Чтение онлайн

— О-о-о! — в восторге качал головой Тикса, глядя на растерзанные останки нежити, и тут же вновь округлил глаза, когда бегущий впереди сородичей сгарх нагнал одного из шурдов, мощным ударом когтистой лапы на бегу вмял его в землю и, не останавливаясь, помчался дальше, пятная снег шурдской кровью. — О-о-о!

— Хватит стонать! — буркнул я, не сводя глаз с удаляющихся зверей.

— Ладно, — согласился коротышка, но тут другой уже зверь одним небрежным движением лапы буквально разорвал верещащему от ужаса шурду шею, и, провожая катящуюся по снегу оторванную голову, Тикса вновь издал тот же звук: — О-о-о! Лени! Иди сюда! Голова, голова по снег кувыркаться! О-о-о!

Рыжий никак не ответил на призыв, и я встревоженно обернулся. Лени все так же понуро сидел на бревне, рисуя стрелой непонятные узоры на снегу. Крепко же его ошарашило, когда церковь Создателя отказалась меня подпустить и более того — попыталась уничтожить.

«А ведь он крепко верующий, — мелькнуло у меня в голове, пока я смотрел на поникшую фигуру Лени. — Через каждое пятое слово Создателя поминает. А тут на тебе — любимый господин нечистью оказался».

— О-о… — опять начал было гном, но продолжил уже совсем другим, сильно потускневшим голосом: — У-у-у… мать твой…

Крутнув головой, я сразу понял причину его обеспокоенности — сгархи покончили с шурдами, порвав их на мелкие куски, и сейчас все так же быстро направлялись прямиком к нам.

— Бежать? — осведомился гном, но я устало головой в отрицании:

— От них не убежишь. Так же безнадежно, как пытаться убежать от рыбы в воде.

— Тогда сражаться! — кивнул Тикса, тяжело поводя плечами и шмыгая носом.

— Даже не думай, — рыкнул я и, очнувшись от созерцания бегущих к нам хищников, громко распорядился: — Оружием махать не вздумайте! Шрам, Мрачный — вас это особенно касается! Сгархов не трогать! Приказ понятен?

Ниргалы грохнули сжатыми кулаками о грудь, гном кивнул, а Лени ничего не ответил, но уронил зажатую в пальцах стрелу в снег.

— Лени! — окрикнул я его, дождался, пока рыжий не поднимет на меня потухший взгляд, и мягко произнес. — Это я, Лени, твой господин! Я не причиню вреда ни тебе, ни остальным своим людям!

— И гномам! — ревниво встрял Тикса.

— И гномам, — согласился я, не сводя взгляда с Лени. — Ты меня слышишь, Лени? Может, я уже всего лишь кусок промороженного мертвого мяса — что ж, значит, такая моя судьба! И если это так, то я просто уйду в Дикие Земли навсегда, но вам вреда не причиню! Ты меня понял, Рыжий?

— П-понял, господин, — с запинкой отозвался Лени, молвив свои первые слова с того момента, как меня отторгла церковь. — Горе-то какое…

— Да, неприятно. Но если нас сейчас порвут сгархи, то не хотелось бы уходить в мир иной без разговора с тобой. Ты со мной, Лени? Или сейчас ты не бросаешься на меня с молитвой изгнания зла на устах только потому, что тебя держит клятва крови?

— Я с вами, господин Корис! — звенящим голосом ответил Лени, вставая на ноги. — Я с вами! Вы мой господин! Но горе-то какое! Создатель Милосердный… и что отец Флатис скажет…

— С ним я сам разберусь, — пообещал я и переключил внимание на пятившегося назад гнома. — Тикса, ты куда?

Вместо ответа Тикса ткнул рукой мне за спину, не сводя застывшего взгляда с чего-то над моей головой. А ниргалы явственно напряглись, держа руки у рукоятей мечей. Мысленно выругав себя, я обернулся и уткнулся взглядом в огромную мохнатую грудь. Сгархи уже были здесь. Могучие звери передвигались столь неслышно, что я не заметил их приближения, увлеченный разговором с Лени. А один из сгархов стоял в полушаге от меня, заинтересованно обнюхивая вьющиеся в воздухе щупальца. Еще три зверя легли на снег в пяти шагах позади своего вожака.

— Не дергаться! — сдавленным голосом велел я, с трудом удерживая себя от шага назад и скользя глазами по толстенным лапам, мощной груди, залитой шурдской кровью шерсти и здоровенной морде с клыкастой пастью. Сгарх шумно выдохнул, и мое незащищенное лицо обдало дыханием зверя. Едва-едва теплым, практически неощутимым и совершенно не несущим с собой обжигающей боли… но очень влажным. Машинально тряхнув головой, чтобы стряхнуть с лица капельки слюны, я опустил взгляд и невольно дернулся, увидев, что на покрытой алыми пятнами крови передней лапе не хватает двух когтей.

— Ну здравствуй, старый знакомец, — усмехнувшись, произнес я, вскидывая голову и вглядываясь в непроницаемые, но явно умные глаза зверя.

«Я помню тебя… но ты стал другим…» — прошелестело у меня в голове, и в полной оторопи я едва не брякнулся задом на снег.

Морда сгарха нависла надо мной, с чудовищных клыков стекала вязкая слюна, но сейчас я мог думать только об одном: показалось или нет?

— Говорить! Зверюха говорить!

— Заткнись, Тикса! — сдавленным голосом велел ему Лени, произнеся эти слова почти нормальным голосом.

— Тихо, — прошипел я не оборачиваясь и, взглянув в глаза сгарха, добавил: — Да, я изменился. Спасибо, что убили шурдов. Вы помогли нам.

Чуть помедлив, словно пытался понять смысл моих слов, сгарх фыркнул и, лениво мотнув головой, сбросил с морды парочку моих любопытных щупалец.

«Они враги… приходят в наши норы, когда мы спим… когда в норах плачут еще слепые и беспомощные детеныши… когда мы не можем сражаться… мучают жарким огнем и зеленым светом, пока не станем слабыми… пока не покоримся и не примем их волю… меня тоже жгли… я покорился… ты видел…»

— Да, я видел тебя и помню, — произнес я, все еще в шоке от того, что сгархи разговаривают, вернее, передают свои мысли без помощи пасти. И не только мне — мои спутники, без сомнения, слышали каждое слово. Сгархи разумны. И владеют магией или каким-то крайне на нее похожим даром.

«Я благодарен… вы убили повелевающего мной, и я вспомнил… вспомнил себя… — вновь прошелестел бесплотный голос. — Почему вы здесь… почему не в своих норах?..» — У меня в голове возникла неожиданно четкая картинка: возвышающаяся посреди заснеженной холмистой равнины мрачная черная скала с отвесными стенами. Подкова. Наш дом.

— Мы идем туда, — ответил я. — Но идем медленно. Наши ноги не могут идти по снегу так быстро. И еще — нам пришлось убить двоих серых сгархов. Ваших сородичей. Мы защищали свою жизнь.

«Я видел запах… я понял… — откликнулся сгарх, медленно опускаясь в снег. — Лучше смерть, чем покориться… теперь они свободны… пусть и после смерти… садись… садитесь все… мы отнесем вас к вашим норам…»

— О-о-о! — протянул Тикса, снизу вверх глядя на подошедшего к нему исполинского зверя.

— Благодарю тебя, друг. Но нас пятеро, а вас всего четверо, — ответил я. — У нас есть серьезно раненные, надо их перевязать. И еще у нас лошадь — вон то животное, что стоит внизу.