Чтение онлайн

6. Суровое обращение римского сената с послами Персея.

...По выслушании своих уполномоченных 21, которые явились из Азии с известиями о делах Родоса и прочих городов, римляне вызвали в сенат посольство Персея. Солон и Гиппий пытались было сказать кое-что о положении дел вообще и оправдаться перед сенатом, но главная забота их была направлена к тому, чтобы защитить Персея от обвинения в посягательстве на жизнь Эвмена. Однако как только послы кончили защитительную речь, сенаторы отдали приказ им и всем прочим македонянам 22, какие только находились тогда в Риме, покинуть город немедленно, а Италию в течение тридцати дней: у римлян давно уже решено было воевать. Вслед за сим сенаторы обратились к консулам 23с настоятельным требованием воспользоваться 24благоприятным моментом и не откладывать ( там же).

7 25 . Решимость родосцев держать сторону Рима против Персея.

...Гай 5* стоял еще с флотом подле Кефаллении, когда послал родосцам письмо с просьбою о доставке судов, самое письмо вручив банщику 26Сократу. Письмо было получено на Родосе во второй половине года в пританию Стратокла, и во время обсуждения его в собрании Агафагет, Родофон, Астимед и многие другие предлагали отправить корабли тотчас и ни под каким видом не уклоняться от участия в войне с самого же начала. Напротив, партия Динона и Полиарата, уже и раньше не разделявшая дружественного настроения к римлянам, прикрылась теперь именем Эвмена 27и начала внушать народу превратные мысли. Дело в том, что с давнего еще времени, именно со времени войны с Фарнаком, родосцы питали против Эвмена подозрение и неприязнь, ибо царь с целью заградить доступ судам в Понте поставил свой флот на якорь у входа в Геллеспонт, а родосцы оказали противодействие и тем разрушили его план; потом, незадолго до описываемых событий, неприязнь эта была подогрета ликейскими смутами из-за нескольких укреплений и земель, лежавших на границе Переи, владений родосцев, и непрестанно терпевших разорение от подданных Эвмена. Вот почему родосцы охотно выслушивали все, что говорилось против этого царя. Пользуясь таким настроением их, Динон и его единомышленники стали глумиться над письмом, утверждая, что оно не от римлян, а от Эвмена, что Эвмен желает накликать на их народ каким бы то ни было способом войну и тем причинить ему лишние расходы и тягости. В подтверждение своих слов Динон и Полиарат указывали на то, что письмо доставлено банщиком, человеком весьма низкого звания 28, а это несогласно с правилами римлян, которые для подобных поручений назначают людей выдающегося положения и со старательным выбором. Когда они утверждали это, то прекрасно знали, что письмо написано Лукрецием; но они желали только настроить свой народ так, чтобы он не шел навстречу всяким требованиям римлян, наоборот, при всех случаях создавал бы затруднения 29и тем подавал им повод к досаде и недовольству. Целью их было расторгнуть дружбу народа с римлянами и по мере возможности втянуть родосцев в союз с Персеем. Названные родосцы ревновали об этом деле, потому что Полиарат, слишком хвастливый и тщеславный человек, обременил свое имущество долгами, а Динон, алчный и бесстыжий, всегда имел охоту наживаться от милостей владык и царей. После Полиарата и Динона поднялся с места притан Стратокл и многочисленными доводами против Персея и в пользу римлян убедил большинство собрания утвердить определение об отправке кораблей римлянам. Тотчас велено было оснастить шесть четырехпалубных судов, из которых пять под начальством Тимагора посланы к Халкиде, а шестое, на котором находился сам начальник Тимагор, к Тенеду. В Тенеде Тимагор настиг Диофана, отправленного Персеем к Антиоху, и хотя самого его не захватил, но овладел его судном. Лукреций ласково принял всех союзников, явившихся к нему с кораблями, но отклонил их услуги, объяснив, что флот его пока не нуждается в подкреплении союзников ( О посольствах).

8....Когда после победы 30македонян собрался совет у Персея, кое-кто из друзей внушал царю мысль о необходимости отправить посольство к римскому консулу с предложением уплатить римлянам ту же дань, какую раньше обязался заплатить отец его после поражения 31, и очистить те же местности. Если римляне примут эти условия, говорили советники, то исход войны будет почетным для царя, после того, как он остался победителем в открытом сражении, и римляне, научившись на опыте ценить мужество македонян, будут впредь осмотрительнее предъявлять македонянам несправедливые или тягостные требования. Если же римляне, досадуя на поражение, не согласятся на мир, то божество покарает их праведным гневом своим, а ему умеренность доставит пособников в богах и людях.

Попытки Персея кончить войну миром. Согласие римлян на мир под условием полной капитуляции Персея. Война возобновляется.

Большинство 32друзей разделяло это мнение; к нему присоединился и Персей; посему тотчас отправлены были послами к римлянам Пантавх, сын Балавха, и Мидон, уроженец Берои 33. Как скоро послы прибыли к Лицинию 6*, консул созвал военный совет, и когда послы объяснили возложенное на них поручение, римляне отпустили их и стали совещаться между собою. Единогласно было решено дать ответ возможно более суровый. У римлян искони в силе своеобразное обыкновение: показывать высшую степень гордости и упорства в несчастии и величайшую умеренность в счастии 34, и всякий признает такой образ действий правильным; но позволительно сомневаться только, всегда ли он применим. Во всяком случае, на сей раз дан был римлянами ответ именно такого рода: они требовали, чтобы Персей покорился сам и предоставил бы сенату полную власть устроить Македонию по своему разумению 35. Ответ этот Пантавх и Мидон по возвращении к Персею доложили царю и друзьям его. Некоторые из друзей, пораженные 36надменностью ответа, в гневе советовали Персею не прибегать больше к посольствам и прекратить дальнейшие переговоры с римлянами. Однако не так думал Персей, и много раз еще обращался к Лицинию через послов с предложением все большей и большей суммы денег. Ничего он этим не достиг и только подвергался укоризнам большинства друзей за то, что, будучи победителем, поступает как противник слабейший и окончательно побежденный. Персей вынужден был кончить переговоры и снова перенес свою стоянку к Сикирию 37. В таком положении были эти дела ( О посольствах).

9. Сочувствие эллинских народов Персею.

...Когда по Элладе разнеслась весть о победе македонской конницы над римскою 38, сочувствие народов Персею, до того времени большею частью скрываемое, прорвалось наружу ярким пламенем. Мне кажется, впрочем, что это сочувствие было особенное какое-то 39, похожее на то, которое наблюдается на состязательных играх, именно: когда в состязаниях с борцом знаменитым и слывущим за неодолимого схватывается безвестный и гораздо более слабый противник, то вначале толпа зрителей обращает свое участие на слабейшего, поощряя его восклицаниями и поддерживая восторгами. Если он тронет себя за лицо или иначе как-нибудь даст понять, что получил удар, тотчас все присутствующие разом приходят в волнение и тогда не прочь даже поглумиться над противником, не из вражды к нему или презрения, но из сочувствия, охватившего их внезапно, свойственного нам по природе, и из расположения к слабейшему. Но пускай кто-либо вовремя образумит толпу — настроение ее быстро изменится, и она тотчас поймет свое заблуждение.

История с Клитомахом и Аристоником.

Так, говорят, поступил Клитомах 40. Когда он прослыл за неодолимого борца и молва о нем разошлась во всей земле, царь Птолемей, как рассказывают, возымел непременное желание подорвать его славу; с этою целью он занялся весьма старательно подготовкою кулачного бойца Аристоника, которого считали пригоднейшим для такого дела человеком, и отправил его в Элладу. Когда Аристоник, по прибытии в Элладу, вступил в состязание на олимпийских играх с Клитомахом, многие из присутствующих, как и следовало ожидать, не замедлили принять сторону Аристоника и обращались к нему с ободряющими восклицаниями, радуясь, что нашелся наконец человек, дерзающий померяться силою с Клитомахом. Когда во время борьбы Аристоник показал себя равносильным противником и даже нанес меткий удар Клитомаху, раздались рукоплескания, и толпа вне себя от восторга приветствовала и поощряла Аристоника. Рассказывают, что в этот момент Клитомах отошел в сторону, чтобы передохнуть немного, и, обернувшись к толпе, спросил: зачем она приветствует Аристоника и по мере сил своих старается обеспечить победу за ним? «Не потому ли, что они признают его, Клитомаха, поведение в состязании неправильным или, быть может, они не знают, что Клитомах борется теперь за честь эллинов, а Аристоник за славу Птолемея царя? Быть может, они предпочтут видеть египтянина торжествующим над эллинами, увенчанным в Олимпии, и не слышать, как провозглашен будет победителем в кулачном бою фиванец или беотиец?» Это обращение Клитомаха произвело такую перемену в присутствующих, что Аристоник был побежден не столько Клитомахом, сколько этим обратным настроением зрителей.

10. Почему эллинские народы сочувствовали Персею, а не римлянам?

Нечто подобное происходило в отношениях народов к Персею. Если бы кто-нибудь образумил эллинов смелым вопросом: неужели они желают предоставить такой перевес силы одному человеку и хотели бы вкусить господства самодержавного, вполне безответственного владыки, то, я уверен, они быстро одумались бы, заговорили бы другое 41и встали бы на противоположную сторону. Если б еще при этом напомнить им, хоть в немногих словах, те тягости, какие они претерпели от царственного дома македонян, и те блага, какие принесло им с собою римское владычество, то, я думаю, они тотчас глубоко раскаялись бы в своем поведении. Итак, удовольствие при известии о победе было на сей раз первым безотчетным движением народа, который радовался столь неожиданному появлению достойного противника римлян, кто бы он ни был. Я вынужден был остановиться на этом предмете, дабы кто-либо по незнанию человеческой природы и по легкомыслию не стал укорять эллинов за тогдашнее их поведение в неблагодарности ( Сокращение ватиканское).

11. Метательное оружие у македонян — кестр.

...Кестр 42. Это было новое изобретение в Персееву войну. Вот какова была стрела: в две ладони длиною, и трубка такой же длины, как наконечник. В трубку вставлено древко в одну пядь длиною и в палец толщиною; к древку в средней части его приделаны три совсем маленьких крылышка из дерева, стрела свободно лежала в желобке, между двумя частями пращи 43разной, конечно, длины. Когда оба ремня пращи при вращательном движении бывали натянуты, стрела держалась на месте; но при метании, когда один из ремней выпускался из рук, стрела падала из желобка, летела из пращи как свинцовая гиря и сильным ударом 44причиняла тяжкие поранения настигаемым людям ( Свида).

12. Характер Котиса, царя одрисов.

...Котис 45был выдающийся человек как по наружному виду, так и по способностям к военному делу; к тому же характером своим он менее всего походил на фракийца: так был он воздержан, отличался мягкостью нрава и благородной серьезностью 46( Свида, О добродетелях и пороках).

13. Бережливость Птолемея, военного правителя Кипра.

...Птолемей 47, военачальник на Кипре, человек рассудительный и ловкий, был совсем не египтянин по характеру. Управление островом он получил еще в малолетство царя и старательно занялся накоплением денег, но при этом не производил из казны решительно никому никаких выдач, хотя царские казнохранители 48и обращались к нему с требованиями о деньгах и жестоко укоряли его за упорство. Только когда царь достиг совершеннолетия, кипрский военачальник отправил ему большие суммы, собранные раньше. Тогда и сам Птолемей 7*, и его придворные похвалили военачальника за обнаруженные раньше бережливость и упорство ( Свида, О добродетелях и пороках).

14. Посольство Персея на Родосе. Нерешительность родосцев.

...Когда Персей освободился от войны с римлянами 49, и от него прибыл на Родос Антенор для выкупа из плена Диофана и его команды, власти родосцев были в большом затруднении, не зная, как поступить. Дело в том, что Филофронту, Теэтету и их сторонникам вовсе не хотелось входить в сношения с Персеем; Динон и Полиарат, напротив, желали этого. В конце концов родосцы вошли в соглашение с Персеем относительно выкупа пленных ( О посольствах) 50.

15. Отпадение Эпира от римлян. Хароп, Кефал, Антиной.

...Из Эпира явился 8* Кефал 51. Он и раньше состоял в дружеских отношениях к царскому дому македонян, а теперь принять сторону Персея вынудили его обстоятельства. Поводом к тому послужило следующее: жил в Эпире Хароп 52, человек вообще хороший и друг римлян, тот самый, благодаря коему Филипп был вытеснен из Эпира, хотя и занял было тамошние теснины, а Тит приобрел власть над Эпиром и македонянами. Он имел сына Махата, у которого был сын, тоже Хароп. Этого-то Харопа, который, когда отец умер, едва вышел из детского возраста 53, дед послал в Рим для обучения латинскому языку и словесности. Некоторое время спустя юноша возвратился домой, оставив в Риме многочисленные знакомства. Хароп-старший умер, а юноша, спесивый по характеру и преисполненный порочных наклонностей, вел себя надменно и затевал ссоры с именитыми гражданами. Сначала на это не обращалось никакого внимания, и граждане, которые были старше его возрастом и более влиятельны, каковы Антиной и Кефал, управляли общественными делами по собственному разумению. Но как только началась Персеева война, юноша стал клеветать римлянам на помянутых выше граждан, для чего пользовался старыми дружественными отношениями их к македонскому дому. В наше время он наблюдал за каждым шагом Кефала и Антиноя и, то убавляя что-нибудь, то прибавляя, всякое их слово и действие толковал в дурную сторону, так что в Риме наконец стали верить его клеветам. Между тем Кефал, вообще человек умный и рассудительный, держался в это время наилучшим образом: он начал с того, что вознес молитву богам 54, чтобы войны не было и чтобы распря до решительных действий не дошла; когда же война стала делом неизбежным, он решил выполнять все обязательства союзника, но не больше того, дабы не унижать себя пресмыкательством 55и не предлагать услуг, к коим не был обязан. Когда Хароп прилагал все старания к тому, чтобы оклеветать их и представить все, что происходило несогласного с желаниями римлян, делом злонамеренности Кефала и Антиноя, сии последние первое время оставляли клеветы без внимания, не сознавая за собою никаких деяний, неприязненных римлянам. Но когда после сражения двух конниц они увидели, что в Рим препровождены без всякой вины этолийцы Гипполох, Никандр, Лохаг 56, и что у римлян находят себе веру наговоры Ликиска и товарищей, которые в Этолии значили то же, что Хароп в Эпире, тогда Кефал и Антиной в тревоге за ожидающую их участь стали обдумывать, что делать. Наконец принято было решение испытать скорее все, чем быть без суда и следствия препровожденными в Рим по извету Харопа. Так-то Кефал и Антиной вынуждены были обстоятельствами против собственного желания стать на сторону Персея ( О добродетелях и пороках).