Чтение онлайн

Миссис Моллой объяснила Дигану суть дела и попросила оказать ей одолжение, после чего он целых пять минут пытался уговорить ее изменить решение. Поняв, что без толку, он заявил о своей готовности сделать все, что она захочет, при том условии, что тут нет ничего противозаконного, а поэтому ему необходимо проконсультироваться со своим адвокатом. Она ответила, да, разумеется, ему нужно проконсультироваться со своим адвокатом, что касается ее адвоката, мистера Паркера, то он находился здесь и готов проконсультировать, как именно это делается. Н-да, не так уж и плохо для женщины, которой совсем недавно был дан совет взять себя в руки. Диган тут же устремил вежливый, но отнюдь не восторженный взгляд на Паркера. Паркер откашлялся и заговорил. Он впервые слышал, что является адвокатом миссис Моллой, так как прибыл к нам буквально за две минуты до появления Дигана, однако, он не стал педалировать эту тему.

И тут начался сугубо профессиональный разговор, в котором я, естественно, будучи непрофессионалом, участия принять не мог и у меня возникло желание подняться с миссис Моллой в оранжерею и показать ей орхидеи, чтобы у нее появилась возможность передохнуть и окончательно взять себя в руки. Но какие там орхидеи, когда жаркое на огне, и так и стреляет раскаленным жиром! Диган дважды связывался по телефону со своим адвокатом, орал не своим голосом, и наконец все уладилось. Партер намеревался немедленно развить бурную деятельность, Диган же пообещал но первому зову предстать перед законом. Паркер считал, что нам удастся получить доступ к содержимому сейфа в понедельник, а то и раньше. Он уже собрался уходить, когда снова зазвонил телефон. Я снял трубку.

Звонил сержант Стеббинс из Западного отдела бюро по расследованию убийств. Он мне кое-что сообщил я задал ему несколько вопросиков, потом он задал мне один вопрос, на который, как мне показалось, я не знал ответа. Я попросил его не бросать трубку и, прикрыв микрофон ладонью, обратился к Вулфу:

– Стеббинс. Вчера в одиннадцать сорок восемь вечера на Риверсайд Драйв в районе Девяностых улиц машина сбила мужчину, который скончался на месте. В нем опознали Джона Кимза. Около часа тому назад сбившая его машина была обнаружена на стоянке на Верхнем Бродвее, но все не так просто, как кажется на первый взгляд - машину угнали вчера вечером со стоянки на Девяносто Второй улице. Тот факт, что машина оказалась краденая, даст основание считать убийство преднамеренным, по всей вероятности, связанным с тем расследованием, которым занимался Джонни Кимз. А так как он знает, что Кимз работает на нас, он интересуется, не по вашему ли заданию работал Кимз вчера вечером. Я ему ответил, что вы часто нанимаете оперативников без моего ведома и что я спрошу у вас. Я у вас спрашиваю.

– Скажи ему, я занят и пообещай, что мы перезвоним.

Я так и сделал, повесил трубку и резко крутанулся вместе с креслом.

Вулф поджал губы и прикрыл глаза. Я заметил, как пульсирует на его виске жилка. Вдруг он вскинул глаза и спросил:

– Ты его хорошо знал. Какова вероятность того, что он мог попасть под машину по неосторожности?

– Практически никакой. Джонни Кимз - по неосторожности? Не может быть.

Вулф резко повернул голову.

– Миссис Моллой, если мистер Гудвин мне не солгал и вы на самом деле не верите в существование улик, оправдывающих Питера Хейза, то эта горькая для меня пилюля не так уж и горька для вас. Джонни Кимз работал вчера вечером по моему заданию, связанному с этим самым делом. Его убили. И все встало на свои места. Я высказал вам предположение, что считаю Питера Хейза невиновным. Так вот, теперь я уверен, что он не виновен.

Вулф повернул голову направо.

– Мистер Паркер, нас прямо-таки поджимают сроки. Я прощу вас сделать это как можно быстрей. Ладно?

Не могу сказать, что Паркер зашевелился быстрей, однако, он все-таки встал и направился к двери. Диган в изумлении встал.

– Вы отдаете себе отчет в том, что вы только что сказали?
– спросил он у Вулфа.

– Да, сэр, отдаю. А вы ставите сказанное под сомнение?

– Нет, не ставлю под сомнение, однако, вы выступили с определенным заявлением, и я бы хотел знать, отдаете ли вы себе отчет в том, что пообещали миссис Моллой, будто Питер Хейз будет оправдан? Вы заставляете ее поверить в несбыточное, а если вам не удастся сделать то, что вы задумали? Мне кажется, пользуясь правом давнишнего друга, я имею все основания спросить с вас.

– Имеете, - Вулф кивнул.
– Никто вас такого права не лишает. Тут хитрость, мистер Диган, рассчитанная на меня самого. Связывая себя в присутствии свидетелей обязательствами по отношению к миссис Моллой, я тем самым еще больше подогреваю собственную самоуверенность. Если неудача для нее равносильна смерти, то и для меня теперь она равносильна смерти.

– Но зачем заявлять с такой уверенностью?
– Диган подошел к миссис Моллой и положил ей на плечо руку.
– Будем надеяться, что он прав, Селма. Понимаю, тебе сейчас тяжело. Могу я сделать для тебя что-нибудь еще?

Она сказала "нет" и поблагодарила его. Я направился в холл его проводить. Когда я вернулся в кабинет, Сол уже сидел перед Вулфом (очевидно, его сюда пригласили), который давал указания миссис Моллой.

– ...Я отвечу на ваш вопрос, но только при том условии, что все останется сугубо между нами. Вы никому не должны рассказывать о моих подозрениях либо планах. Если я до настоящего времени подозревал мистера Дигана, а я на самом деле подозревал и подозреваю его, то теперь у меня есть основания подозревать остальных ваших друзей. Принимаете мое условие?

– Я приму все что угодно, лишь бы помочь делу, - заявила она.
– Я всего лишь спросила у вас: чем занимался тот человек, которого убили.

– Отвечу вам, так как рассчитываю на вашу помощь, но сперва я должен убедиться, что все останется сугубо между нами, что вы никому ничего не скажете.

– Хорошо. Я вам твердо это обещаю.

Он смотрел на нее, в задумчивости потирая кончик носа. Сия дилемма возникала перед ним много раз в году. Что касается мужчин, он мог положиться в деликатном вопросе лишь на единицы из них, что же касается женщин, то он не мог положиться ни на одну из них. Однако миссис Моллой вполне могла располагать кое-какими необходимыми сведениями - приходилось идти на риск. Что он и сделал.

– Мистер Кимз отбыл из этого самого кабинета вскоре после семи вечера, получив специальное задание побеседовать с теми тремя людьми, с которыми вы были в театре вечером третьего января. Он должен был выяснить... В чем дело, вы что-то хотели сказать?

Она выставила вперед подбородок.

– Вам следовало с самого начала сказать, что вы подозреваете и меня тоже. Полагаю, так и есть, раз вы подозреваете всех знакомых моего мужа.

– Чепуха. Он вовсе не занимался выяснением вашего алиби. Он должен был выяснить, при каких обстоятельствах вас пригласили в театр по лишнему билету. Ведь в результате рокового приглашения вы в тот вечер отсутствовали дома. Тот, кто пришел к вам домой с целью убить вашего мужа, знал наверняка, что вас не будет. Возможно, именно он устроил все таким образом, чтобы вас в тот вечер не было дома. Расследованием этого и занимался мистер Кимз. У него были фамилии и адреса мистера и миссис Ирвин и мистера и миссис Аркофф, и он должен был немедленно связаться со мной в случае, если обнаружит хотя бы намек на то, что приглашение в театр было специально подстроено. Он со мной так и не связался, но, очевидно, обнаружил этот самый намек или же думал, что обнаружил его. Похоже, хороший намек, раз кому-то пришлось украсть автомобиль, чтобы убить мистера Кимза. Не могу утверждать, что все именно так и было, однако, в высшей степени вероятно, и я использую это в качестве исходной предпосылки до тех пор, пока у меня не появятся доказательства обратного.

– Но в таком случае...
– она едва не плакала, - я просто не могу поверить! Он с ними виделся? С кем из них?

– Не знаю. Как я уже сказал, он со мной так и не поговорил. Сейчас мне нужно знать все, связанное с этим самым приглашением в театр. Оно исходило от миссис Аркофф?

– Да. Она сама мне позвонила.

– В котором часу?

– В половине восьмого. Я рассказала обо всем в суде.

– Знаю. Но мне нужны сведения из первых рук. Что она вам сказала?

– Она сказала, что они с Джерри, ее мужем, пригласили Тома и Фэнни Ирвин пообедать, а потом пойти с ними в театр, и что они с Джерри в настоящий момент в ресторане, а Том только что позвонил и сказал, что у Фэнни болит голова, и она не сможет пойти с ними в театр, поэтому он будет ждать их в вестибюле театра. Рита, это миссис Аркофф, пригласила меня. Я согласилась.

– Вы встретились с ними в ресторане?

– Нет. Уже было поздно, а мне еще надо было одеться. Я встретилась с ними в театре.

– В котором часу?

– В половине девятого.

– Они уже ждали вас там?

– Да. Рита с Джерри. Мы подождали несколько минут Тома, потом Рита и я вошли в зал, а Джерри остался в вестибюле подождать Тома. Рита посоветовала ему оставить билет для Тома в кассе, но он не захотел. Он сказал, что они договорились встретиться в вестибюле. Мы с Ритой не хотели опаздывать к спектаклю. Давали "Жаворонка" с Джули Хэррис в главной роли, жаль было пропустить начало.