Чтение онлайн

Однако к концу XIII века отношения между соседями обострились до открытых столкновений. Так, согласно «Готтскалькским анналам», только во время одного из нападений аборигенов на Вестербюгд (Западное поселение) поселенцы потеряли 18 человек убитыми и еще двое попали в плен. Без помощи метрополии – а в особенности без притока новых поселенцев – гренландская колония была обречена.

Вот только в изменившемся со времен Эйрика Рыжего мире гренландцам нечего было предложить Старому Свету в обмен на помощь. Главный источник дохода поселенцев – моржовые клыки – обесценились с началом массового импорта португальцами африканской слоновой кости. Добываемые на Зеленом острове меха не выдерживали никакой конкуренции с поставляемой ганзейцами русской пушниной, а развитие английской шерстяной мануфактуры поставило крест на экспорте низкокачественного гренландского сукна.

После введения в 1294 году королевской монополии единственной связью гренландцев с внешним миром стало ходившее раз в несколько лет правительственное торговое судно. И, как закономерный итог, о двух малочисленных поселениях на самом краю Нового Света вскоре попросту забыли за ненадобностью…

В наше время историческая справедливость восстановлена – память о подвигах и удачах бесшабашных норманнов увековечена в камне и на страницах календарей. Статуи первому европейцу в Новом Свете возвышаются в Бостоне, Сиэтле, Милуоки, Ньюпорте, Рейкьявике и других городах, а 9 октября [27] по указу президента США Линдона Джонсона ежегодно празднуется День Лейфа Эрикссона.

Однако, хотя сегодня любая новая деталь, свидетельствующая о посещении викингами Америки, вызывает живейший интерес, следует помнить, что для современников Лейфа Эрикссона его открытие осталось практически незамеченным и, главное, не оказало никакого долгосрочного влияния на жизнь обитателей Старого и Нового Света. Как гласит норвежская пословица: «Когда огонь погаснет, пепел тут же остынет» – к концу XIV века дерзкие походы викингов в Винланд были напрочь забыты. Поэтому вполне справедливо будет сказать, что для всего остального человечества Америку по-настоящему открыл все же не скандинав Лейф Эрикссон, а итальянец Христофор Колумб.

Античные мифы утверждают, что во время своих странствий Геракл поставил на берегах Гибралтарского пролива два «столба», обозначив таким образом границу между миром людей и «морем мрака». Мореходам категорически запрещалось преступать ее, но… Даже величайшему из героев оказалось не под силу противостоять людскому любопытству и жадности. Проводником же этих старых как мир пороков в Новый Свет стал человек по имени Христофор Колумб. Именно ему, сыну простого генуэзского ткача, было уготовано до неузнаваемости перекроить мир.

О ранних годах жизни великого мореплавателя мало что известно достоверно. Историкам остается лишь по косвенным признакам угадывать момент озарения, навсегда изменившего и жизнь самого Колумба, и облик всего мира. Хотя к тому времени он уже состоялся как опытный морской путешественник и картограф, но ни успешная карьера, ни женитьба на дочери губернатора Порту-Санту не сделали Колумба богачом. Средства на задуманную им экспедицию Христофору пришлось искать по всей Европе, а порой и за ее пределами.

Разумеется, прежде всего Колумб обратился к своим землякам и первым нанимателям – генуэзцам. Вельможи знаменитого купеческого города даже не удостоили его ответом. В последующие годы Христофор искал финансирования всюду, где только было возможно. Он состоял в переписке с королем Англии Генрихом VII и якобы даже возлагал надежды на благосклонность османского султана Баязида II Святого [28] . Сложно представить, каким был бы наш мир, не сочти Баязид II идею Колумба безумной…

В 1483 году Колумб представил проект своего путешествия на запад португальскому монарху Жуану II Совершенному. Молодой король слыл человеком прогрессивным и, подобно своему великому дяде [29] Энрике Мореплавателю, живо интересовался географическими исследованиями, результаты которых могли бы принести пользу казне и короне. Эти качества делали его весьма популярным среди мечтателей и сорвиголов, надеявшихся вписать свое имя в историю за счет короля. Специально для рассмотрения многочисленных прошений Жуану II даже пришлось создать специальный ученый совет.

К несчастью и для Колумба, и – в гораздо большей степени! – для Португалии, начало 80-х годов было не самым удачным временем для крупных рискованных инвестиций. Жуан II боролся с заговорщиками и не мог уделить поданному проекту должное внимание. Саму идею поиска западного пути в Индию король воспринял очень благосклонно, однако окончательное решение вопроса отдал на откуп Математической хунте (так называли Лиссабонскую академию астрономии и математики). После долгого рассмотрения члены ученого совета постановили отказать Колумбу в его просьбе.

Впрочем, португальцы отвергли услуги Колумба, но не его смелые идеи. Два корабля под командой Фердинанда ван Ольмена отправились через Атлантический океан, чтобы открыть для короля лежащие за ним земли. Попытка не имела успеха, и когда надежда на благополучное возвращение экспедиции окончательно канула в «море мрака», Жуан II направил Колумбу письмо с приглашением вернуться в Лиссабон и гарантиями личной безопасности. К тому времени Колумб уже искал счастья в Испании.

Первые встречи с Католическими королями [30] не принесли ему желанного результата. Рекониста входила в завершающую фазу, и до падения последнего мусульманского оплота царственные супруги не желали – да и не могли – выделить просителю необходимых средств. Не случилось этого и после взятия Гранады 2 января 1492 года. Напрасно Колумб с воодушевлением маршировал на триумфальном параде – собранный королевский совет снова отклонил его проект.

Отчасти в неудаче было повинно и честолюбие самого Колумба. За еще не оказанные Испании услуги он потребовал небывало высокую для человека с улицы плату: титул Адмирала мирового океана, огромное пожизненное жалованье и должность вице-короля всех открытых им земель. Фердинанд II счел притязания генуэзца неприемлемыми и прервал всяческие переговоры с ним. Его супруга оказалась более дальновидной. Исследователи называют несколько возможных причин, которые могли заставить королеву принять сторону Колумба.

Во-первых, Изабелла Кастильская не желала отдавать лавры первооткрывателя более сговорчивому монарху – разочарованный очередным отказом Колумб во всеуслышание объявил о желании перебраться ко двору Карла VIII, прозванного Любезным. Во-вторых, будущий Адмирал мирового океана сыграл на религиозности «христианнейших королей», пообещав, что станет – от имени венценосных спонсоров, разумеется, – проводником истинной веры в открытых им землях. И наконец, в-третьих, османы таки сыграли свою роль в этой истории – в беседе с Изабеллой Колумб обмолвился, что успех его начинания вполне может открыть для уже прославившихся в борьбе с маврами испанцев путь для атаки на грозную Османскую империю с тыла, дабы Католические короли освободили от власти неверных Палестину и Гроб Господень.