Всё началось с поцелуя
Шрифт:
Завтрак Омер благополучно проспал и решил спуститься вниз пообедать, а затем поехать к ней с предложением интересно провести время, поехав, например, в Фютюроскоп, а может даже, в замок Блуа с ночёвкой, и совершенно неважно, что жить они станут в разных номерах, главное - быть вместе. К тому же мужчина прекрасно осозновал, что в его присутствии девушка быстро теряла голову, в конце концов, он мог бы включить на полную мощность своё мужское обаяние и использовать любую возможность, чтобы приблизиться к ней. На войне, как на войне, все средства хороши! Омер позвонил Синану и, узнав, что они тоже идут на обед в ресторан отеля, поспешил к ним присоединиться, в хорошем настроении и, слегка улыбаясь, он вошёл в зал и тот час нахмурился: Ханде и Фиорелли сидели за столиком у входа. Женщина быстро поднялась ему навстречу.
— Ты долго спишь, дорогой… Я уже хотела подняться к тебе и разбудить, но Фиорелли меня остановил, предположив, что ты можешь ночевать в другом месте. — игриво прощебетала она.
— Доброе утро и приятного аппетита. — не задерживаясь, мужчина двинулся к шведскому столу, возле которого его друзья выбирали еду.
— Она опять здесь. — буркнул Синан. — Как думаешь, что нужно сделать, чтобы эта акула исчезла с нашего горизонта?
— Всего лишь не обращать внимания. Иные действия она воспримет как вызов и заведётся. Разве ты не помнишь этого? — ответил его друг, улыбаясь Гюль.
— Я не общался с ней так близко, как ты. Мне просто интересно, сколько времени эта женщина собирается тебя осаждать. Это что же… Ты, получается, что-то вроде крепости, которую нужно взять штурмом или измором, значения не имеет.
— Вариант со штурмом не прошёл, значит остаётся осада, а она может быть длительной. — усмехнулась Гюль. — Разве эта женщина не работает? Вы, кажется, упоминали, что она адвокат.
Они направились к столу, и Омер сел спиной к Ханде, не отрывавшей от него глаз.
— Не имею никакого понятия. Меня сейчас занимают совсем другие вопросы. — ответил он спутнице Синана. — Вы что-то запланировали на сегодня?
— Решили посмотреть парк Блосак. Присоединяйтесь к нам.
— Мне бы очень хотелось, но всё зависит от Дефне. — Омер пожал плечами и посмотрел на друга. — Собираюсь после обеда навестить её и предложить прогуляться. Но вы, конечно, не ждите, вполне возможно, она откажется, и на этот случай у меня заготовлено несколько других вариантов.
— Ого… — одобрительно заметил мужчина. — Похоже, ты также осаждаешь неприступную крепость, предусматривая разные способы захвата. Ну, удачи тебе.
Они больше не возвращались к этой теме, когда выходили, столик, за которым сидели Ханде и её друг, оказался пустым, но Омер знал, что это не конец, женщина не сдастся, пока не поймёт, что все попытки обречены на неудачу. Он полагал, что речь о чувствах уже не шла, ей просто нужно было настоять на своём и доказать свою власть над ним.
По дороге к дому Дефне, он ещё несколько раз набирал её номер, но на звонки оставались без ответа, и к домофону в её квартире никто не подошёл. Мужчина встревожился, нехорошее предчувствие овладело им, поэтому, когда удалось попасть в подъезд, он позвонил в соседнюю квартиру в надежде узнать о девушке. Хорошее настроение, с которым Омер шёл к Дефне, его надежды и ожидания рухнули в тот момент, когда ему сообщили, что рыжеволосая иностранка и её молодой человек вернули ключи и уехали часа три назад. Выйдя из подъезда, он остановился во дворе, продумывая свои дальнейшие шаги, вряд ли она вернулась в общежитие, зная, что именно там её легче всего найти, значит, скорее всего, беглянка находится вместе с семьей Селен, и, возможно, они планируют пригласить её с собой в Биаритц на эти последние дни уходящего года. Этот самый нежелательный вариант ни в коем случае нельзя было допустить!
Через десять минут его машина припарковалась возле гостиницы, в которой остановилась Моник, на стук никто не открыл, но когда он спускался, встретил в холле Даниэля, тот, прищурившись, холодно взглянул на мужчину.
— Вы кого-то ищите?
— Свою невесту. Она с Моник?
— Напрасно приехали, её здесь нет. — возразил парень и, обойдя мужчину, направился к лестнице.
Но Омер опередил его и преградил дорогу.
— Соседка квартиры, где Дефне жила, сказала мне, что вы уехали вместе. Так где же она теперь?
— Так вот почему она сбежала… — усмехнулся француз. — Как вы узнали про ту квартиру?
— Какое это имеет значение? — он старался говорить спокойно, все ещё надеясь получить сведения о местонахождении девушки.
— Наверное, никакого… — тут же согласился Даниэль. — Оставьте её в покое, из-за вашей увлечённости той дамочкой она чуть серьёзно не заболела.
— Что это значит? О чём идёт речь?
— О том вечере, когда вы стремглав убежали к своей первой любви. Припоминаете? — сын Моник перестал соблюдать всякое приличие, его лицо исказилось и буквально пылало злобой. — Дефне едва не замерзла на булыжниках во дворе возле дома, потому что потеряла сознание. Полагаю, ваше непозволительное поведение послужило тому причиной.
— Я не знал… — растерялся Омер.
— Где же вам было знать… — слова прозвучали с открытой неприязнью. — Вы мчались на свидание с женщиной, которая мизинца Дефне не стоит. Ей стоит бросить вас, вы не достойны такой девушки, как она.
— Не вам судить. — глухо произнёс мужчина, пытаясь усмирить гнев, вызванный словами и откровенной враждебностью парня. — Хотя, ваши чувства мне очень понятны. Вы влюблены и надеетесь воспользоваться нашей размолвкой, чтобы её заполучить. — он сдвинулся в сторону, давая сопернику возможность пройти. — Не питайте напрасных надежд. Дефне моя… Была, есть и будет…
Омер произнёс это, с вызовом глядя парню в глаза, и, развернувшись, вышел из гостиницы, адреналин зашкаливал, сердце стучало, словно молот. Он испытывал досаду от того, что схватился с французом раньше, чем тот дал ему информацию о Дефне, которая вполне могла находится сейчас в этой гостинице. Оставалось одно: связаться с Моник напрямую и выяснить, знает ли она что-то о девушке, но телефон госпожи Селен также не отвечал, и пока оставалась вероятность найти его пропажу здесь и не дать ей уехать в Биаритц с Даниэлем, он оставался в своей машине, припарковавшись на противоположной стороне.
Жак рассеянно перебирал пряди волос Моник, лежавшей на его плече.
— Как ты объяснил дома своё отсутствие? — спросила она, рисуя круги на его обнажённой груди.
— Сказал, что еду на мастер-класс. — он вздохнул. — Ненавижу обманывать.
— У нас всегда есть выход: мы можем расстаться. — глухо проговорила она и отодвинулась от него, благо места на кровати было достаточно.
— Не можем, радость моя, мы ведь уже пробовали, и ничего хорошего из этого не вышло. — он притянул её к себе. — Не отдаляйся от меня хотя бы здесь, ведь теперь мы увидимся снова только в Стамбуле.
— Как дети? — женщина вздохнула и, лёжа на боку, обвила его тело руками.
— В восторге от рождественских развлечений и подарков. — улыбнулся Жак. — Когда ваш поезд?
— Вечером.
— Рыжеволосую малышку берёте с собой? Думаю, твой сын именно этого хочет. — он чуть откинул голову, глядя на её лицо.
— Он - да. Все мои предупреждения пошли прахом, что ж, пусть пострадает, сам виноват. Девушка уехала к друзьям, хочет остаться одна и подумать. — Моник глубоко и прерывисто вздохнула. — Я ездила к ней сегодня, посоветовала не спешить с решением оставить Омера. Знаешь, вспомнила, каких ошибок мы с тобой наделали, и захотела её предупредить.