Вторая трилогия
Шрифт:
В ленивом зевке показав весь набор своих более чем внушительных клыков, сгарх ответил:
«Я понесу двоих… тебя и детеныша… лошадь умрет… хорошая еда… раны залижете потом… здесь плохое место… я чую запах дыма… чую запах врагов… слишком много врагов… мы не сможем убить всех…»
— Ага, — в замешательстве кивнул я. — Кушайте на здоровье… и мы согласны. Спасибо.
— Я не детеныш! — возмущенно завопил Тикса, верно поняв, к кому именно относились слова сгарха. — И мои камень! Все камень взять надо!
— Да возьмем мы твои камни, — зло прошипел я. — И ты детеныш! А то пойдешь пешком! Шрам, Мрачный, Лени, садитесь на сгархов. Лени, не трясись ты так! Не съедят они тебя.
— А вдруг? — возразил рыжий, застыв на месте и с испугом косясь на заинтересованно обнюхивающего его сгарха. — Господин, может, лучше пешком?
— Садись на сгарха, — едва сдерживаясь, велел я, вручив свой меч Тиксе и в свою очередь схватив его в охапку.
— Рижий глюпый и трус! — не смог промолчать гном, болтаясь у меня в руках.
— Я не трус, — возмущенно возразил рыжий.
— Но я боюсь, — буркнул я. — Садись. Хотел бы он тебя сожрать — ты был бы уже мертв.
«Здесь много вкусной добычи… — не поднимая головы со снега, беззвучно сказал сгарх. — Мы сыты…»
— Вот видишь, — подхватил я. — Сгархи сыты. Так что лезь быстрее, пока они не проголодались!
К этому моменту я уже неуклюже сидел на холке зверя, посадив перед собой гнома. Сел по памяти — так, как сидели шурды-наездники на темных сгархах. Ниргалы последовали моему примеру, а еще через две минуты на лениво порыкивающего сгарха забрался Лени.
— Все, мы готовы, — сказал я, убедившись, что все мои спутники сидят на зверях. — Цепляйтесь за шерсть! Обеими руками! Шрам, держись изо всех сил! Надо убраться отсюда подальше, пока не подоспел следующий отряд шурдов.
Сгарх играючи поднялся на лапы, словно и не почувствовав тяжелой ноши. «Держитесь крепко… мы пойдем быстро… донесем вас до нор… потом охота».Отступление четвертое
ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ
Сгархи донесли нас до середины ущелья, ведущего к нашему поселению. Здесь я их остановил, предпочтя пройти оставшийся путь пешими. Мне и так будет нелегко убедить стражу, что я не кто иной, как их господин, если вообще удастся это сделать. Уж слишком я страшно выглядел, на взгляд обычных людей. Закованная в доспехи мрачная фигура, вьющийся за плечами рваный черный плащ и извивающиеся над головой ледяные щупальца… Я выглядел, словно выходец из замерзшего ада, но никак не барон Корис Ван Исер.
Спустившись на землю, я обернулся к морде сгарха и низко поклонился, благодаря за помощь. Тот путь, на который нам потребовалось бы как минимум полторы недели, а то и больше, сгархи потратили три дня. А если учесть, что эти могучие звери с белоснежной шерстью еще и защищали нас ото всех опасностей Диких Земель одним своим присутствием, их помощь была просто бесценной.
— Я и мои спутники благодарим вас от всего сердца, — повторил я свою благодарность вслух.
«Ты помог мне вспомнить себя… я помог тебе… — раздалось у меня в голове, а поднявшийся на лапы сгарх развернулся к выходу из ущелья. — Теперь охота… самки отяжелели… плохо охотятся сами… надо помочь…»
— Постой! — поспешно воскликнул я и, подчиняясь наитию, произнес: — Скоро зима закончится, и вы не сможете защитить себя и детенышей от шурдов. Если хотите — приходите сюда, к нам. Если я буду жив, то сделаю все, чтобы гоблины не смогли добраться к вам в норы, неся с собой обжигающий огонь и злую магию.
Развернувшись, сгарх навис надо мной, с шумом выдохнул из пасти воздух и склонил морду набок, словно обдумывал мои слова.
— Решать вам, — развел я руками. — Но если захотите этого — просто приходите к стене моего поселения, ты знаешь путь.
«Да… я знаю путь… когда солнце станет выше, а воздух теплее, я вспомню твои слова…»
— Хорошей охоты, — крикнул я уже вслед быстро удаляющимся по ущелью сгархам. Еще минута — и звери скрылись за изгибом ущелья. Лишь взметенный в воздух снег медленно оседал на землю. Для столь исполинских размеров сгархи двигались потрясающе быстро.
Проводив зверей взглядом, я поправил висящий за плечом меч и с невольным вздохом оглянулся по сторонам. Высоченные каменные стены поднимались высоко над головой. Настолько отвесные, что даже снег не смог удержаться на гранитных склонах. Лишь кое-где на карнизах и выдающихся из стены скалистых буграх виднелись снежные шапки. Мы в трех шагах от дома…
— Ну вот, Лени, а ты боялся, — невесело хмыкнул я, взглянув на потирающего отбитый зад рыжего. — Хоть твой господин и не понять что собой представляет, но ведь довел тебя до дома, не съел живьем по дороге.
— Что вы, господин! — возмущенно воскликнул Лени, блеснув единственным глазом. Пустая глазница была скрыта за плотной повязкой, придававшей рыжему несколько залихватский вид разбойника с большой дороги. — И в мыслях подобного не было, Создатель свидетель! Сперва страшно стало, когда закричали вы дико и от церкви поползли прочь. Я и подумал грешным делом — не господин это, перевертыш всамделишный. Подменил господина Кориса в одну из темных ночей и в его облик перекинулся! Но теперь вижу — вы это! Как есть вы!
— Да? — поразился я, оглядывая свое заключенное в доспех тело и скользящие по плечам щупальца. — Ну будем надеяться, что и остальные так же подумают. Хотя я бы не поверил… Вот что, Лени, надежда — это, конечно, дело хорошее, но надо бы все же проверить, я это или нет. Ударь меня мечом.
— А?! — поразился рыжий. — Что сделать, господин?
— Лени, тебе глаз вышибли, а не ухо оторвали! — начал я злиться. — Кому сказано — ударь меня мечом! Или топором. Что есть под рукой, тем и бей. По голове.