Чтение онлайн

– От меня огромная польза, Вася, я умею мыслить и принимать решения, а еще я постоянно сдерживаю и исправляю твои косяки.

– Понятно, типа я - тупой.

– Да нет, Вася, ты типа умный, но иногда у тебя глубокая умственная недостаточность возникает.

Ехавший впереди Степан поднял руку, отряд остановился.

– Смотрите, там бой!
– сказал он, показывая на небольшую деревню впереди.

– Вроде казаки!
– щуря глаза предположил Арнаутов.
– Теснят их французы, окружают!

Я подняла руку и скомандовала.

– Наметом! Вперед!

Зашли французам в тыл и такая схватка завертелась, я и второй раз пистолет свой зарядить не успела, а уже все закончилось.

Штабс-капитан отдал честь светловолосому невысокому мужчине с воинской выправкой, хотя должна заметить, мне все здесь казались невысокими, за исключением Василия, конечно, да еще Ивана-кузнеца. Средний рост мужчин был в пределах 165 сантиметров.

Я спрыгнула с лошади.

– Имею честь представиться, генерал-майор, барон Фердинанд Фёдорович фон Винцингероде, командир Особого кавалерийского отряда, назначен таковым 4 июля сего года главнокомандующим - генералом Барклай-де-Толли . Имею предписание истреблять разрозненные силы противника, захватывать курьеров, не давать французам запасаться продовольствием и фуражом, и прикрыть тракт, ведущий к столице Государства Российского - Санкт-Петербургу. Кто вы такие?

И что делать? Приседать в поклоне, или сразу на колени бухнуться. Тут сзади раздалось Васино "ни ... себе, вот это я понимаю, мать твою так и раз так!".

– Простите генерал бестактность этого молодого человека. Я Акулина Невская, командир партизанского отряда, сформированного из русских крестьян поместья Полесье, а это Василий Ланевский, дальний родственник князя Петра Алексеевича Ланевского, он недавно прибыл из Америки и никак не может привыкнуть к приличному обращению.

– Это сущая ерунда, - заверил меня барон фон Винценгероде, - зато я видел молодца в драке. Потрясен.

Да я сама каждый раз "потрясаюсь", когда вижу, как Вася мужиков тренирует, что уж про бой говорить.

– Благодарю, - старший сержант шаркнул ножкой, чем привел генерала в еще большее изумление.

– У нас недалеко лагерь, не желаете осмотреть?
– пригласила я.
– Заодно мы вам наполеоновского курьера с бумагами передадим. И окажем первую помощь раненым, - я обратила внимание, что нескольких казаков наскоро перевязывали товарищи.

– И накормим, - влез Дизель, - у нас такая кухарка, обалдеете. А вы, генерал, получается тоже партизаните, да?

Барон, по-моему, уже и так обалдел. Мало ему было увидеть, как старший сержант укладывает штабель из французов, так еще я тут в мужской одежде и в качестве командира.

– Да, господин Ланевский, я командую несколькими партизанскими партиями, - и повернул голову в легком поклоне ко мне.
– Почту за честь, мадмуазель Невская ознакомиться с вашим расположением. Отряжу адъютанта сообщить основным силам, что с нами все в полном порядке.

Он подозвал совсем молоденького парнишку, отдал ему распоряжение и мы тронулись в путь.

Пока возвращались в лагерь я усиленно вспоминала, кто же такой был этот генерал-майор с совершенно невыговариваемой фамилией. Получается, что именно он и стал первым командиром партизанского "летучего" отряда.

Платон Яковлевич занялся ранеными, а Степанида с Марфушей и другими женщинами принялись накрывать на стол. Подпоручик был сражен наповал появлением генерал-майора, браво выпячивал грудь, "пучил" глаза и сокрушался, что из-за нелепого ранения от разбойника не принял участия в схватке.

– Не переживайте, подпоручик, хватит на ваш век схваток, - похлопал его по плечу барон.
– А что разбойников извели - это тоже большое дело. Кому война, а кому мать родна, - горестно добавил он.

Я вместе со штабс-капитаном показала наш лагерь.

– Акулина Савельевна, удивлен без меры порядками в вашем расположении. А вашу идею с котлом на колесах при случае обязательно доложу командующему.

Но встреча с Фердинандом фон Винцингероде принесла мне огорчение. К нему попросились штабс-капитан Арнаутов, подпоручик Ржевский, и Вася Дизель, он же с моей легкой руки князь Василий Ланевский.

Я сидела у костра и ворошила палкой угли. Услышала сзади шаги.

– Садись, Василий.

– У тебя глаза на затылке, мать?- хмыкнул парень.

– Да твои кошачьи шаги ни с кем не спутаешь, - отозвалась я, - как ты при таких габаритах, так тихо ходишь?

– Да я что, вот ты бы нашего командира видела, у него позывной Ягуар был, так он по битому стеклу ходил и никто не слышал. А ты чего горюешь?

– И ты еще спрашиваешь, изверг? Мало того, что Ржевский с Арнаутовым уходят и ты тоже, так еще Андрей туда же. Я говорит хочу подвиг совершить, как тебе? Да и еще несколько молодых ребят собрались с генералом. А мне одной тут..., - махнула я рукой.

– Ну, ладно тебе, - смутился Вася, - ты справишься. Ты умная и решительная, да ты просто кремень, ты...

– Оставим перечисление моих достоинств до лучших времен, - прервала я неприкрытую лесть, - я тебя прошу, старайся не выдавать себя и не лезь на рожон. Я написала тебе здесь адрес дома князей Ланевских в Санкт-Петербурге, и еще Калужского имения в Березовке и Подмосковного в Рожково. И еще моего имения. Ты спрячь хорошенько, и обязательно меня найди, когда все закончится.

– А ты лишний раз не высовывайся, - взял меня за руку Василий, - на Степана и Ваньку можешь смело положиться. Да и остальных я малость подготовил.

К костру подошла заплаканная Марфуша.

– Барышня, - всхлипывая начала она, - зачем вы Андрея отпустили? Не надо его отпуска-а-ать, - и заревела как белуга. Хотя, никогда не понимала, как может рыба реветь? Другое дело белуха – это млекопитающее, кит, которого называют «полярным дельфином». Местные моряки прозвали его «канарейкой морских просторов» за умение издавать звуки. Но вот прижилось в нашем языке - белуга и всё тут.

– Марфа, немедленно прекрати лить слезы, - сурово сдвинула брови, - лучше ступай к Андрею да и скажи ему прямо о своих чувствах.

– Об чем?
– Марфуша затихла.

– Об том, любишь его?

– Ага.

– Ну так и скажи.

Все разошлись, костер догорел, а я все сидела в раздумьях, телевизора нет, книг нет, остается только размышлять. Может зря я убила того бандита, всё ж таки человек из моего времени, не исключено, что и договорились бы как-нибудь? Представила ситуацию, в ответ на его мат:

– Ах, ты из наших!
– это типа я отвечаю, - Из двадцатого века?

– Ну да, - предположим, что он офигевает и останавливается, - Ты тоже оттуда?