Чтение онлайн

Что привело к быстрому развитию научно-технического прогресса? Как он повлиял на окружающую среду и человеческое общество?

В XVII–XVIII вв. значительно повысилась мобильность общества, т. е. у людей появилась возможность переезжать в другие города и страны, а также значительно изменять своё общественное положение. Социальная мобильность стала одной из важнейших примет индустриальной цивилизации. Она, в частности, сделала возможным появление в Северной Америке совершенно нового государства – США. В определённой мере это можно сказать и о странах Латинской Америки, завоевавших независимость в первые десятилетия XIX в. Ведь их население также во многом состояло из потомков европейских завоевателей (испанцев и португальцев) и насильно перевезённых из Африки негров.

Таким образом, европейское общество уже в XVII–XVIII вв. утратило былую статичность (т. е. неподвижность), в буквальном смысле слова придя в движение. Но в XIX в. происходит поистине взрыв социальной мобильности. Меняется и её содержание: мобильность становится менее стихийной, т. е. перестаёт зависеть от многих случайных обстоятельств. Так, в XVII в. многие протестанты, вероятно, предпочли бы остаться на европейской родине, если бы там они не страдали от религиозных гонений. А негров, массами вывозимых из Африки в трюмах кораблей, и вовсе никто не спрашивал, хотят ли они ехать в неведомую им Америку.

Основной поток переселенцев в XIX – начале XX в., как и прежде, направлялся в США. С 1820 г. и до начала Первой мировой войны, т. е. за 94 года, в США прибыло (главным образом из Европы) около 32 млн. человек. Среди них были англичане и французы, немцы и итальянцы, к концу XIX в. заметно возрос приток иммигрантов из Южной и Восточной Европы, в том числе и из России. Немало европейцев переселилось и в колонии – в Алжир и Индию, Канаду и Австралию и т. д. А на юге Африки возникли бурские республики со значительным белым населением. Белые колонисты охотно переселялись туда и после завоевания этих республик Великобританией.

На телефонной станции

Значительно выросла в XIX в. социальная мобильность и в среде тех, кто продолжал искать счастья на родине. Окончательная ликвидация сословных ограничений, расширение и укрепление круга буржуазно-демократических свобод, не очень быстрый, но стабильный подъём уровня жизни создавали благоприятные условия, при которых энергичные и предприимчивые люди могли принципиально изменить своё имущественное и социальное положение. Конечно, рабочему или крестьянину было гораздо сложнее попасть в верхи общества, чем тем, кому это практически гарантировалось родством или солидным капиталом.

Почему взрыв социальной мобильности произошёл в XIX в.? К каким изменениям в экономике и обществе он привёл?

Серьёзные политические и экономические изменения в жизни общества, произошедшие к началу XX в., не могли не отразиться и на сознании человека индустриальной эпохи. Он всё яснее стал понимать свою ответственность не только за собственную жизнь, но и за судьбы общества. Развитие транспорта и различных систем связи способствовало восприятию человеком мира как единого организма.

Этому же помогало и постоянное расширение и углубление потока информации. К началу XX в. широкие массы населения могли получать сведения об интересующих их событиях (например, о ходе Англо-бурской войны или о результатах президентских выборов в США) едва ли не одновременно с очевидцами этих событий. Владельцы газет торопились как можно быстрее, опережая конкурентов, донести все важные известия до своих читателей.

Статуя Свободы в Нью-Йорке. Дар Франции американскому народу. Скульптор Ф. Бартольди

Вместе с расширением кругозора у человека эпохи индустриальной цивилизации менялось и качество его сознания: оно становилось более гибким, более чутким к «чужим» точкам зрения, позициям, теориям, о которых примерно до середины XIX в. знал лишь весьма узкий круг лиц. Прежнее безразличие значительной части общества к важнейшим явлениям жизни (политике, идеологии и пр.) создавало своего рода пропасть между основной массой населения и теми, от кого в той или иной степени зависели судьбы десятков, а порой и сотен миллионов людей. И это нередко позволяло властям государств действовать (а мыслителям – творить) вопреки интересам общества.

В течение XIX в. это положение последовательно изменялось. Государство шаг за шагом как бы передавало свои полномочия обществу, которое всё в большей мере становилось гражданским, т. е. способным к самостоятельной активности. Конечно, для этого были необходимы достаточно высокая зрелость и сознательность общества, его готовность взять на себя часть той ответственности, которая прежде лежала на государстве, на профессиональных политиках.

Разумеется, в каждой стране, в каждом обществе этот процесс развивался по-разному. Там, где демократические права и свободы появились и укрепились раньше, население быстрее реагировало на изменения в конкретной стране и в мире в целом. В тех же государствах, где права и свободы народа ограничивались либо им не уделялось должного внимания, возникал раскол между властью и значительной частью общества. Уровень общественного сознания в таких странах, как правило, был недостаточно развитым, оно нередко подвергалось воздействию примитивной радикальной пропаганды.

В каких странах в XIX– начале XX в. сложились наиболее благоприятные условия для возникновения зрелого гражданского общества? С чем это было связано?

Духовный мир человека в условиях индустриальной цивилизации в течение XIX в. стал неизмеримо богаче. Изменения в сознании людей, о которых мы только что говорили, вызывали у них желание получать больше информации и активнее участвовать в жизни общества. Эти изменения привели и к тому, что всё больше людей стремилось приобщиться к новым философским и научным идеям, сопоставить их с собственными взглядами, которые становились более зрелыми и осмысленными. Этому способствовали реформы в области образования, проводившиеся во многих странах.

В то же время и сами идеи, теории и учения становились понятнее и доступнее людям. Современники были буквально потрясены работами английского естествоиспытателя Чарлза Дарвина (1809–1882): ведь из них следовало, что человек вовсе не был сотворен Богом по своему образу и подобию. Дарвин, о теории которого продолжают спорить и в наши дни, утверждал, что человек был создан силами природы и произошёл от высокоразвитого животного – обезьяны. Конечно, многие современники приняли новую теорию в штыки: кому же захочется признать мохнатое сгорбленное существо своим «родственником»!

Чарлз Дарвин

Ещё большее неприятие вызвали труды Зигмунда Фрейда (1856–1939). Этот австрийский врач-психиатр создал теорию психоанализа, позволяющую заглянуть в самые потаённые уголки человеческой души. К возмущению многих, Фрейд увидел там примитивные страсти, вновь напомнившие о родстве человека с животным миром. Основываясь на многочисленных опытах, Фрейд показал, что в глубине человеческого разума скрыто подсознание – «кипящий котёл инстинктов», – которое подчиняется только стремлению к бесхитростным удовольствиям. И поэтому в сознании человека идёт постоянная борьба между разумным началом и животными инстинктами.