Чтение онлайн

Алеша заплакал и стал умолять, чтобы его оставили или хотя бы еще раз покормили. Не подумайте, что я какой-то черствый. Алексей не был похож на голодающего. Тело его выглядело плотным и даже упитанным. Жирные волосы, аккуратно зачесанные расческой набок, и розовые, будто с мороза, щеки. А слезы и мольба совершенно очевидно наиграны. Уверен, парню было совершенно фиолетово до морали, и унижением он это не считал. Лёша увидел простачков в тех мужиках и решил доить их до последнего.

– Так как он оказался в пионерском лагере мёртвый? – не выдержал Борис Валентинович.

Мужчина встал и налил себе ещё заварки из стеклянной банки. Затем разбавил кипятком из чайника и сел обратно.

– Парня оставили еще на одну ночь, – продолжил Серёжа. – А на утро, вы не поверите, за ним пришёл отец.

Старших это сильно удивило, ведь им Алёша сказал, что сирота.

Парнишка как увидел папашу, так сразу встрепенулся и попытался убежать. Тот успел схватить его за шиворот и не дал ускользнуть.

Самое страшное было впереди. Малец встал на колени и просил… Нет, умолял его отпустить. Тот что-то в ответ бубнил и одёргивал ближе к себе. Мужикам стало интересно, чем так провинился сын, что отец с ним так обращается. Тот достал из сумки длинный самодельный нож с грубо вырезанной деревянной ручкой и завёрнутым в тряпку лезвием. Такими обычно закалывали скотину в деревнях. Снял тряпку, приставил его к горлу паренька и сказал: «Нужно избавить мальчишку от дальнейших неизбежных страданий, и если этого не сделать, то обязательно пострадают невиновные люди».

Мужики глаза вытаращили и хотели уже спасать Алёшу, но отец ловким движением второй руки расстегнул ветровку, задрал три майки на сыне, и все в зале ожидания увидели рану на животе. На нем висел кусок кожи и были следы от многочисленных укусов. Странно, но кровь не текла в том объеме, в котором обычно бывает при такой ране.

Мужики велели немедленно покинуть станцию, и двое вышли наружу.

Серёжа вдруг замолчал и сделал вид, словно до этого ничего не рассказывал.

– Не тяни, Серёж, – не выдержал Николай Николаевич. – Я же с ума сойду от любопытства. Что же дальше случилось?

– А ничего не случилось, – молодой смотритель резко встал из-за стола и, сложив руки за спиной, принялся ходить по комнате туда-сюда. – Не смог отец убить Алексея. Сказал, пока искал его, был готов, а сейчас не поднимается рука. Просил старших сделать это вместо него, даже ресурсы предлагал. Те, конечно, отказались и велели проваливать подальше. Тогда у мужчины полились ручьем слезы, и было понятно, что контролировать их он не мог. Отец отпустил Алёшу и сказал, чтобы тот бежал… Без оглядки и остановки… И что пойдет за ним и если найдет среди людей, то обязательно лишит жизни. В этот раз уже не задумываясь и не колеблясь.

Парнишка, услышав эти слова, вскочил и рванул, вот только не вдоль железной дороги, а сразу у станции и свернул в лес. Убитый горем отец медленно побрел в ту же сторону, заматывая лезвие длинного ножа в тряпочку.

Про бывший пионерский лагерь я узнал позже от Бориса Валентиновича, когда уже и забыл про этот случай. Видимо, паренёк наткнулся на него, заперся от убийцы на ключ и подпёр дверь железякой. Ну а через время умер от вируса в ране. Вот только непонятно, обратился Алёша всё-таки или нет.

– То есть, по-твоему, он нашел связку ключей в медпункте, – возразил Николай Николаевич. – Подобрал ключ к кладовой, снял и отнес ее обратно? Что-то не клеится версия.

– Ключ мог уже торчать в замочной скважине, – спокойным голосом ответил Серёжа.

– Значит, отец его так и не нашёл, – сказал Борис, допивая вторую кружку чая.

– Этого мы никогда не узнаем, – улыбнулся Сергей и посмотрел в окно, слегка отодвинув штору. – Нам пора на станцию.

Борис резко встал и быстрыми шагами вышел из комнаты. В коридоре послышался скрежет замка, скрип петель, и через время снова раздался шум. Послышались частые шаги, и уже через несколько секунд опытный выживший вернулся в комнату.

– Это опасно, – тихо сказал Сергей.

– Я должен был убедиться, – ответил Борис Валентинович. – На теле действительно три майки и что-то похожее на сгнившую, а потом высохшую рану на животе. Вот только ветровки на нем нет.

– Мог снять по пути, – объяснил Серёжа. – Яркая она у него была, а значит, заметная. Скинул, чтобы не видно было издалека.

– Ладно, – Борис сел на стул и постучал по крышке стола пальцами. – Это явно он. В связи с этим у меня два вопроса. Первый – почему он не обратился, а просто умер и высох? Парнишка стал словно мумия. Второй – что делать с телом?

– Я уже предлагал повесить на заборе для устрашения, – поспешил сказать Никник. – Алёше уже всё равно, а нам хоть польза будет.

– Человека нужно похоронить, – твердо решил Сергей. – Мы же не варвары какие. Выроем яму за забором и закопаем. Лопаты есть в кладовой.

– Ну хорошо, уговорили, – дед приподнялся на локтях и почесал указательным пальцем свой нос. – Тогда похороним под тем пролётом забора, где ворота хотели весной делать. Пусть его дух охраняет вход. Как вам такое?

Николай Николаевич вновь не увидел одобрения в глазах друзей, отчаянно лёг обратно и показательно отвернулся к спинке дивана.

– Может, до весны там полежит? – развел руками Сашка. – Земля сейчас промёрзла, и копать будет очень тяжело. Он же всё равно заперт. Заколотим еще гвоздями на всякий случай, чтоб уж наверняка.

Друзья просидели молча несколько минут. Кто смотрел в пол, кто в потолок, кто на угасающий огонь в камине.

– Человека нужно похоронить, – твердо повторил Сергей. – Нехорошо это. Займутся Сашка и Пашка. Такое мое для вас задание. Расчистите снег и разожжёте костёр. Земля должна оттаять. Я слышал, на севере автомобильные покрышки жгут, но у нас их не имеется. Не спешите, особо важных дел у вас нет.

– Хоть и прошло столько времени, – добавил Борис Валентинович. – Нужно сделать контрольный удар.

– Выстрелим в голову, и всех делов, – ответил Сашка.

– Лучше патроны экономить, – настоял Борис. – Удара ножом в мозг вполне хватит. Например, через глаз. Если ни разу не делали, могу показать.

– Справимся, – неохотно ответил Сашка и посмотрел на Катю. – И не такое приходилось с зомбаками делать.

– Ну вот и славненько.

Утро следующего дня.

Близнецы проснулись от холода. Угли в камине еще были горячими, но в комнате порядком похолодало. Сашка поначалу спросонья пытался получше укутаться одеялом, после залез под него с головой. Отойдя окончательно от сна, парень поднялся и осмотрел комнату. Сестры еще спали в своих кроватях у окна, а брат на соседнем диване что-то бормотал еле слышно себе под нос. Николая Николаевича не было.

Сашка встал, обулся и накинул поверх телогрейку, не просовывая руки в рукава. Выйдя в коридор, парень тут же обнаружил причину резкого похолодания. Входная дверь дома была открыта и, судя по всему, уже приличное время.