Чтение онлайн

– Не знаю какое получится кино – сказал Кемаль, осматривая мотор – надеюсь его посмотреть. А нам надо плыть, у моря свои законы и их приходится уважать.

При входе в Босфор на встречу рыбацкой лодке прошли два украшенных разноцветными флагами парусника.

– Это извечные враги, генуэзцы и венецианцы. Видимо, их появление у крепости послужит кульминацией сегодняшней мистерии – предположила Кристина.

Петр, вспоминая пережитое за день, произнес:

– Ничего не жалко завоевателям. И только блеск влажных женских глаз неизменно пленит их.

А Кристина, черпая ладонью морскую воду, с прозрачными медузами, добавила.

– Всё воссоздаётся по собственному подобию из жизни в жизнь, из века в век. Подобное порождает подобное.

глава 8

Жизнеутверждающий, хорошо сложенный, с внешностью героя рыцарского романа, сводящий с ума любую женщину, Андреа был рождён для предпринимательства. Окружающими он воспринимался выскальзывающим из рук круглым влажным камнем. За него невозможно было ухватиться и для него не существовало неразрешимых проблем. Андреа жил и работал в обществе ему подобных и любую комбинацию разыгрывал безупречно, всегда зная к чьей помощи прибегнуть. Андреа продюсировал деятелей искусства. Он устраивал грандиозные концерты с участием звёзд мирового уровня. Торговал картинами. А жил в сердце Тосканы, в старинном фамильном поместье, полном молока, мёда, фруктов, овощей и произведений искусства.

Осознавая свою неформальную власть над женщинами, Андреа через них и работал, и они всюду окружали его шумным гудящим роем.

Сраженный красотой Кристины, Андреа, а он мог оценить её в полной мере, влюбился в художницу с первого взгляда. Понимая происходящее и осознавая, кто перед ней, Кристина, по обыкновенью, движением юной тигрицы на пол корпуса скрылась за рослой фигурой Петра, словно за стволом трёхсотлетнего дуба. Она внимательно смотрела на прекрасного итальянца, слегка склонив вперёд голову, и голубые влажные глаза её смеялись.

Скоро Кристина на вершине Мраморной башни поставила по сторонам от себя Петра и Андреа, ошеломленного происходящим, и предложила медитировать. А на закате солнца она танцевала для них, закрывая собой медленно погружающуюся в Мраморное море согревающую нас ближайшую звезду.

Тем временем холст высох. Андреа, познакомившись с изображением, высказался в том духе, что везти картину через границы небезопасно, так как её обязательно посмотрят турки, а дальнейшее предсказать невозможно. И он просил не спешить с её перевозкой куда бы то ни было, так как ему надо связаться с дипломатами.

Вопрос стоимости картины также был открыт.

– Для меня самый сложный вопрос – объяснила Кристина, выставив вперёд ладонь, словно прося милостыню – сколько стоит ваша работа. Он всегда ставит меня в тупик.

– Прекрасно тебя понимаю – замечал Петр, вздыхая и с досадой сжимая губы – я не лучше. Мне всё кажется, что я беру у человека последнее.

– Вот, у меня такое же чувство – развела в стороны руки Кристина и в её глазах отразилась растерянность.

Речь коснулась менталитета итальянцев.

– Я ощутила, что общаться с итальянцами не просто. Видимо, я чего-то не знаю. В составленных итальянцами бумагах разобраться я не в состоянии. Но и в личном общении, замечаю я, нужен особый подход – Кристина пожала тонкими плечами, подняв глаза на собеседника.

Глубокомысленно улыбаясь, Андреа объяснил.

– Итальянцы горды и для них в отношениях все решает симпатия и антипатия. Конечно, лучше если итальянцу вас представит знакомый ему человек. Вы должны всегда держать слово. И никакого высокомерия. Но, уж если вы понравились итальянцу, он ваш и телом, и душой. В патриархальной Италии, с её семейными предприятиями и непререкаемой властью отца, все построено на связях и дружбе.

– Я начинаю понимать итальянцев – прошептала Кристина – им надо понравится, с ними надо подружиться. Как с детьми.

– Как со взрослыми детьми – возразил Андреа, улыбаясь одними глазами – можно сказать и так.

А тут напомнила о себе Ла Стампа. Её программисты, запуская приложение Петра, попытались его самостоятельно дописывать, но скоро поняли, что это невозможно без автора, так, как только он был в состоянии ориентироваться в созданных им классах, методах и их взаимосвязях.

– Моё детище в чужие руки не идёт – шутил Пётр.

– А что это за таинственные классы? – интересовалась художница, подправляя холст – вот у меня кисть, мастихин, краски, растворитель и холст, понятно и ребенку, правда не все умеют воспользоваться, да и не всем нужно.

– Класс-это программный код, написанный на языке Java. Внутри класса описаны некие объекты и прописаны некие методы, манипулирующие объектами. Есть класс – космос, класс – галактика, класс – звезда. А приложение все классы, а это двоичные коды, объединенные в файлы, собирает во едино, и задавая вопросы программисту, начинает расчёты вероятностей существования планет, в том числе обитаемых, в тех или иных точках пространства.

Скоро в Андах решили, что отладка приложения нуждается в усиленной компьютерной технике. А так как никто кроме Петра отладить приложение не в силах, то автору надлежит поехать в Китай и самому заказать производителю параметры компьютера.

– И они правы. Любое посредничество в этом вопросе чревато неприятностями – объяснил Петр.

– Я тоже хочу именно на юг Китая. Там есть горы необыкновенной красоты – воскликнула Кристина.

– А на юг нам и надо. Там представлены не только горы и рис, там ощущается мистика в происходящем. Сначала обстоятельства нас ведут в Константинополь. Далее мы видим торг на Чёрном море. А теперь нам надлежит проделать путь в Китай, на родину шёлка, который две тысячи лет на верблюдах через Среднюю Азию и Иран везли в черноморские и средиземноморские порты, из которых генуэзцы и венецианцы на парусниках и галерах развозили шелк по всей Европе. И веками формировались капиталы, а они не любят огласки и по сей день исподволь вершат судьбы значительной части населения планеты – Петр был искренен в своём удивлении.

– Обстоятельства нас раскачивают на очень широкий охват натуры. Я о своём, – объяснила Кристина – я же художник.

– Да, это цикл полотен, вбирающий весь континент, нет всю планету. А как с константинопольским холстом?

Скоро появились итальянцы. Была подписана бумага, из которой понять было что-либо сложно. Холст оказался в итальянском консульстве. Оттуда он должен был отправиться в Венецию, где Андрео ожидал Кристину в любое удобное для неё время.

– Говорят, что в Европе полякам и грекам никто не верит. Итальянцы, конечно, другое дело, но холст мне понравился, и я на него еще сама не насмотрелась.

В голубых глазах художницы проступало сомненье.

– Тысячи лет всё движется с востока на запад. Не переживай – Петр загорелой ладонью коснулся вьющихся от солнца и морской соли белокурых локонов Кристины – нас ждёт китайская цивилизация. В конце концов если бы не итальянцы, то не появился бы и холст со взятием Константинополя крестоносцами.

глава 9

Итальянская провинция Тоскана послужила сценой для встречи, не привлекшей досужих взглядов, но имевшей огромное значение для нашей истории.