Чтение онлайн

— Я поднимусь к ней? — спросила подруга, и когда Тюркан махнула рукой, быстро взбежала по лестнице.

Дефне не спала и понуро сидела на кровати, глядя на манекен, войдя, Нихан обошла его вокруг, разглядывая платье.

— Симпатичная вещица, только уж очень цветастая на мой вкус.

— Дерья любит такие вещи. — хрипло проговорила девушка.

— Так ты заболела? — Нихан подошла чуть ближе, но держала расстояние между ними, опасаясь подхватить вирус. — А я вот хотела узнать, как прошёл вечер, и как там поживает твой поклонник.

Не меняя позы и выражения лица, она покорно ответила.

— Вечер был очень насыщенным, наслушалась вдоволь французского языка, так что к концу дня родную речь едва воспринимала на слух. Увидела вживую французского консула в Турции и Фредерика Шартэ, попробовала французских деликатесов, а ещё бывшая любовница господина Ипликчи предупредила, что Омер бросит меня и соблазнит, как и её. — она слегка нахмурилась и поправилась. — Нет, не так… Сначала соблазнит, а потом бросит. Вот…

— Да ты что… — восхищённо протянула подруга. — Как интересно… Давай по-порядку, кто такой Фредерик как-то там?

— Фредерик Шартэ? — устало переспросила Дефне. — Певец из мюзикла «Ромео и Джульетта», он исполнял одну из моих любимых песен.

— А почему я не слышала? — Нихан явно огорчилась.

— У меня есть запись, но на французском, если хочешь, послушай.

— Да, ладно… — махнула рукой посетительница. — Ты мне лучше в мельчайших подробностях, ничего не упуская, расскажи про откровения любовницы твоего воздыхателя. — в её глазах уже горело любопытство.

— Давай потом… Я что-то устала… — она снова легла в кровать.

— Ну вот, всегда так… Сначала скажешь, потом идешь на попятную. — обиженно буркнула подруга.

— Да, никуда я не иду. — устало возразила Дефне. — Эта женщина застала нас, когда я расплакалась, а Омер утешал, начала насмехаться и заявила мне, что он, в конечном итоге, бросит меня после того… — она замолчала, подыскивая слово, — после того, как я ему уступлю, станет холодным и всё такое…

— Тцц… — сочувственно поцокала языком Нихан. — Вот змея… А чего ты плакала?

Но тут вошла Тюркан с кружкой, над которой вился парок. — На-ка вот, выпей, я травы тебе заварила. И сразу в постель… Укутаться и спать. А ты, дочка, или вечерком забеги, или завтра, будет у вас ещё время посекретничать. — и она легонько подтолкнула девушку к выходу.

— Ладно, я пойду. — с сожалением проговорила та. — Зайду завтра. Ты дома будешь?

— Дома, дома. — проворчала бабушка. — Не убиться же на этой работе, тем более денег за неё все равно не заплатят.

Дефне хотела возразить, но сил не осталось даже на это, едва допив пахучую, горьковатую жидкость, она снова уснула и даже не услышала, как бабушка отправила назад пришедшую на примерку Дерью. Зная время приезда Бельгин, женщина ждала её на крыльце, увидев Тюркан, та сразу поняла, что с подругой что-то случилось, она вышла из машины и направилась к дому Дефне.

— Не поедет она, дочка, не поедет, заболела, лежит с температурой. Где она умудрилась простудиться, не знаешь? — заговорила бабушка, едва Бельгин подошла к ней.

— Простудиться… — озабоченно повторила та. — Да, вроде негде было, мы с ней везде вместе ходили. А может, это вирус? Их сейчас развелось столько, что и не уследишь.

— Может. — согласилась Тюркан. — Селиму вот позвонила, сегодня забежит после работы. — она понизила голос. — В воскресенье хотел придти, но так даже лучше, пусть внучка увидит, как он заботится о ней.

«О, бабушка, если бы вы только знали… Его внимание уже вряд ли родит чувство в её сердце». — подумала она. — Можно, я поднимусь к ней?

— Поднимись, если хочешь. — посторонилась женщина. — Только наша больная спит уж часа четыре как, даже не просыпалась ни разу.

Бельгин заколебалась.

— Ну, тогда я лучше заеду после института, передайте ей, когда проснётся, что я снова приеду после шести вечера.

— Передам, передам, дочка. — заверила Тюркан и заторопилась в дом.

Сменив испачканную рубашку, Омер вернулся в сад, где гости ждали обещанного фейерверка, но красивые гроздья эффектно рассыпавшихся огней не привлекли его внимания, он искал Дефне, хотя и понимал, что вряд ли после той неприятной сцены девушки ещё оставались на территории института. Чтобы убедиться в их отсутствии, прошел к стоянке, машины Бельгин не нашёл и вернулся к гостям. Оживлённая, улыбающаяся Моник бросила на него быстрый взгляд и, любезно кивая головой приглашённым, увлечённо обсуждавшим закончившийся фейерверк, подошла к нему.

— Слава богу, день закончился. Ключевые фигуры разъехались, кажется, все остались довольны.

— Все прошло на высоком уровне, но ведь вы умеете это организовать. Честно, я в этом даже не сомневался.

Госпожа Селен снисходительно улыбнулась.

— Я бы подумала, что вы мне льстите, если бы сама не знала, что это правда. Но слышать всё равно приятно. Спасибо. — она поискала глазами коллег из Измира. — Говорят, у вас состоялся неприятный разговор.

— Моник, вы удивительная женщина. — усмехнулся её заместитель.

— Я считаю - ответ положительный. Мне следует вмешаться и поговорить с Одри? — она впервые позволила себе заговорить о его личной жизни. — По моим наблюдениям, все ваши осторожные манёвры не оказывают на эту женщину абсолютно никакого воздействия. Пора принимать более кардинальные меры, иначе ситуация может навредить вашим новым гипотетическим отношениям.

Он с удивлением взглянул на неё.

— Вы впервые говорите со мной так открыто.

— Я не хочу, чтобы однажды вы положили мне на стол заявление об уходе. Лечить застарелый нарыв смысла нет, его следует просто вскрыть хирургическим путем.

Помедлив, Омер кивнул.

— Пожалуй…

Он покинул здание института последним, но, сев в машину, медлил с отъездом, откинувшись на спинку кресла и прикрыв глаза, вспоминал, как беспомощно, совсем по-детски Дефне комкала его рубашку на груди, как от всхлипываний вздрагивала под руками её спина, как чарующе пахла её рыжая грива… Мужчина глубоко вздохнул и попытался успокоиться, на ум пришли слова Гюпсе об отцовском инстинкте, эта сумасшедшая женщина была права в одном, он сделал бы что угодно, чтобы огородить эту девочку от бед внешнего мира, защитить от людей, стремившихся воспользоваться её наивностью и чистотой. Теперь, благодаря Бельгин, Омер немного знал о трудностях её жизни и раздумывал, как бы помочь, не обижая своим вмешательством и не ущемляя её достоинства и гордости. Его глаза потеплели, когда он вспомнил выражение упрямства на бледном личике, возможно, он и, правда, начал стареть, если умиляется подобной черте характера молоденькой девушки. Желание увидеть Дефне, рассказать правду об отношениях с той женщиной, страх потерять её расположение из-за ложных обвинений росли в нём с каждой секундой, не раздумывая больше, он вырулил со стоянки и поехал к дому семьи Топал, благодаря в душе своего приятеля, так предусмотрительного собравшего полную информацию о студентке стамбульского университета.

Простояв у дома Дефне минут пятнадцать и послав ей пару сообщений, Омер вернулся к себе очень поздно, слегка разочарованный тем, что ему не удалось её увидеть. Однако в глубине души он считал абсолютно оправданным такое поведение девушки, глупо было рассчитывать на то, что она выйдет к малознакомому мужчине ночью, ведь, если бы это заметил кто-то из соседей, в квартале, где все хорошо знали друг друга, поднялась бы волна кривотолков и пересудов, которая могла бы бросить тень на её репутацию. Он порядком вымотался за прошедший день и, стараясь не анализировать произошедшее на сон грядущий, быстро лег спать.