Чтение онлайн

— Если бы ты не игнорировал меня три дня, то узнал бы другим образом, — усмехнулась я.

— Я не игнорировал, Эли, я был занят! — повысил голос тёмный.

Вот так, да? Занят он был!

Ха! Знаю я, чем — а точнее кем! — ты был… занят, Хаартгард! Морт рассказал практически в подробностях! Гр-р-р!

— Ваша Светлость!

— Уже нет! — раздражённо рявкнула я в ответ на привычное нежно-восторженное хоровое придыхание, раздавшееся у меня за спиной, и, закатив глаза, резко развернулась к фрейлинам Ариэль.

И только после этого осознала, что именно сейчас сделала.

Кошма-а-ар! Боюсь даже представить себе реакцию Шэйтара…

— Ой! Маркиза Оуэл, рады видеть Вас в добром здравии, — так же хором пропели тройняшки-эльфийки, склонившиеся передо мной в глубоком реверансе.

Эх, чему быть, того не миновать…

— Вольно, леди Мэйс, — тяжело вздохнув, махнула рукой. — Раз я не вижу Ари, значит, вы прибыли в Фэйтгард по мою душу?

Сестрички заулыбались и, радостно кивая, обступили меня с трёх сторон.

В руках Олинн появились три свитка с королевскими печатями Хоурнэля. Гаэль достала журнальчик, в котором при дворе дедули Айлана фиксируются пари, а Кейрана продемонстрировала мне магическую сейф-шкатулку, с тремя многократно уменьшенными стопками писем, лежащими на её крышке.

— С чего желаете начать, миледи? — невинно захлопали ресничками тройняшки.

Ни с чего!

— Предлагаю сначала где-нибудь уединиться, — улыбнулась я… и незаметно активировала портал в родовом перстне Дзэркханов.

Подо мной полыхнула ярким светом и так и осталась мерцать пентаграмма удержания от перемещений в пространстве.

Эльфийки пакостно захихикали, демонстрируя многочисленные артефакты.

— В этот раз хорошо подготовились, — обречённо признала я. — Давайте принесу клятву, что дослушаю ваши сообщения до конца, и мы поговорим в другом месте?

Моё предложение проигнорировали.

— С чего Вы желаете начать, миледи? — вновь спросила у меня старшая леди Мэйс, перебирая пальцами свитки.

Ну уж точно не с них! Повелитель Айлан наверняка уже в курсе истории с поддельной Шэримой Феррен. Вот и подослал ко мне фрейлин Ариэль. С официальным, подкреплённым королевской магией, наказанием. Ужас!

— С пари, — выбрала меньшее из зол.

Гаэль открыла журнал.

— На данный момент завершены и не оглашены одной из сторон результаты двух магических споров, — торжественно произнесла эльфийка. — Пари номер двадцать семь тысяч восемьсот сорок пять. Её Высочество поставила свою летнюю резиденцию на Дивных островах на то, что в отборе герцога Хаартгарда победит леди Шэрима Феррен. Вы поставили священную диадему с голубыми бриллиантами династии Линдов на победу леди Далии Хардгрэйв. Так как обе стороны проиграли спор, принцесса Ариэль предложила обмен. Вы согласны, маркиза Оуэл?

Меньшее из зол, да? Ну-ну!

— Согласна, — ответила я, спиной ощущая взгляд Шэра.

— Пари номер двадцать семь тысяч восемьсот шесть. Ограничение по сроку действия — сегодняшний полдень. Её Высочество поставила условие, что проигравшая сторона будет открывать новый светский сезон в первый день осени в платье из «живого» золота, а также станет распорядителем всех балов во дворце на последующие два года. Вы поставили условие, что проигравшая сторона наденет на Зимний бал-маскарад костюм длинношёрстного кучерявого долгопята и станцует первый танец с Калиндором IV. Причина спора: принцесса высказала предположение, что Вы «лишитесь свободы» и будете «обраслечены» до конца лета. По результатам пари, обе стороны считаются проигравшими и должны выполнить условия друг друга, — леди Мэйс протянула мне журнал. Я приложила палец к раскрытой странице и ощутила лёгкую волну магии. Чёрный цвет чернил сменился бордовым и под номерами пари проявилось слово «завершено».

— Кто следующий? — сверкая от нетерпения глазами, уточнила младшая из сестёр.

— Хорошо, Кейрана, Вы. Только кратко и без подробностей! — прищурившись, смерила фрейлину предостерегающим взглядом.

Романтичная натура печально вздохнула, но, быстро осознав, что я не передумаю, заговорила деловым тоном:

— Поскольку Вы, миледи Оуэл, отказались — и запретили другим! — разглашать номер Вашего личного канала связи, то подарки и письма во время Вашего отсутствия — как и всегда — приходили во дворец на Ваше имя, — произнесла эльфийка и мечтательно улыбнулась.

Эх, и когда Кейрана начнёт их просто сжигать? Вот зачем ей читать эти стихотворные и прозаические бредни?

Кашлем вернула красавицу в реальный мир.

— Вы получили девяносто четыре признания в любви с предложением развития дальнейших отношений…

— Сколько? — ошарашенно переспросила я.

— Девяносто четыре, — довольно повторила леди.

— Меня не было два с половиной месяца. Они там совсем с ума посходили?

— Тоскуют по Вас. Глаз не смыкают от беспокойства. Ночей не спят, в ожидании новой встре…

— Всё-всё, я поняла, — перебила единственную читательницу адресованных мне любовных писем. — Это всё? Мы можем переходить к наказанию?

— Нет конечно! — возмутилась Кейрана. — Ещё Вам поступило тринадцать предложений о помолвке, восемь из которых повторно, и шестнадцать предложений о замужестве, два из которых повторно.

Видать, совсем без меня в Хоурнэле скучно… А я так надеялась, что с глаз долой — из сердца вон!

— Также пришла эпиграмма от Антуана Рэви. Лорд вновь сетовал, что Вы к нему холодны, и потому он разочаровался в вашей любви и нашёл новую музу. Просит вернуть цветы, что он Вам подарил на седьмую годовщину отношений, — фрейлина вопросительно посмотрела на меня.

Когда же Ант уже окончательно разочаруется? Какой это уже «разрыв» за восемь лет? Десятый? Двенадцатый?

Вот и почему нельзя просто дружить?

— Хм, и что он дарил? — задумчиво протянула я.

— Букет из сто одной чёрно-фиолетовой лилии редчайшего магического сорта «Вечная страсть».

— Это те неубиваемые вредители со светящимися сердцевинами и сладковатым ароматом-афродизиаком, что мы с Илайном опрометчиво посадили в дальнем углу новой оранжереи? Которые заполонили её всю, как сорняки, и чуть не загубили десятки по-настоящему редких и ценных сортов?

Леди кивнула.

— Так вот, кто дар-р-ритель… Разумеется, верните ему цветы, леди Кейрана! Пусть Лан все эти растения до единого у нас выкорчует, отправит порталом и лично посадит вокруг особняка Рэви! Рядом с его гордостью — стеной ползучего пурпурного винограда — и под каждым окном!

Чтобы все местные перевозбуждённые животинки ночи напролёт устраивали скульптору «концерты»! И днём Анту было чем заняться, вместо написания мне бесконечных посланий! Спасение пурпурного любимца — отличное занятие! А ещё благородное и творческое. Учитывая неубиваемость «Вечной страсти».