Чтение онлайн

– Меня ждут во дворце.

– Я могу проводить сестру, если мне одолжат рыцарский плащ.

Разумеется, плащ появился немедленно: Бекко ре Бейра был не последним человеком в ордене Оленя, хотя с разрешения Ее Иносенсии обычно носил светское платье. Мария была рада его обществу, Бекко был куда занятней маявшегося в приемной молодого Мишеля Кадр с его щенячьими глазами.

Ре Бейра в белом плаще, берете с пером авеструса и кохалонговом ожерелье на плечах был великолепен. Мария оперлась на поданную ей руку, и они вышли на улицу. Мириец развлекал благочестивую сестру разговорами об оргондской войне и ифранском дворе, благочестивая сестра улыбалась и задавала вопросы. На перекрестке улиц Святого Мишеля и Мясной Мария споткнулась, спутник ее подхватил и отпустил на мгновение позже, чем требовала учтивость. Бедный Бекко, он выходит от Анастазии и отправляется на поиски шлюхи. Ее Иносенсия как-то сказала, что прознатчик никогда не выбирает женщин, похожих на нее, и это - признак истинной любви.

Предстоятельница водит мирийца на поводке больше десяти лет и ни разу ему не уступила. Анастазия никого не любит и никогда не любила. Сестры уверены, что она - девственница. Раньше Мария считала также, но теперь ей кажется, что Предстоятельница вкусила запретных радостей.

– Сестра всегда так задумчива?
– поинтересовался Бекко, галантно придерживая спутницу под локоток.
– Мне кажется, дворец Анхеля не самое веселое место в мире.

Как же он был прав!

– Я бы сказала, самое невеселое, - подтвердила Маргарита Тагэре и почувствовала, как бедро рыцаря на мгновение прижалось к ее бедру. Следовало отстраниться и обдать наглеца зимним холодом, но Мария предпочла "не заметить".

– Скажи, каков твой дворец, и я скажу, что ты за король, - засмеялся мириец, - я слыхал, ваше новое величество скупее всех скупых и при этом требует, чтобы с ним носились, как с атэвским калифом. Бедная Арция!

Что он знает об Арции, этот южанин?! Это она каждый день видит на троне Волингов кошачье отродье. На своем троне!

– Вы правы, сигнор ре Бейра. Пьер Тартю уже не "Ваша Милость", а только и исключительно "Ваше Величество". Он - господин, остальные - слуги.

– Что ж, если не можешь быть первым среди равных, стань шишкой на ровном месте, - заключил Бекко.
– Тагэре мог себе позволить сидеть на подоконнике и перекусывать на ходу. Волк и в яме - волк, а крыса и в золотом ящике - крыса. Этот образчик бережливости и в самом деле ввел рацион для придворных?

– Да, и прескверный. Свита королевы получает к завтраку три рэны [Одна рэна - около полутора литров.] сидра.

– Никогда не поверю, что прелестные дамы пьют крестьянский напиток.

– В том-то и дело, - следовало рассмеяться, а она едва сдерживается от крика, - что не пьют. Теперь те, кто несет службу при дворе, посылают слуг в ближайшие трактиры, разумеется, за свой счет, а невыпитый сидр достается гвардейцам.

– Только не говорите, что охрану Тартю тоже не кормит. Не поверю.

– Охрану кормят, и хорошо. Король боится вашего соотечественника.

– Маркиза Гаэтано?
– уточнил мириец.
– Правильно делает, что боится. Я видел его глаза, когда он шел убивать Дафну, а ведь старуха всего-навсего наложила лапу на его сестру. Пьер ударом ножа не отделается.

– Я не знаю Кэрну, - Мария с тоской взглянула на дворцовые ворота, за которыми ее ждали Нора и ненависть, - но он не торопится со своей местью.

– Значит, у него есть дела поважнее. Готов поклясться, неистовый Рафаэль отыскал или Александра, или, что вероятнее, его детей, но он вернется. Байланте платят не только свои долги, но и долги друзей, а Кэрне придется расплачиваться за целую стаю.

Неужели маркиз Гаэтано в Гран-Гийо? Бред, она перемудрила в своем желании всех обойти. Мириец среди северян заметней, чем вороной конь на снежном поле. Бекко - лучший прознатчик Ее Иносенсии, он не ошибается. Кэрна где-то прячет детей Тагэре, но это не может длиться вечно. Он вернется и прикончит Тартю. Вот тогда-то она и откроет свою тайну. Жаль, маркиз Гаэтано ненавидит циалианок.

– Сигнора, мы пришли.

– Простите, я задумалась.

– О чем, если не секрет?

– О ваших земляках. Они ненавидят орден.

– Можно ненавидеть орден и делать исключение для некоторых сестер, Бекко крепко сжал локоть своей спутницы.
– Приходите после вечерней службы на улицу Цветочниц в трактир "Зеленая повозка" и скажите хозяину, что вас ждут.

– Вы с ума сошли!

– Не забудьте надеть плащ с капюшоном, - сильные пальцы разжались, вы придете, потому что вам скучно так же, как и мне.

Мария высвободила руку и гордо вошла в ворота. Подмывало оглянуться, но она удержалась - мирийский прознатчик и принцесса Тагэре ночью в жалкой гостинице?! Смешно...

Бекко давно исчез в паутине городских улиц, и сестре-наперснице стало не до него. Она выслушала очередные причитания Норы, подержала руку на ее животе, с трудом сдерживая тошноту, побеседовала с Его Величеством о здоровье Ее Величества и Ее Иносенсии, полюбовалась на безгубую рожу маршала Рогге и лиловые шелка его супруги. Крысы даже в золотом ящике крысы, Бекко прав. Это ее дворец, ее корона, ее королевство, но всем завладели крысы. Ничего, на каждую крысу найдется кошка! Кэрна убил Дафну, а она была сильной колдуньей, одной из сильнейших в ордене. На байланте защитная магия не действует. Он доберется и до Тартю, и до Рогге, и до уцелевших Вилльо, а пока нужно сцепить зубы и ждать.

Вечером Мария набросила плотный плащ и отправилась на улицу Цветочниц. Она прекрасно знала, что произойдет, но клин вышибают клином. Странно, что Хозе и Бекко - земляки, хотя Бекко и постарше. Мирия - маленькая страна, возможно, они даже из одного города, но ре Бейра - нобиль, а Хозе авантюрист. Авантюрист и наглец, воспользовавшийся ее глупостью. Любопытно, почему он так ненавидит циалианок, хотя кто их любит? Люди всегда ненавидят сильных, она согласна на ненависть в обмен на силу и власть, но власть мирскую. Маргарита Тагэре должна взойти на трон предков, цель поставлена, а средство она отыщет.

Проще всего признаться во всем Анастазии, но расстаться со своей тайной означает из игрока превратиться в игрушку, в племенную кобылу, как Элеонора Вилльо. Если терпеть такого слизняка, как Пьер, так лишь для того, чтоб, родив наследника, пойти по стопам Иволги, но Нора способна только хныкать и расставлять ноги. Маргариту аж передернуло - после ландейского приключения отвращение сестры-наперсницы к Тартю стало чуть ли не осязаемым, но она дождется, пока мириец расплатится с долгами.

Улица Цветочниц оказалась совсем небольшой. Харчевню Мария увидела сразу - пузатый, гостеприимный дом за низким забором; перед домом цветничок, посредине которого торчит выкрашенная в зеленый цвет телега. Молодая женщина воровато оглянулась и вошла. В общем зале сидело несколько мещан, а у стойки протирал кружки пожилой человек в зеленом фартуке и зеленых же нарукавниках. Мария сказала, что ее ждут, и хозяин равнодушно приоткрыл маленькую дверь за стойкой. Девушка поднялась по узкой скрипучей лестнице. Бекко услышал и распахнул дверь.

Принцесса рода Тагэре шагнула в низкую опрятную комнату с широкой кроватью и придвинутым к ней столиком, на котором стояло вино. Ре Бейра без лишних слов снял с нее плащ, рывком поднял гостью на руки и бросил на постель лицом вниз. Мария попробовала перевернуться, ей не позволили. Бекко был сильным, умелым и прекрасно знал, чего хочет. Второй раз он взял ее обнаженной, заставив долго и медленно раздеваться, а в третий раз вынудил его просить, и она бесстыдно умоляла, забыв обо всем, даже о том, чьей дочерью была.