Чтение онлайн

– А ответные удары, а авиация?

– Щит против авиации будет обязательно, а для ракет есть уже свои системы.

– Мне уже более-менее задача ясна, но вот порох..., нет ли разработок нового носителя здесь?

– Вот тебе адрес института, поезжай туда. Они предлагают жидкий порох и если их носитель подойдет, тебе при конструировании будет легче. Представляешь, закачка жидкого пороха в разгонные гнезда по всей длине ствола.

– Я уже встречался с жидким порохом и весьма неудачно. При испытании артиллерийской системы на гусеничной базе, она взорвалась от детонации. Наскочила днищем на валун и... конец.

– Так это ты ее испытывал?

– Я. Тогда погиб мой лучший друг.

– Я слышал об этом. Могу тебе сказать одно, раз тебе пришлось с этим возится, значит лучше тебя кандидатуры нет. Давай, валяй.

Видно есть какая-то закономерность. Если не везет на работе, обязательно неурядицы дома. Я не защитился и жена, которая работает в том же институте, что и я, ежедневно стала скандалить. Мы поженились два года назад и все ходим в разряде "молодожен". В ее головку вошли все институтские склоки и теперь они помоями выливались на мою голову.

– Своим поведением ты доведешь меня до крайности. Ему видите ли не нравиться наше общество. Поменять его хотел. В тебе дух гнилого империализма. Ты несешь там всякую чушь, а я должна страдать. Все отражается на мне. Я этого не хочу.

– Чего ты волнуешься, меня не уволили, на работу взял академик Петров. А то что там бабы болтают, так пусть языки чешут, коли делать нечего.

– Твоего Петрова скоро турнут на пенсию и ты тоже вылетишь вместе с ним.

– Академики умирают только на работе, даже если они уже ни хрена не понимают. Поэтому Петрова не уберут.

На этот довод посыпались угрозы о разводе, вой о загубленной молодости и перечень всех домашних животных, именами которых можно меня назвать.

Опять у меня группа. Я отправился вглубь России за новым порохом. В "закрытом" институте меня любезно встретили разработчики этого необычного состава.

– Если вы примените этот порох, - говорит мне начальник отдела, - то мы еще имеем перспективы на разработки более усовершенствованных и уникальных смесей.

– Разве вами никто больше не заинтересовался?

– Сначала было полно заинтересованных лиц, но потом все заглохло. Пушкари создали быстро заряжающиеся системы, почти как пулеметы, но комиссии их забраковали из-за того, что при попадании снаряда, даже вскользь в систему, от нее не остается и следа.

Знал бы он, я сам испытывал эту систему и гибель Сережки остановила продвижение конструкторской мысли в этом направлении.

– Такая детонация?
– прикидываюсь наивным я.

– Увы.

– Вы мне покажите, что это такое?

– Да, пожалуйста. Лидочка покажи.

Лидочка весьма симпатична и я сперва подумал, что это обычная дама для гостей, которые есть на каждом предприятии, однако это оказался весьма толковый инженер, сумевший ответить на все мои вопросы.

– Вы мне сумеете изготовить опытную партию к Июню?
– после небольшой прикидки спросил я.

– Сколько?

– Тонну.

Рот у Лидочки распахнулся сам собой.

– Сколько?
– еще раз переспросила она.

– Тонну.

Наконец Лидочка приходит в себя.

– Мы для артиллеристов не больше пяти килограмма нарабатывали, при этом все стояли на ушах.

– Встанете еще раз, подумаете головкой, как безопасней выпустить эту партию. Ведь если пойдет, еще больше закажем.

– Я не могу гарантировать, пусть мои начальники решат.

– Я вас не спрашиваю о гарантиях, я спрашиваю как специалиста, можно сделать к Июню или нет. Разработать экспериментальную установку, изготовить детали. Деньги вам выделим.

– Можно.

– Ну и отлично. Пойдемте к вашим начальникам.

Как всегда, когда собираются научные руководители разных тем, начинаются бесконечные советы. Посыпались идиотские предложения, не забыть другие направления или построить сеть заводов по производству жидких порохов.

Я долго терпел эту массу словоизлияний, потом сорвался.

– Стоп! Скажите точно вы будете выпускать порох или нет? Если да, то без всякий условий, первая партия в Июне, если нет- до свидания. Будем искать других.

Стало тихо.

– Мы не сможем в Июне, только к Сентябрю, - неуверенно ответил директор института.

– До свидания. Мне нужно к Июню.

Я встал попрощался и ушел.

Вечером в номер моей комнаты постучали. Вошел зам директора по производству и Лидочка.

– Александр Сергеевич, вы извините, что так вышло, но мы согласны выпустить все к Июню, - выступил зам директора.

Я посмотрел на Лидочку и мне показалось, что она мне подмигнула.

– Хорошо. Через неделю вы получите постановление правительства по этому вопросу.

Зам директора облегченно вздохнул.

– Может по этому поводу, пойдем выпьем?
– неуверенно спросил он.

– Почему бы и нет. Пойдемте выпьем.

Мы спустились в ресторан и после первых двух неуверенных тостов, почувствовали себя как в своей тарелке. Заиграла музыка и директор, подхватив какую-то накрашенную девицу за соседним столиком, понесся в пляс.

– Вас взяли для смягчения переговоров?
– спросил я Лидочку.

– Нет, - она засмеялась.
– Я сама напросилась. Хотелось посмотреть будете ли вы выламываться?

– Конечно, я вас разочаровал.

– Нет. Даже если бы вы поломались для приличия, устанавливая различные гарантии и условия, нет не разочаровали бы.

– Вам нужно, что бы я ставил условия?

– Было бы лучше, что бы они были. По крайне мере, наши чванливые уроды получили бы хороший урок при проведении переговоров с заказчиками.

– А что, разве они раньше этого не получали?

– Раньше были другие времена. Нас не спрашивали, а заставляли делать, а теперь нам вежливо предлагают работу.

– Пойдемте потанцуем?

– Я давно жду вашего предложения.

Мы танцуем и я начинаю проявлять интерес к ней.

– Я не вижу на вашем пальце кольца, разве пороховые королевы интересуются только порохом?

– Увы, они интересуются очень многим, но у всех женщин всегда перегиб. Либо заниматься наукой, либо выходить замуж. Большинство предпочитают замужество, а я отношусь к меньшинству.