Второй шанс для Алой Пиявки
Шрифт:
Он молчал всю дорогу, и я молчала. Нам не нужны были слова, мы оба понимали, что произошло там, внизу.
Он использовал технику, которая должна была его убить. Он сжег свою жизненную силу, чтобы призвать дух Феникса в место, где нет неба. И он выжил только потому, что Феникс пожертвовал собой, став частью его плоти.
Когда карета остановилась в условленном месте, мы вышли. Утренняя прохлада немного прочистила мысли.
Нам нужно было добраться до его поместья. Не до дворца, не до резиденции моего отца. Только в его дом, скрытый за высокими стенами, мы могли чувствовать себя в относительной безопасности.
Мы шли по просыпающимся улицам, стараясь держаться в тени. Два человека в грязной, порванной одежде, с лицами, покрытыми копотью. Прохожие шарахались от нас, принимая за пьяниц или нищих.
Когда тяжелые ворота поместья генерала закрылись за нами, я почувствовала, как ноги подкашиваются. Адреналин, державший меня все это время, исчез.
Слуги, привыкшие к неожиданным возвращениям хозяина, действовали быстро и без лишних вопросов.
Нас развели по разным комнатам, чтобы привести в порядок.
Я стояла в купальне, позволяя горячей воде смывать с меня грязь, кровь и запах подземелья. Вода окрашивалась в розовый цвет. Я терла кожу мочалкой до красноты, пытаясь стереть ощущение липкой паутины, которой Призрак опутал мое сознание.
«Ты умрешь вместе с этим миром», — звучал его голос в моей голове.
Я выжила. Но какой ценой?
Я оделась в чистое — простую тунику и штаны, которые мне дали служанки, и пошла искать Цзинь Вэя.
Я нашла его в той же комнате, где мы планировали защиту дворца. Он сидел в кресле у окна, глядя на сад. Его волосы были влажными после купания, а на плечах лежал теплый плащ.
Врач уже был здесь, он заканчивал перевязку.
— Жить будет, — буркнул лекарь, увидев меня. — Но если он еще раз использует подобную технику, он этого не переживет. Его меридианы обожжены, ему нужен покой и медитация. Никакой магии, никаких мечей. Минимум неделю.
Врач собрал свои вещи и вышел, оставив нас одних.
Я подошла к Цзинь Вэю. Он повернул голову, его глаза были ясными, муть ушла, но в глубине зрачков я видела отблеск того серебряного пламени, которое сожгло тьму.
— Как ты? — спросила я, садясь на скамеечку у его ног.
— Пустой, — честно ответил он. — Как кувшин, из которого вылили воду. Я не чувствую Лэйюаня.
— Он погиб?
— Нет. Духовные звери не умирают так просто, но он… спит. Глубоко внутри. Он стал частью меня, чтобы залатать дыру, которую пробила магия Бездны. Я чувствую его тепло здесь, — он положил руку на грудь, туда, где был шрам в форме пера. — Но я больше не могу его призвать. Теперь я просто человек.
— Ты не просто человек, — я накрыла его руку своей. — Ты генерал, который спустился в ад и вернулся.
— Благодаря тебе, — он перевернул ладонь и переплел свои пальцы с моими. — Ты спасла меня, Алиса.
Я вздрогнула.
— Ты назвал меня…
— Алиса, — повторил он твердо. — Призрак назвал тебя так, сказал, что ты не из этого мира. И я видел, как ты отреагировала. Это твое настоящее имя, верно? Той, кто живет в этом теле?
Я замерла, момент истины настал. Я не могла больше лгать ему, не после того, что мы пережили.
— Да, — прошептала я. — Алиса, и я из другого мира. Я не Лиюэ. Лиюэ умерла в тот день, когда ударилась головой. Я заняла ее место.
Я ждала, что он отдернет руку, что в его глазах появится отвращение или страх. Одержимость духом считалась проклятием.
Но он лишь крепче сжал мои пальцы.
— Я знал, — спокойно сказал он. — Точнее, догадывался. Та Лиюэ, которую я знал… она была пустой. Жестокой и глупой куклой. Ты… ты другая. С первой нашей встречи в том зале, когда ты предложила мне чай, я видел в твоих глазах другой свет. Свет разума, который не принадлежит этому затхлому двору.
— И тебя это не пугает? — спросила я, глядя на него с надеждой. — Что я… чудовище? Захватчица тела?
— Ты спасла императора, спасла моих людей, спасла меня. Если это делают чудовища, то я предпочту быть на их стороне, чем на стороне святых, — он грустно улыбнулся. — К тому же… мне никогда не нравилась Лиюэ. А вот Алиса… Алиса мне дорога.
У меня перехватило дыхание. Слезы, которые я сдерживала последние сутки, хлынули из глаз. Я уткнулась лицом в его колени и заплакала.
Он не стал меня успокаивать словами. Он просто положил руку мне на голову и начал гладить волосы. Медленно, ритмично.
— Все хорошо, — шептал он. — Мы здесь, мы живы.
Когда слезы иссякли, я подняла голову.
— Призрак, — сказала я, вытирая лицо рукавом. — Он ушел, но оставил послание.
Цзинь Вэй кивнул, его лицо снова стало серьезным.
— Он проиграл этот бой. У него нет армии големов. Но у него осталась его сила, и его безумие.
— Церемония Небесного Единения, — напомнила я. — Она состоится завтра. Астрономическое явление нельзя отменить. Парад планет произойдет вне зависимости от того, есть у него ключ или нет.
— Что он может сделать без ключа?
— Я думала об этом, пока мы ехали, — я встала и начала ходить по комнате. Мой мозг, отдохнувший и подстегнутый опасностью, снова заработал в полную силу. — Он хотел открыть врата цивилизованно. Через «черный ход». Тихо и аккуратно, используя накопитель энергии. Мы разрушили его план. Теперь у него остался только один вариант.
— Какой? — спросил генерал.
— Ему нужен источник энергии такой мощи, чтобы порвать ткань реальности. Если он не может использовать накопленную энергию сотен людей… он использует энергию самого места.
Я остановилась перед картой столицы, висевшей на стене.
— Столица построена на месте силы. Пересечение лей-линий. Именно поэтому здесь стоял дворец династии Шан, и поэтому здесь стоит наш дворец. Сердце Империи — это не просто артефакт. Это узел.
— Он хочет уничтожить узел? — нахмурился Цзинь Вэй.
— Нет. Он пойдет в самое сердце, туда, куда мы не смогли добраться. В тронный зал Древних.
— Но входы завалены, мы проверяли.
— Для человека, который может проходить сквозь стены и превращаться в тень, завалы не проблема. Проблема была в «Печати Сдерживания», которую мы забрали. Теперь там нет защиты.