Чтение онлайн

– Второй труп также? Не сказал ничего?

– Нет, - ответила на этот раз Эльжбета.

– Почему? Пани спрашивала?

– Нет.

– Почему?

– Чтобы сразу сказала Алиции. Зачем ему было два раза повторять?

Г-н Мульгор посмотрел на нее как-то странно и снова обратился к Алиции.

– Пани никакими домыслами не обладает, о чем убитый желал поведать? Пани не знает ничего?

– Нет, не обладаю. И ничего не знаю, - заявила Алиция.

– Не понимаю, - покачал головой г-н Мульгор и погрузился в глубокую задумчивость.

Не знаю, как долго он оставался бы в этом состоянии, если бы не телефонный звонок. Из полицейской лаборатории передавали последние новости.

– Да, - сказал г-н Мульгор, отложив трубку.
– Наше суждение такое. Тонкая игла, инъекция. Маленький кусочек около руки. Он съел два фрукта, всего шесть фруктов - яд. Другие нет.

– Бога ради, что он говорит?
– побледнела Зося.

– Что кто-то вколол это свинство в виноград, - объяснила я.
– В оторванную гроздь, которая лежала на самом верху.

– Это же был виноград для Алиции!!!

– Вот именно.
– Все вдруг встало на свои места: Алиция должна была вернуться домой раньше, а о ее страсти к винограду знали все...

– Яд был тоже для Алиции, - заявила я с бессмысленным торжеством. Ясно было, что она слопает виноград прежде, чем кто-нибудь успеет глазом моргнуть. Он вообще не хотел убивать Казио и Эльжбету!

Алиция посмотрела на меня с сомнением.

– И Эдека не хотел убивать? Спутал со мной?

– Дура! Эдеку заткнули рот, но ты можешь узнать...

Я замолчала, спохватившись, что Алиция решила не говорить о письме.

– Выражаю подтверждение, - сказал г-н Мульгор.
– Я не понимаю. Это отрава для женщины, которая первая поест. Неживая особа, - он показал пальцем на Эльжбету, - должна прийти последней. Утолить голод должна была та дама. Или та дама...

Осуждающим жестом он указал по очереди на Алицию и Зосю.

– Видите, что вы наделали, - вмешалась я.
– Идете себе в гости, а из-за вам травится невинный человек...

– Павел...
– шепнула Зося побелевшими губами.
– Вы с Павлом... могли вернуться раньше...

– Вот именно. Не жалуйся в другой раз, что я не спешу, удовлетворенно заметил Павел.

– Мы бы его не тронули!
– возмутилась я.
– Это же было для Алиции!

Тут Зося перестала владеть собой окончательно.

– Мы его купили! Для нее!

– Боже ты мой, возьми себя в руки! Мы ведь не фаршировали его отравой!

– Но никто другой не знал!..

– Все знали, что она его молотит, как машина!

– Заткнитесь!
– сказала Алиция решительно.
– Вы правы, это предназначалось мне. Сожрала бы его за милую душу. Этот тип меня боится. Угробил Эдека, а теперь моя очередь.

С минуту мы молча смотрели на нее. Как предполагаемая жертва коварного покушения, она явно заслуживала уважения.

– А почему?
– вдруг вступил г-н Мульгор.

– Не знаю. Может, я ему не нравлюсь как женщина. Или у нас не сходятся вкусы...

– ...Возможно, пани известием владеет о той особе, убийце. Пани должна умственную работу проделать. Намыслить, что на память вашу залегло, и разогнать все мраки.

– Но память не говорит мне ничего... Ничего не помню и не знаю, что Эдек имел в виду. Но могу подумать...

Г-н Мульгор выразил ей признательность и перешел к следующему преступлению. Не утверждал прямо, что виноград был отравлен Зосей, Павлом или мной, но ясно было, что мы кажемся ему наиболее подозрительными. Эльжбету исключил: если бы она хотела отравить Алицию, то не позволила бы съесть яд Казио. Зося снова разволновалась:

– Мы его принесли, помыли и положили в миску. Так?

Я кивнула.

– И говорили, что это для нее. Окна были открыты. Он мог подслушать.

– Дом отворен стоял?

– Нет, - ответила я.
– Дом был заперт. На ключ.

– Может, какое-нибудь окно осталось открытым?
– спросила с надеждой Алиция.

– Исключено, - запротестовала Зося.
– Я сама запирала.

– А иная особа ключ имеет во владении?

– Кто из вас имеет во владении ключи? У Иоанны один, у меня второй, у Эльжбеты третий, у фру Хансен четвертый, а пятый? Было пять комплектов. Зося, у тебя есть?..

Зося нервно подскочила, уронив на пол спички, сигареты и перевернув вазочку с цветами, высыпала содержимое сумочки на стол.

– Есть! Вот пятый!

– Кто это - фру Хансен?
– спросила я подозрительно. Мне показалось, что Алиция говорит сама о себе.

– Уборщица. Приходит раз в неделю. Ее зовут так же, как и меня.

Г-н Мульгор что-то записал и задумчиво посмотрел на нас:

– Потерялся, быть может, один ключ? Пропавшим стал? Пребывают они где?

– Преимущественно у нас в сумках. Или в карманах...

– Секундочку, - прервала нас Алиция.
– Я не могла найти своего, помнишь?

Г-н Мульгор сразу заинтересовался, где Алиция хранит сумку. В конце концов установил, что сумочка Алиции стояла вчера как обычно в передней, на комоде. Вынуть из нее ключ, сделать оттиск и положить обратно можно было запросто. С таким же успехом эту операцию можно было произвести у нее на службе. Отправляясь, например, на завтрак, Алиция оставляла сумочку на столе.

Алиция ужасно расстроилась:

– Значит, у кого-то есть ключ от моего дома? Что же теперь, менять замки? Одуреть можно! Может, все-таки какое-нибудь окно было открыто?..

– Сейчас проверим!
– разволновалась Зося и сорвалась с места.

Мы двинулись обходить дом, поочередно отворяя все двери и проверяя окна, и наконец добрались до комнаты, из которой вел вход в ателье.

– Ну вот, - сказала Алиция удовлетворенно.
– Какое счастье!

Двери из ателье в сад были открыты настежь.

– Холера!
– расстроилась Зося.

– Не огорчайся, - утешила ее Алиция.
– Я даже рада. Чертовски не хотелось бы менять замки!

Мы вернулись обратно к столу и продолжили беседу. Эльжбета привела Казио в одиннадцать. Посадила на диван, дала какой-то журнал и пошла мыть голову. Казио сидел спокойно и не мешал, что ее несколько удивило. Теперь уже не удивляет.