Чтение онлайн

– Ну конечно, как же… Ладно, раз ты так хочешь… Черт, ведь знала, что не стоит прекращать к вам двоим заглядывать по утрам. Ваши родители ведь предупреждали, что это может произойти в любой момент, а я самонадеянно подумала, что пронесет…

Так, и что она сейчас имеет в виду? Неужто нашу ту самую «проблему»? Ну надо же, одной тайной меньше. Только это сейчас не проясняет ни черта!

– Ольга Дмитриевна, – в голове бешено скачут мысли – проблема, Дэнчик, старый лагерь, Алиса… – О чем Вы?

– Максим, ну… – на секунду она смутилась и запнулась. – Я о вашем с ним лунатизме.

А?

Очки, которые я все это время вертел в руках, чуть не падают на песок, а я мгновенно забываю обо всем, полностью сконцентрировавшись на этом внезапном откровении. Но даже так полное осознание до сих пор не приходило.

Лунатизм, стало быть… Как все тут удачно подготовлено. Объяснение всех возможных странностей с нашей стороны на все случаи. Причем объяснения даже разумные.

– Ты лунатик? – удивленно уставилась на меня Алиса.

– Мы с Дэном в детстве этим… болели, – ладно, подыграем. – Но ничего подобного с нами не происходило много лет. Врачи решили, что это было связано с незрелостью нервной системы и больше к этой теме мы не возвращались. Вот я как-то и… не упоминал об этом.

– Прикольно! – ну да, Ульянка как обычно. – И сколько по времени ты мог так бродить?

– Минут пять, не больше, – совсем уж шизиком себя выставлять как-то вообще не хотелось. – И, Уля, я буду тебе очень благодарен, если ты не будешь в дальнейшем поднимать эту тему. Тем более, с таким восторгом в глазах.

Господи, как же стыдно-то… Словно я по пьяной лавочке наломал дров, а теперь мне более трезвые друзья рассказывают о вчерашних подвигах.

– Да почему? – не хотела униматься девчушка. – Это же ведь круто! Прям как в фантастических рассказах Булычева или…

– Улька, тебе Макс что сказал? – грозно сверкнула глазами Алиса.

Надувшись, младшая притихла. А старшая, тут же изменившись в лице, игриво мне подмигнула. Я же прямо сейчас был готов расцеловать ее. Она не собиралась от меня отворачиваться, даже зная о моей особенности, которой как бы и нет, но для всех есть. Какое же это приятное и греющее душу чувство – знать, что ты можешь полностью довериться кому-то и что ты действительно нужен.

– И этот дурачок мне тоже ничего не говорил, – покачала головой Славя. – Ну, подумаешь, лунатизм был в детстве. Горюшко луковое…

– Чего делать-то будем? Надо зе что-то предпринимать, – Ульянка быстро забыла об обиде на подругу и теперь снова выглядела такой возбужденной, что опять разучилась говорить букву «ж».

– Что делать, что делать, – пробормотала Ольга. – Поисковый отряд организовывать, вот что делать! И организовывать немедленно, раз Денис действительно может быть в старом лагере. Есть добровольцы из присутствующих? – и почему-то при этом довольно многозначительно на Алису смотрит. И понимай, как знаешь – намек это на то, что ей стоит в этом участвовать или как раз-таки наоборот.

– Я пойду, – твердо заявляю я, пока такой подходящий момент нарисовался.

Вожатая сердито прищурилась:

– Максим, это исключено…

– Ольга Дмитриевна, он мой лучший друг!

– А тебя вчера избили! – кажется, она сейчас правда думала, что звучала безапелляционно. – Ты в медпункте должен лежать! Что ж я за вожатая такая, если…

– Ольга Дмитриевна, – перебил я ее с холодным спокойствием. – Он. Мой. Лучший. Друг. Мне совесть не позволит остаться в изоляторе отлеживаться. Можете меня хоть силой запирать, мне все равно. Я найду способ выбраться и отправлюсь на его поиски вместе с остальными.

– Максим Жеглов, я твоя вожатая, – в ее голосе даже послышалась какая-то угроза. – И не позволю собой помыкать.

– Понимаю, – кивнул я. Я не выдал голосом никаких эмоций, как и не высказал вслух ни одной из своих мыслей по этому поводу. Кажется, я действительно научился сначала думать, а потом говорить при общении с людьми. Может, через какое-то время я и забуду об этом навыке, но уж до конца смены моей памяти должно хватить.

– А еще ты должен понимать, что иногда благих намерений недостаточно, иногда нужно быть в здравом уме, – хорошая попытка, Ольга Дмитриевна, но нет. Не убедите.

Пауза. Самое время чуть ослабить давление, дать Панамке время подумать.

– Знаешь, Денису очень повезло, что у него есть такой друг, – сдалась. Ну и отлично. – Еще кто?

– Глупый вопрос, Ольга Дмитриевна, – сверкнула зубами Алиса. – Мы все пойдем.

Славя одобрительно кивнула в подтверждение ее слов. А вот на лице Ольги Дмитриевны возникло выражение абсолютного ужаса, которое она, надо отдать ей должное, сумела быстро подавить.

– Все, да не все, – откашлялась та. – Советова никуда не пойдет, и это уж точно не обсуждается.

– Ох, да ладно Вам! – запротестовала Ульянка. Я быстро окинул взглядом девчонок, но что-то ни Алиса, ни Славя не спешили выказывать ей поддержку. Не я один, видать, подумал, что это так-то мудрое решение со стороны вожатой. – Я буду предельно осторожной! Меня никто даже не заметит!

– Ульяна, ты еще маленькая для таких… мероприятий, – подобрала нужное слово Ольга.

– Ну конечно, – с горечью поморщилась та. – Зачем меня всерьез воспринимать, действительно. Спасибо за то, что вновь подтвердили когда-то давно сделанные мною выводы.

– Да что ж вы заладили-то все с этим? – вожатая схватилась руками за голову. – Запомните уже, наконец, что я воспринимаю всех вас всерьез. Я не отношусь ни к кому из вас снисходительно. Но сейчас отвечаю за вас я. За каждого. И если с кем-то что случится, то отвечать буду тоже я. А мне бы этого не очень хотелось. Максиму я сейчас готова пойти на встречу по понятным, надеюсь, причинам, но ты, Ульяна, уж извини, но останешься в лагере. И это не потому, что я хочу как-то тебе унизить или еще что. А просто потому, что я тебя прошу.

Ульянка плотно сжала губы и отвернулась, вперив мрачный взгляд в песок. Мне ее даже стало жалко, она ведь так хотела отправиться с нами в это приключение. И видно, что понимает, почему вожатая не хочет ее отпускать. Но обидно. Ее можно понять.

Помощь пришла со стороны Слави, которая присела напротив девчушки и крепко ее обняла:

– Ну не дуйся ты так, Уль. Строго между нами, скоро тут начнется раздача пирожков с вареньем и компота. Разрешаю тебе взять наши порции. Ольга Дмитриевна, Вы же не будете возражать?