Чтение онлайн

И, откозыряв, милиция продолжила патрулирование деревни.

Вскоре милиционеры увидели мужчину, шедшего в сторону общежития, в котором жили университетские. Мужчина просто шел по улице – это было подозрительно. Милиция подошла к нему и сказала:

– Гражданин, документы предъявите!

– У меня нет документов, – честно ответил мужчина.

– А где они?

– Вообще нет, – признался мужчина.

– Вы не член партии? – на всякий случай спросила милиция.

– Нет, я беспартийный, – глуховатым голосом ответил мужчина.

– А почему это у вас нет документов? – заинтересовалась милиция.

– В район отправили, в архив, – мужчина ничего не скрывал.

– Странно, – сказала милиция, – где живете?

– Нигде, днем сплю в сарае под крышей.

– Документов нет, и спите в сарае под крышей? – переспросила милиция.

– Да,

– Еще один поэт, – высказалась милиция оценивающе.

– Нет, – сказал мужчина, – я не поэт.

– Не поэт? – уточнила милиция.

– А вы кого ищите?

– Кого надо, того и ищем. Выпивши, гражданин?

– Нет, в том смысле, что вы думаете, – ответил мужчина.

– Проверим, а ну дыхните.

– Не надо этого делать, – предупредил мужчина.

– Почему? – удивилась милиция.

– Вам же хуже будет.

– А… вот как мы заговорили. Пугаешь? Может, ты тоже вампир?

– Может, – согласился мужчина.

– Какие вы тут веселые все, – милиция окончательно потеряла терпение.

– Я не веселый, – сказал мужчина.

– Вампир, бля… – сказала милиция. –Тебя, как человека, спрашивают..

На улице показалась женщина. Она узнала мужчину и пошла прямо к нему. Милицию ее появление очень заинтересовало.

– Гражданка, ваши документы.

– Какие документы вы хотите видеть? – спросила женщина.

– Паспорт покажите, – сказала милиция.

– А что у нас на хуторе Усьман особый режим? – удивилась женщина. – Мы приграничная зона? Или у нас тут закрытый академгородок? Какой паспорт, товарищи? Я свой паспорт дома оставила – в Ростове-на-Дону, обязанности иметь его при себе у меня нет.

– Какая вы деловая, гражданка, –обиделась милиция. – Такие вы тут все деловые! Одному вампиру накостыляли, а тут другой выискался, а вы кто? Ведьма?

– Нет, я преподаватель университета, – сказала женщина.

– Это вас парторг прислал? – спросил Фролов, ибо это, разумеется, был он.

– Не твоего ума дело, – ответила милиция. – Вот арестуем на трое суток, тогда ты по-другому запоешь.

– Это парторг вас прислал, – повторил Фролов.

– Давай просто убежим, – повернулась к нему женщина.

– Я вам убегу, – пригрозила милиция.

– Сейчас ночь, меня нельзя трогать – сказал Фролов.

– Смотри, – сказала милиция, – этот тоже палки хочет.

И замахнулась милицейской палкой. Мужчина отреагировал довольно неожиданно. Милиционера, который на него замахнулся, он взял рукой за горло, слегка приподнял над землей и поставил. Второй милиционер попятился, споткнулся и упал. Фролов схватил его за щиколотку и поднял за ногу кверху довольно высоко. Милиционер висел вниз головой, фуражка, естественно, упала на землю и покатилась. Женщина невольно отметила про себя, какие у него стоптанные каблуки на туфлях.

– На меня ночью не надо замахиваться, – сказал Фролов.

Он схватил первого милиционера как-то под мышку, так что тот тоже бессильно повис на его руке. И потащил обоих с дороги в темноту, туда, где был между домами проход к огородам. Женщина пошла следом.

При слабом свете молодой луны под помидорным кустом лежали милиционеры. Перед ними на коленях стоял Фролов, лицо его было обращено вверх, и было видно, как оно менялось. Kожу что-то тянуло к затылку, зубы открылись полностью, а глаза стали узкими, почти утонули в складках кожи.

Иевлева поразилась тому, до какой степени спокойно она воспринимает то, что видит. Превращение Фролова ее не пугали, она прекрасно понимала, что сейчас будет, и даже характерной для женщины брезгливости не испытывала, а судьба милиционеров поразительно мало ее трогала.

Сами же они лежали тихо, и лица обоих обессмыслил ужас. Вампир поднял лицо или, вернее, маску, в которую оно превратилось, к небу и издал какой-то звук, что-то между стоном и свистом.

Вдруг задняя дверь дома открылась, оттуда вышел мужик, он грузно сошел с крыльца, закурил сигарету, подошел к краю огорода, вставил сигарету в рот, расстегнул штаны и стал громко и обильно мочиться. Помочившись, он всё проделал в обратном порядке, то есть застегнул штаны, взял изо рта сигарету и пошел обратно к крыльцу. Взошел на него, бросил погасшую сигарету в банку, которая стояла на столе, открыл дверь, вошел, и дверь за ним закрылась.

Его появление вернуло Иевлеву в мир людей из мира ночных существ. Она подошла к Фролову, стала рядом с ним на колени, и заглянув прямо в его ужасную маску сказала ему тихо:

– Отпусти их!

Маска смотрела на нее жутким звериным оскалом, она не отводила глаз, и тогда лицо Фролова медленно стало разглаживаться, пока не приняло обычный вид. Он смотрел на нее какое-то время. Смотрел ей в глаза, ничего не говоря. Потом также молча встал, повернулся и пошел, но не в сторону улицы, а в темноту. Она тоже встала и пошла за ним. Он остановился, подождал ее и взял за руку.

Утром парторг сидел в своем кабинете ни жив ни мертв, потому что он видел милиционеров, патрулировавших ночью улицу. Они утверждали, что с ними ничего такого не случилось, но у одного из них волосы сильно поседели, а у второго отнимались ноги. Им описали Иевлеву, и они подтвердили, что видели ее ночью, скорее всего это была она. Утром же ее не оказалось в общежитии, и куда она делась, никто не знал. В город, не предупредив, она бы не уехала. Значит, она где-то здесь – а где? А раз милиционеры, судя по их состоянию, встретились с Фроловым и видели ее, то, скорее всего, она и Фролов были вместе. Ну и где она теперь?

«Что мы имеем: пропавшая Иевлева, два ставших неврастениками мента, и письмо в райком с предложением пригласить попа. Думай, парторг, – говорил он себе, – думай!»

С тяжелым сердцем он стал звонить в райком. В райкоме его соединили с первым, и первый участливо спросил:

– Что, плохо? Замучил вампир совсем?

Парторг доложил ситуацию: два мента в отключке, женщина пропала. А так всё тихо-спокойно.

– Видишь, – сказал первый, – а ты хотел детей из лагеря возвращать. Прочитал я твоё письмо. Зачем тебе поп? Ты сам рясу надень, кадило зажги и ходи по деревне.