Чтение онлайн

Нужно во что бы то ни стало уговорить ее остаться и забыть эту нелепую идею насчет семьи и детей. Какой вздор! Разбазаривание ума и таланта. Он стиснул зубы. Он не позволит ей бесцельно прожить жизнь, с ее-то профессиональными умениями.

Он сел. Решение окрепло в нем окончательно.

– Не получится, моя маленькая Иззи. – Гейб взглянул на дверь ванной. – Ты не оставишь меня ради какого-нибудь каменщика, который будет работать с девяти до пяти, и жизни в вагончике, набитом ребятишками. Ты не уедешь завтра. Ты вообще от меня не уедешь, никогда.

К тому времени, когда вода в душе перестала литься, Гейб составил план. Он знал, что хорошо для Иззи, пусть она даже сама не знает этого. С помощью маленькой лжи и притворного раскаяния он добьется своего. Пропади все пропадом, он имеет все основания спасти свою замечательную помощницу от самой себя.

Гейб знал, что она долго не выйдет из ванной, ведь он унизил ее. Ей надо прийти в себя.

Решив, что лучше снять вечернюю одежду, пока он один, Гейб развязал галстук и начал расстегивать рубашку. Когда он был совершенно голым, дверь ванной открылась. К счастью, он отвернулся и стоял перед комодом. Замер с короткими боксерскими трусами в руке. Не услышав, что дверь закрылась, оглянулся через плечо.

В дверях стояла Иззи, облаченная в черный пеньюар. Рот у нее открылся от удивления. Воспаленные глаза с покрасневшими веками округлились.

Чтобы слегка поднять ей настроение, Гейб заметил:

– У меня такое чувство, что это уже было. – Он усмехнулся. – Только наоборот. – Он поднял трусы, показывая, что хочет надеть их. – Одну секунду.

Она, как видно, вышла из ступора.

– Ах, извините, я...

– Не уходи. – Он натянул трусы.

Иззи, не говоря ни слова, обошла кровать и забралась под одеяло. Она как будто не замечала, что ее чемодана нет, хотя он убрал его обратно на полку в шкаф. Конечно, она ясно дала понять, что не собирается брать с собой одежду, которую он купил для нее, поэтому ей, вероятно, безразлично, куда делся чемодан.

Гейб подавил охватившее его раздражение. Он не мог допустить, чтобы она увидела его в глазах или услышала в голосе. Ему нужно было убедить ее остаться, и поэтому он заставил себя успокоиться. Он не будет злиться. Будет спокойным и благоразумным и расстелется перед ней, как ковер.

Он подошел к кровати с ее стороны и встал на колени. Хотя Иззи не шевелилась, Гейб чувствовал, что она слышала, как он подошел, и предпочла прикинуться спящей.

– Иззи, – прошептал он, – Хьюго разорен. У нее широко раскрылись глаза, и она резко села.

О Господи, словно он сказал: «У тебя в кровати змея». Гейб не предполагал, что она будет так остро реагировать. Хорошо. Прекрасно, на самом деле. Нужно, чтобы она отнеслась к этому с большим вниманием.

– Что? – Она прижала к груди простыню. – Этого не может быть. Я хочу сказать, я знала, что ему надо оживить сбыт, но не думала... я надеялась, что дело не зашло так далеко. – Губы ее задрожали, в покрасневших глазах снова заблестели слезы.

«Прекрасно, Гейб, дружище! Унизил ее, а теперь растопчи ее сердце. Прямо по книге советов «Как быть мерзавцем», том первый».

– Он рассказал мне об этом, когда мы встречались сегодня, – сочинял Гейб. – Эта рекламная кампания – последняя попытка вытащить фирму из огня. – Он мрачно посмотрел на нее, делая многозначительную паузу.

По ее лицу скатилась слеза и задрожала на подбородке. Гейб уже проклинал себя.

– А почему он рассказал вам? – Голос у нее был таким слабым и дрожащим, что Гейб с трудом услышал его. Как будто недоумевая, он пожал плечами.

– Я изложил ему свою концепцию...

Она моргнула, и с нижних ресниц скатилась еще одна слеза. Он ждал, когда молчание принесет свои плоды. Пусть она сама поразмышляет. Ей нужно принять решение. Или, по крайней мере, подумать, что она это делает. В ожидании он покачал головой, будто сожалея. От собственного притворства ему стало муторно на душе.

– А... а дом, самолет, как он может...

– Все заложено, и он опаздывает с выплатой.

Гейб уже раздумывал, есть ли в аду особое место для грешников, которые хитростью заставляют добросердечных женщин делать что-то для них отвратительное, даже если это для их же блага. Если такое место было, то оно уже ждало его, Гейбриела Пэриша.

Он театрально вздохнул.

– Такой милый старик. Просто позор. – Медленно стал считать до десяти. Подумал, что поскольку она толковая и умеет сострадать, то скоро сообразит.

«Восемь, девять...»

– Думаете, он рассказал вам, инстинктивно почувствовав, что ваша рекламная кампания все изменит? – В ее голосе зазвенела надежда.

«Бинго!»

– Ты так думаешь? – Законченный подонок, он изображал удивление. – Знаешь, наверное, ты права... – Последовала легкая улыбка, будто оценивающая ее блестящий вывод, потом она исчезла. – Как жаль, что у Хьюго такие строгие понятия о браке, верности... и обманщиках.

Она оперлась на локоть и смахнула рукой слезу.

– Да, – промолвила она грустным голосом. – Глупое условие. – Осуждающе посмотрела на него. – Я имею в виду брак, не верность. Тут я полностью согласна с Хьюго.

Гейб ничего не ответил, только постарался сохранить сочувственное выражение на лице.

– Мне бы хотелось как-то помочь, – пробормотала она больше себе, чем ему.

Губы у него дрогнули, но он быстро взял себя в руки.

– Но ты же уезжаешь!

Она подняла глаза и нахмурилась. У Гейба напрягся подбородок, когда он наблюдал, как она идет прямо в ловушку.

– Не могу, – произнесла Иззи со стоном. – Не могу уехать. Именно сейчас. – Она покачала головой и одарила Гейба таким несчастным взглядом, который можно увидеть лишь у заблудившегося щенка. – Думаю, он доверился вам, потому что почувствовал, что именно ваш подход сможет спасти фирму и всех работающих в ней.

Гейб изобразил на лице удивление.

– Возможно, и так.

– Конечно, так! – Она фыркнула, а затем тихо вздохнула, показывая, что радуется этому не больше, чем заключенный, которому сообщили, что его освобождение отменяется. – Останусь до конца недели. – Она бросила на него взгляд. – Но мне это не нравится.