Чтение онлайн

Темнокудрый мальчик спустился с опушки и бодро зашагал вниз по тропе, ведущей к деревне. Изредка он перебрасывал на другое плечо увесистый мешок за спиной.

– Ты чей будешь? – удивился крепко сложенный мужчина лет сорока, косивший траву на лугу, мимо которого проходил Талэм.

– Свой. Собственный, - с достоинством отозвался подросток.

– Да я кому служишь спрашиваю! – хмыкнул мужчина, скептически оглядев мальчишку.

– А, это! – Талэм задумался. – Прежде в храме Эфсинии служил. Теперь, наверное, богу Грома.

– Неужто переметнулся? – от удивления мужчина даже перестал косить. – Разве в храмах разрешают такое?

Глаза мальчика недобро сверкнули.

– Мне не нужно ничье разрешение, - коротко отрезал он. – Далеко до ближайшего храма Грома?

– Дня два пути, если пешком, - порадовал незнакомец. – Только будет осторожен, в наших краях нынче разбойники лютуют. Дезертиры из воронья!

– Откуда ты знаешь, может, они из Речных земель? – не удержался Талэм, хотя во владениях речного герцога не стоило о таком спрашивать.

Усмехнувшись, косарь поправил веревочный пояс, перехватывавший мокрую от пота льняную рубаху.

– Все может статься, - согласился он. – Без разницы, кто перережет тебе глотку. Клинки у воронья и Речных Львов одинаково острые. А эти не посмотрят, на то, что ты мал. Прирежут, не задумываясь!

Талэм нахмурился. Должно быть, разбойники в этих землях уже отличились. Может, даже убили кого-то из деревни, где жил незнакомец.

– Ну, тогда я хотел бы их встретить! – хищно оскалился мальчик.

На миг косарю показалось, что вместо тщедушной фигурки послушника, он увидел кого-то другого. Высокого, с длинными седыми волосами и бородой, опирающегося на красиво изукрашенный резьбой посох, а вовсе не сучковатую палку, что держал в руках мальчишка. Крестьянин моргнул и таинственное видение исчезло. Перед ним стоял, переминаясь с ноги на ногу подросток.

– Могу покосить вместо тебя? – предложил Талэм.

– Платить не буду!
– отрезал мужчина. – Разве что миску супа получишь.

Талэм молча забрал из его рук косу. Принялся срезать траву сноровистыми движениями. С недоумением покосившись на великого жреца Азинора, надумавшего притвориться то ли послушником, то ли крестьянином, солнце окутало ласковыми лучами луг.

«Ты мог бы выжечь тут все дотла!» - словно нашептывали теплые лучи или то был стрекот насекомых.

«Да, с «дотла» у меня никогда не было проблем!» - сумрачно согласился Азинор про себя. – «Жаль только, никто так и не изобрел заклинания, чтобы косить траву!»

Добраться до города без приключений, Талэму не удалось. Как и предупреждал крестьянин, позволивший мальчику не только поужинать в его доме, но еще и заночевать, по пути к городу юный послушник наткнулся на разбойников. Трое мужчин преградили ему путь. Двое в иссиня-черных плащах, выдававших дезертиров-воронов, и один в темно-синем плаще с остатками золотого узора. Речной Лев.

– У меня нет ничего! – совершенно искренне сказал Талэм, с любопытством глядя на эту троицу.

Интересно, как получилось, что воины-отступники двух армии объединились? Хотя втроем грабить всяко сподручнее, чем вдвоем. А, по словам его нового знакомца в окрестностях орудует целая банда – человек десять.

Разбойники в ответ окинули мальчишку столь же придирчивыми взглядами.

– Накидка у тебя хорошая, - решил один. – Снимай.

– И сапоги! – добавил другой, тот, что со львом.

– Зачем вам мои сапоги понадобились?! – изумился Талэм. – Они ж не налезут!

– Продадим. Добротные, - пожал плечами третий разбойник.

Бывший послушник Эфсинии пригляделся к хмурым небритым лицам. Оставят ли они его в живых? Или планируют убить просто за то, что попался под руку?

«Это глаза зверей. Ребенок, тебе лучше не знать!» - ответил Азинор.

– Поторапливайся! – прорычал один.

Талэм взялся за мысок своего сапога. Как он пойдет босиком? Да еще без накидки? Замерзнет, так и не добравшись до города!

– Деньги тоже давай! – поторопил темноусый бородач из воронов. – И не ври, что ничего с собой нету.

– У меня есть, - оставив сапог в покое, расправил плечи Талэм. – Только вам не понравится, то, что у меня есть!

– Что же это? – заинтересовался бородач, явно бывший в троице главным.

– Молнии! – коротко ответил мальчик, позволив смертоносному чуду расцвести в своих руках.

«Направляй от себя!» - повторил Азинор напутствие, которое когда-то очень давно бог Грома дал своему юному ученику. – «Никогда не бойся собственной силы. Представь, что ты – река, а молнии – твоя часть. Позволь им плескаться в твоих ладонях волнами, а потом направь, куда пожелаешь!»

Молнии сорвались с рук Талэма и ударили в растерянных людей. О чем забыл упомянуть Азинор, так это о том, как выглядят люди убитые ворохом молний. Послушнику показалось, что собственные кишки сейчас выпрыгнут наружу через его рот. Склонившись над ближайшими кустами, он распрощался со своим завтраком, а затем, не оглядываясь на мертвых, торопливо зашагал дальше к городу.

«Всегда так?» - с грустью подумал Талэм.

«Обычно хуже!» - жизнерадостно заверил Азинор.

Храм Грома располагался на вершине горы рядом с городом. Высокий белоснежный с витыми колоннами и широким треугольным фронтоном. Талэм залюбовался им, невольно вспоминая строение весьма похожее, только куда крупнее, раза в три или даже четыре. Истинный Храм бога Грома, его обитель. Место, где он тренировал своих учеников.

– Как красиво! – прошептал мальчик, выросший в небольшом святилище Эфсинии, большая часть которого представляла собой пещеру и довольно скромные пристройки к ней.

Поднявшись на вершину горы, мальчик поприветствовал трудившихся на полях рядом с храмом послушников. На вопрос, куда он направляется, Талэм, не дрогнув, заверил, что к настоятелю храма. Взрослые послушники, старше его лет на пять, ответили изумленными взглядами. Дескать, о чем такой шмакодявке, вроде Талэма говорить с самим настоятелем?! Но мальчик твердо стоял на своем.

– Ни с кем, кроме настоятеля я объясняться не буду! – заявил Азинор и уселся на ступенях ведущих к храму.

Наиболее разумная его часть, она же голодная, требовала уступить. В храме ведь есть и другие жрецы, вполне способные его накормить, и даже пожалеть настолько, чтобы пустить внутрь переночевать вместе с послушниками. Но беспощадный Азинор и не думал прислушиваться к бурчанию в своем животе.