстоянии и с большей точностью. Превосходство в оружии обеспечивало кавказцу производство одного-двух выстрелов по приближавшемуся противнику с безопасного расстояния, которое он мог выдерживать при необходимости в течение всего боя, своевременно переходя от одного укрытия к другому.

Вторым фактором видится признанная современниками более высокая стрелковая подготовка горцев, чем русских солдат, которым «некогда было учиться стрелять и искусство заменялось огромным количеством выпускаемых патронов на каждый горский выстрел».

Оба фактора в совокупности позволяли сторонам применять различную тактику на поле боя. Горцы действовали врассыпную, искусно используя маневр и многочисленные складки местности, русские наступали большими массами, охраняя свои фланги и тыл. Их боевым построением был так называемый «ящик», когда прямоугольный боевой порядок со всех четырех сторон прикрывался густой цепью пехоты, во внутренней части которого двигались подразделения поддержки, резервы, а в середине обоз.

Одной из главных причин неудач русских войск являлось отсутствие не то что стратегического, но и оперативного планирования их военных действий. Изученные документы свидетельствуют, что ни главнокомандующий, ни его штаб не видели весь театр войны и не пытались на него одновременно воздействовать в рамках одной операции. Поэтому война распадалась на самостоятельные ежегодные кампании, а последние — на экспедиции, мало связанные между собой задачами, направлениями, рубежами и временем действий войск. Следовательно, война с горцами продолжительное время оставалась войной тактики, решавшей только частные задачи, которые не позволяли ни одной из сторон достичь стратегической цели. Эта война на изнурение вошла в привычку горцев, став образом их жизни, к которому они быстро привыкли. Она же стала незаживающей кровоточащей раной для России, зараженной неудовлетворенными имперскими амбициями, постоянно ноющей от людских потерь и забирающей силы.

Были недостатки и в подготовке офицерских кадров. В сороковые годы и позже, вплоть до Крымской войны, на Кавказе существовал порядок, что всех нижних чинов, удостоенных производству в офицеры, отправляли предварительно на учебу в резервную дивизию, дислоцированную в Таганроге. Там их обучали действиям в строю и некоторым обязательным для солдата знаниям воинских уставов, типа «что есть знамя?», «обязанности часового». Преподавали эти «науки» резервные офицеры, большинство из которых выслужились из фельдфебелей и каптенармусов, общего образования не имели, а военное дело понимали в узких рамках строевого устава и личного опыта. На «учебу» же к ним зачастую попадала дворянская молодежь, имевшая хорошее среднее образования и отчасти даже прошедшая некоторую боевую школу в действующих кавказских частях. Поэтому обучение в резервной дивизии было формальным, реально не дававшим будущим офицерам ничего полезного.

После взятия и уничтожения русскими войсками аула Дарго, Шамиль перенес свою резиденцию в Ичкерию. Неподалеку от аула Ведено он купил у местных жителей участок земли, куда прибыл с группой мюридов и несколькими орудиями. Место было выбрано удачно. Раздвигавшиеся горы образовывали долину около десяти километров в окружности, которая с одной стороны упиралась в скалы, с другой обрезалась глубокой пропастью, на дне которой бушевала горная река. Посреди этой долины для имама был построен просторный дом, вокруг которого были возведены жилые помещения для мюридов и прислуги, а также многочисленные хозяйственные строения. Образовалось селение, окруженное рвом и частоколом из толстых бревен, над которыми возвышалось несколько башен с установленными на них орудиями. В память о прошлой резиденции новая получила название Дарго-Ведено (Ведено на чеченском языке означает плоское место).

Жизнь имама в Дарго-Ведено мало чем отличалась от той, которую он вел прежде. В ней Шамиль всячески подчеркивал свою роль светского, духовного и военного вождя правоверных. Там он принимал делегации старейшин и священнослужителей, устраивал советы с военачальниками, вершил суд. Поэтому неудивительно, что к Дарго-Ведено было приковано внимание десятков тысяч горцев, для которых это место стало не только столицей их непризнанного государства, но и символом справедливости и значимости их борьбы с «неверными».

Неутешительные итоги экспедиции 1845 года убедили командующего в необходимости менять стратегию и тактику действий русских войск на Кавказе. Он решил вернуться к ермоловским приемам — отказавшись от бессмысленных глубоких экспедиций на территорию противника, начать постепенное планомерное вытеснение горцев с занимавшихся ими районов с одновременными нанесением коротких сильных ударов по наиболее уязвимым местам вражеской обороны.

С 1846 года начинается массовая рубка непроходимых чеченских лесов, устройство просек, дорог, строительство укреплений. Не видя необходимости содержать на Кавказе большие силы, Воронцов отправил 5-й корпус в Россию. Оставшиеся войска были реорганизованы в небольшие, но высокобоевые части, способные самостоятельно решать оборонительные и наступательные задачи на отдельных разобщенных направлениях. С этой целью в их состав, кроме пехотных батальонов, были включены подразделения кавалерии, легкой конной артиллерии и саперов. Полки нового состава на практике были проверены осенью того же года. Несколько из них были направлены в Горный Дагестан со стороны Дербента и Теир-Хан-Шуры. В середине октября они нанесли поражения мюридам в боях у селений Аймаки, Леваши и Кутиши, что заставило Шамиля перенести свою резиденцию в Гергебиль.

В следующем году Воронцов попытался покончить с Шамилем, захватив его новую резиденцию. В июне были организованы осада и штурм Гергебиля, завершившиеся неудачей. У стен крепости русские войска в боях с горцами потеряли 132 человека убитыми и 537 ранеными, после чего из-за начавшейся эпидемии холеры сняли осаду. Утешением командующему за эту неудачу стало взятие 14 сентября после шестинедельной осады аула Салты, превращенного горцами в сильную крепость. В нем было уничтожено и пленено около трех тысяч сторонников Шамиля. Но и урон в рядах русских был немалый. Он составил 535 человек убитыми и 1888 ранеными.

Осеннее наступление не дало существенных результатов, но убедило русское командование в правильном выборе способов действий. Общие потери Кавказского корпуса за год составили 1128 человек убитыми, 3881 раненым и 124 пленными. Это были последние столь крупные годовые потери, понесенные русскими войсками в боях с горцами на Кавказе в XIX веке.

Следующие три года русские войска вели планомерное наступление на противника, постепенно оттесняя его в горные районы. Шамиль же стремился всеми силами удержаться в предгорных районах Чечни, где было легче добывать пропитание.

К началу 1852 года в Чечне были сосредоточены значительные силы горцев, которые укрепились в аулах, расположенных между реками Джалка и Гумс. Для их разгрома Воронцов создал два сильных отряда. Главный — 12-тысячный во главе с генерал-лейтенантом Барятинским — наступал на противника со стороны Воздвиженского. Второй — 4-тысячный — действовал со стороны Дагестана. Оба удара оказались достаточно эффективными. Противник понес поражение и был рассеян. Русские войска овладели новыми рубежами и некоторыми важными районами в Чечне и Дагестане. Правда, цена одержанной победы была немалая.