Чтение онлайн

— Моргион? — удивленно переспросил Палин.

— Да, Бог болезней, но об этом я расскажу позже. — Гном махнул рукой: — Продолжай.

— Во всяком случае, — заговорил маг, несколько смущенный, — Реоркс сделал Серую Драгоценность и поместил на Лунитари — красную, священную луну Богов Нейтралитета.

Слушатели засмеялись — приближалась их любимая часть.

— К этому времени гномы-механики изобрели и построили необычайное приспособление, которое должно было унести их к звездам. Для работоспособности этой конструкции недоставало лишь одной вещи, а именно источника движущей силы. Изучая ночное небо, гномы увидели Серую Драгоценность, сверкающую в сердце Лунитари, и поняли тотчас, что если им удастся завладеть силой хаоса, заключенной в Серой Драгоценности, то их изобретение заработает.

Гномы-слушатели закивали, обмениваясь мудрыми и важными взглядами.

Стурм зевнул.

Танин встал, перегнулся через борт к направляющим рельсам и принялся задумчиво блевать.

— Один очень одаренный гном-механик соорудил раздвижную лестницу, которая действительно работала. Он добрался по ней до луны и там особой сетью сумел поймать Серую Драгоценность, прежде чем Боги узнали о нем. Он потащил Драгоценность на Кринн, но тут она вырвалась и уплыла на запад, проходя над странами и оставляя за собой шлейф хаоса.

Хаос вошел в мир в форме магии.

Звери и другие твари подвергались изменению от пролетавшей мимо Драгоценности и становились удивительными или отвратительными — в зависимости от ее решения.

Гномы-механики отправились за Серой Драгоценностью через море, все еще надеясь снова поймать ее и заставить работать. Но изловил ее человек по имени Гаргат и запер у себя в замке при помощи неизвестных магических средств. Добравшись до замка, гномы увидели, как яркий свет Серой Драгоценности заливает местность вокруг. Они потребовали, чтобы Гаргат отдал артефакт.

Тот отказался.

Карлики пригрозили войной. — Среди моряков на палубе раздались радостные крики. — И Гаргат с радостью принял вызов. Он окружил замок высокой стеной, чтобы защитить себя и Драгоценность. Карлики не смогли придумать способа перебраться через стену и ушли, поклявшись, впрочем, вернуться...

— Точно! Именно так! — закричали слушатели.

— Месяц спустя к замку Гаргата подошла армия гномов-механиков с огромной паровой осадной машиной. Машина приблизилась к стене замка, но, немного не добравшись до нее, сломалась. Армия отступила с тяжелыми потерями.

Через два месяца они вернулись с еще более огромной паровой осадной машиной. Эта машина врезалась в первый механизм, вспыхнула и сгорела. Гномы отступили с еще большими потерями.

Через три месяца они снова были там с неописуемой по размерам паровой осадной машиной. Она подмяла под себя остатки первых двух и уже подкатывала к стене, когда механизм двигателя сломался. Машина с грохотом повалилась набок, проломив стену замка. Хотя произошло это и не совсем так, как хотелось, гномы-механики праздновали победу. — Раздалось еще больше радостных криков. — Но когда они ринулись в брешь в стене, из Драгоценности вырвался холодный серо-стальной луч, ослепляя каждого. Когда Лорд Гаргат снова мог видеть, то обнаружил, к своему удивлению, что гномы яростно дерутся между собой!

Тут же последовали хмурые взгляды и возгласы:

— Ложь! Ты неправильно рассказываешь!

— Половина гномов-механиков требовала, чтобы Серая Драгоценность была отдана им — для сокрытия в тайном месте, другая половина — им, чтобы распилить и посмотреть, как она работает. Пока обе группировки дрались, они незаметно изменялись...

Так родилась раса гномов, которые дробят камни, постоянно думая о богатстве, и кендеры, ведомые ненасытным любопытством бродить по миру. Во время общего беспорядка Серая Драгоценность ускользнула, и последний раз ее видели, когда она направлялась на запад, преследуемая полчищами гномов-механиков и Лордом Гаргатом. И это, — закончил Палин, немного запыхавшись,— история Серой Драгоценности... Конечно, если вы не спросите об этом кого-нибудь из гномов.

— Почему? Что говорят гномы? — спросил Танин, глядя на Дугана с кисловатой улыбкой.

Дуган тяжело вздохнул, внимательно изучая носки башмаков.

— Гномы всегда утверждали, что они — избранный Реорксом народ, сотворенный из любви, а гномы-механики и кендеры получились в результате неудачных проб и ошибок. — Отовсюду послышались возмущенные крики — гномы-механики явно сильно оскорбились, но Дуган быстро успокоил их, резко развернувшись и пригвоздив к месту взглядом. — Согласно преданиям гномов, Реоркс создал Серую Драгоценность им в подарок, а механики просто украли ее.

Раздалось еще более громкое шиканье, но тут же стихло.

— М-да... Мне кажется, — сказал Стурм, еще раз зевнув, — что настоящую историю знает только Реоркс.

— Не совсем так, парень, — произнес Дуган смущенно, — поскольку... понимаете... я знаю настоящую историю. Потому и отправился за артефактом.

— И которая из услышанных нами правильная? — поинтересовался Танин, подмигнув Палину.

— Ни одна, — ответил гном, еще сильнее смутившись. Голова его поникла, а руки принялись теребить золотые пуговицы насквозь мокрого и обвисшего бархатного камзола. — Вы... э... понимаете, — пробубнил он так, что слова было крайне трудно расслышать на фоне шума бьющихся волн и шлепающей по палубе рыбы, — Реоркс... мм... проиграл-серую-драгоценность-в-кости.

— Чего? — переспросил Палин, пригнувшись ближе.

— Он-ее-проиграл, — промямлил гном.

— Все равно ничего не понятно...

– ОН ПРОИГРАЛ ЭТУ ПРОКЛЯТУЮ ДРАГОЦЕННОСТЬ В КОСТИ! — заорал во всю мощь легких Дуган, подняв лицо и гневно глядя вокруг.. Перепуганные гномы-механики тут же разбежались в стороны, и многие из них получили по голове со свистом пронесшимся в этот момент парусом. — Моргион, Бог болезней и разложения, обманом заставил Реоркса сделать Драгоценность, понимая, если хаос вырвется в мир, его власть будет расти. Потом он раззадорил Реоркса поставить Серую Драгоценность на кон и... — Гном замолчал, угрюмо уставив взгляд на роскошные башмаки.

— И продул ее в кости? — закончил фразу пораженный Стурм.

— Да, парень, — сказал Дуган, тяжело вздохнув. — Знаете, у Реоркса есть одна маленькая слабость. Совсем маленькая, заметьте — во всех других отношениях он самый прекрасный и благородный господин из всех, каких можно только надеяться встретить. Но, — гном опять вздохнул, — он действительно любит бутылку и хороший спор.

— О, так ты знаком с Реорксом, — пробормотал Стурм, зевнув так, что чуть не вывихнул челюсть.

— И с гордостью говорю об этом, — серьезно заявил Дуган, погладив бороду и подкрутив ус. — С его помощью мне удалось после долгих лет поисков обнаружить Серую Драгоценность. При содействии парней на корабле, — ударил он проходившего мимо гнома-механика по плечу, отчего тот волчком закружился по палубе, — и с помощью троих молодых людей мы добудем его и... и... — Дуган умолк, словно в замешательстве.

— И?..

— И, естественно, вернем Реорксу,— закончил гном, пожимая плечами.

— Естественно,— отозвался Танин. Он посмотрел на Стурма, который уснул прямо на палубе, и поймал гнома-механика, который уже бежал прочь со шлемом брата.— Эй! — сердито закричал старший, тряся вора.

— Только-хотел-посмотреть-на-него! — зачастил тот, сжавшись. — И-хотел-его-тут-же-честно-вернуть. Понимаешь, — заговорил он медленнее, когда Танин ослабил хватку,— мы разработали новый революционный проект шлема. Осталось решить только несколько проблем, вроде того, как снять его с головы, вот я...