Чтение онлайн

Второй помощник, исполняющий обязанности вахтенного офицера, только фыркнул. Первый помощник - следующий по старшинству после капитана - поднялся на мостик, чтобы оценить обстановку. Вообще-то это входило в обязанности шкипера, но капитан спал у себя в каюте.

Лесовоз "Джордж Макриди" пробивался через огромные тридцатифутовые волны, стараясь поддерживать скорость в двадцать узлов. Впрочем, старался безуспешно, хотя дизели работали на полную мощность. Небо было затянуто облаками, и лишь изредка между ними проглядывала луна. Вообще-то шторм стихал, но ветер продолжал дуть со скоростью шестьдесят миль в час, а волнение продолжало увеличиваться. По мнению обоих офицеров, это был типичный шторм, характерный для северной части Тихого океана. Но все же он отличался некоторой необычностью. Было тепло - десять градусов по Фаренгейту, но летящие брызги замерзали на лету и били по окнам мостика подобно дроби на утиной охоте. Правда, повезло, что волны катились навстречу судну. "Джордж М." был грузовым судном, а не пассажирским лайнером, и у него отсутствовали стабилизаторы, уменьшающие бортовую качку. По правде говоря, корабль не так уж и бросало. Надстройка была расположена в кормовой части, что заметно смягчало килевую качку. Это обстоятельство мешало офицерам полностью осознать, что действительно происходит на носу, тем более что видимость из-за туч летящих брызг была плохой.

У качки были свои особенности. Когда корабельный форштевень врезался в подножие особенно высокой волны, скорость падала. Однако в результате огромных размеров судна оказывалось, что нос сбавлял скорость быстрее кормы, и, когда силы торможения пытались замедлить движение судна, по его корпусу пробегала дрожь. Металлический корпус словно протестовал против такой жестокости, и во время особенно резких толчков его длина даже сокращалась на несколько дюймов, во что было трудно поверить.

– Когда-то я плавал на авианосце, так он в центральной части уменьшался в длину больше чем на фут. Однажды мы...

– Прямо по курсу, сэр!
– выкрикнул рулевой.

– Черт побери, девятый вал!
– успел воскликнуть второй помощник.

Внезапно гигантская пятидесятифутовая волна появилась всего в сотне ярдов от тупого носа "Джорджа М.". Это не было чем-то совершенно неожиданным. Порой две волны сливались вместе, их высота на мгновения увеличивалась, а затем волны снова расходились... Нос корабля поднялся вверх на волне средней высоты и рухнул на ее обратном скате вниз перед накатывающей зеленой стеной.

– Держись!

Нос не успел подняться. Зеленая пенящаяся стена просто нахлынула на носовую часть корабля, словно не встречая препятствий, и покатилась по всей длине в пятьсот футов, до самой надстройки. Офицеры следили за ней будто зачарованные. Судну не угрожала никакая опасность - по крайней мере они пытались убедить себя в том, что не угрожала немедленная опасность. Сплошная зеленая масса воды катилась мимо тяжелых грузовых кранов и мачт, двигаясь вперед со скоростью тридцать миль в час. Судно снова содрогалось от непомерной перегрузки: его нос врезался в нижнюю часть волны и скорость упала. Более того, нос все еще оставался под водой, потому что основание волны было намного шире ее верхней части, которая готова была разбиться об окрашенный в белое стальной утес, возвышавшийся прямо на ее пути.

– Сейчас!
– крикнул вахтенный офицер рулевому. Гребень волны не достиг уровня мостика и разбился об окна кают старших офицеров. В следующее мгновение вверх взлетела вертикальная белая стена брызг, отрезавшая находившихся на мостике от окружающего мира. Это продолжалось всего секунду, но она показалась им долгой минутой. Затем видимость восстановилась, и они увидели перед собой корабельную палубу, находящуюся точно на том же месте, где ей и надлежало быть, хотя и под слоем воды, стекающей в шпигаты. "Джордж М." накренился на пятнадцать градусов и выровнялся.

– Сбавить скорость до шестнадцати узлов, ответственность беру на себя, распорядился первый помощник.

– Слушаюсь, сэр, - отозвался рулевой.

– Пока я на мостике, я не допущу, чтобы мой корабль развалился, - заметил старший офицер.

– Разумное решение. Пит.
– Второй помощник уже подошел к аварийной панели, чтобы убедиться в исправности судовых механизмов, - в случае аварии или затопления на панели вспыхнул бы сигнал тревоги. Но аварийные лампочки не горели. В этом не было ничего удивительного - лесовоз спроектировали таким образом, чтобы он мог выдержать куда более суровые штормы, однако это не значило, что на море можно терять бдительность.

Загудел телефон.

– Мостик, первый помощник слушает.

– Что там произошло, черт побери, - послышался голос старшего механика.

– Всего лишь большая волна, чиф, - коротко ответил Пит.
– Есть проблемы?

– Всего лишь? Она так шарахнула в переднюю переборку, я уж решил было, что выбито окно, - похоже, треснул иллюминатор. Почему бы не сбавить скорость? Неприятно, когда тебе в постель хлещут волны, понимаешь?

– Я уже распорядился.

– Отлично.
– Стармех положил трубку.

– Ну, что тут у вас?
– раздался голос капитана. Он появился на мостике в пижаме и халате, успел заметить, как вода с палубы исчезала в шпигатах.

– Большая волна, пятьдесят-шестьдесят футов. Я сбавил ход до шестнадцати узлов. Двадцать - слишком много при такой волне.

– Правильно, пожалуй, - проворчал капитан. Каждый лишний час у причала обходился в пятнадцать тысяч долларов, и хозяевам не нравилось напрасно расходовать деньги.
– Увеличьте скорость, как только будет возможно.
– И он исчез, чтобы не застудить босые ноги.

– Будет исполнено, - ответил Пит, глядя на пустой дверной проем.

– Скорость пятнадцать и восемь, - доложил рулевой.

– Хорошо.

Оба офицера уселись в высокие кресла и взяли чашки с кофе. Вообще-то в происшествии не было ничего пугающего, теперь оно казалось даже захватывающим. Брызги от форштевня, врезающегося в волны, казались удивительно красивыми в лунном свете. Первый помощник посмотрел вниз на палубу. Лишь через несколько секунд он понял, что произошло.

– Включить палубное освещение!

– В чем дело?
– Второй офицер поспешил к распределительному щиту, и прожекторы залили палубу ярким светом.

– А, один все-таки остался...

– Один...
– Вахтенный офицер взглянул на палубу.
– О-о... Три остальных...

Первый помощник изумленно потряс головой. Какими словами описать силу простой воды? А ведь это была прочная цепь, и волна разорвала ее, словно гнилую нитку. Впечатляюще.

Второй помощник снял трубку телефона и нажал кнопку.

– Боцман, наш палубный груз только что смыло за борт. Осмотрите переднюю часть надстройки и сообщите мне о причиненном ущербе.
– Он знал, что добавлять о необходимости осмотра изнутри, не выходя на палубу, не потребуется.

Через час стало ясно, что они отделались на удивление легко. Бревна, смытые волной, ударили в то место надстройки, которое было укреплено мощными стальными бимсами. Повреждения оказались незначительными, понадобится всего лишь сварка и окраска. Впрочем, кому-то придется рубить новое дерево. Три бревна из четырех были смыты за борт. Японскому храму придется подождать с новой крышей.

Три огромных бревна, скрепленных вместе железной цепью, остались далеко позади "Джорджа М.". Они все еще были сырыми и теперь начали впитывать морскую воду, становясь еще тяжелее.