Чтение онлайн

Он это серьезно? Еще и меня обвиняет неизвестно в чем?

— Уж найду, кому и что предложить, — цежу я. Злость обжигает изнутри. Эммет думает, что у меня клин на нем сошелся. Уверена, что при необходимости выстроится очередь желающих поправить материальное благополучие за мой счет.

— Не сомневаюсь. Знаешь, что я узнал от Сэммонса тогда, в клубе? То, о чем ты не помнишь…

Я мотаю головой. Эммет медленно подходит почти вплотную.

— Он заставлял тебя раздеваться, Марго. Трогал, — последнее слово просто выплевывает. У меня расширяются глаза от шока. Джеролд пользовался состоянием Маргарет? Слова задевают настолько, словно это в самом деле происходило со мной. В дневнике об этом ни слова — скорее всего, она даже не понимала, что происходит. Какая же он гнида.

— Может, тебе это нравилось? — продолжает Эммет. Окончательно выхожу из себя. Замахиваюсь для пощечины, но он перехватывает мою ладонь.

— Не смей мне такое говорить! — восклицаю я. От гнева аж трясет. Как такое вообще можно предположить? — Я была не в себе! Я даже не помню ничего из этого!

— А хотела бы?

— Хватит! — замахиваюсь второй рукой, но он и ее перехватывает.

Как вообще так получилось, что я оправдываюсь перед ним?

— А что ты собираешься делать, если окажешься беременна? А, Марго? Об этом ты подумала?

— А ты, наверно, только об этом и думал, когда трахал сегодня другую? — не выдерживаю я.

— Я уже сказал, что встречался с информатором. Но ты же самая умная. Уже все и за всех решила, — по голосу слышу, что он зол. Очень зол. Прямо как после драки с Джеролдом. У меня аж мороз по коже. Не знаю, что от него ожидать.

— Отпусти меня, Эммет, — прошу я взволнованным голосом.

— Отпустить? — он смотрит на свои руки так, словно только сейчас замечает, что они меня удерживают. — Это вряд ли, Маргарет.

Делаю рывок на себя. Даже на сантиметр не удается его сдвинуть. Эммет отзеркаливает мое движение, заставляя впечататься в его тело. Заводит руки мне за спину, прижимает к себе. Наклоняется к уху.

— Я не позволю тебе уйти, Маргарет. И принадлежать другому не будешь. Ты только моя, поняла меня?

Я зла настолько, что меня чуть потряхивает.

— А ты, значит, общего пользования? — сама не ожидаю рычащих ноток в своем голосе. Эмоций так много, что я просто не могу держать их в себе.

— Это информатор. У меня. С ней. Ничего. Не было, — цедит он по слогам. — Она сама поцеловала меня. Для прикрытия. А потом передала в гостинице ценные сведения.

— Бедный. Скажи еще, что тебе не понравилось…

— Та часть в гостинице понравилась определенно больше.

Смотрю куда-то в сторону, пытаюсь взять себя в руки. Понятия не имею, стоит ли ему верить. Даже если не изменял, что мешало ему сразу все прямо и сказать? Что мне теперь делать со всеми этими его обвинениями и знаниями о Джеролде?

Мне кажется, что я запуталась. В тупике. И выхода из него абсолютно не вижу. Между нами ни грамма доверия, лишь физическая связь. И сделка, что кажется вдруг не мостом, а преградой.

Эммет медленно отпускает мои запястья, кладет руки на талию. Кажется, тоже пытается взять себя в руки.

— Я знаю, каково это, когда тебе изменяют, — внезапно говорит он. — Я не стал бы так поступать с тобой.

Видимо, он это про бывшую невесту. А я ведь так и не знаю, что с ней тогда случилось.

— Почему ты сразу не мог так сказать? — мой голос звучит хрипло. Чувствую себя опустошенной, словно какой-то невидимый стержень вытащили.

— А почему ты не могла спросить вместо того, чтобы сразу начать ставить условия?

Пожимаю плечами. И правда, почему? Почему закрылась в комнате, накрутила себя до крайней точки, когда могла только кидаться обвинениями и рубить все с плеча?

Наверно, потому, что мне не все равно.

Тогда, возможно, и ему тоже?

— Пойдем спать, — он подталкивает меня к кровати. Я не сопротивляюсь, хотя на душе неспокойно. Облегчения не чувствую, внутри словно струна натянулась.

Так ведь будет и дальше. Сколько бы мы ни пытались, доверия между нами не будет без честности. В первую очередь с моей стороны.

Мы лежим на неразобранной кровати прямо в одежде, я прижата спиной к его груди. Чувствую его дыхание, напряжение, растущее возбуждение… жду поползновений, но мы просто лежим.

— С кем ты встречался?

— Каролина Дарквудс. Танцовщица из твоего видения.

Имя ощущается, как ушат холодной воды. Наверняка она как-то связана с Андреем, а, значит, может знать и обо мне. Или вдруг она какая-то вербовщица?

— У нее темные волосы.

— Парик.

— Что она сказала? Думаешь, ей можно верить? — с каждой секундой беспокойство растет. Чувство, что это какая-то ловушка. И сама его в нее заманила.

— Посмотрим, — отвечает уклончиво. — Я больше не хочу втягивать тебя в расследование. Это может быть опасно.

Но я уже втянута. По самую макушку. И чем дольше тяну со своей честностью, тем сложнее будет оттуда вылезти. Нужно рассказать как можно скорее. Хотела бы сегодня, но, боюсь, тогда не смогу попасть на встречу с Андреем. Эммет либо не пустит, либо пойдет со мной. Тем самым выдаст, что теперь все знает.

Даже знать не хочу, чем это нам грозит. Не только моя жизнь может быть под угрозой.

— Чем ты занят завтра?

— Останусь дома, — помедлив, говорит он. — А ты?

— Нужно будет еще раз съездить на примерку платья, — ложь произношу с закрытыми глазами. Как же от нее тошно. — Мы можем потом поговорить?

— Я могу с тобой съездить.

— Не нужно. Нельзя жениху видеть невесту перед свадьбой. Примета плохая.

Молчание.

— Первый раз о таком слышу.

Мое сердце пропускает удар. И правда, с чего я вообще взяла, что в этом мире такое есть?

— Я это только что выдумала, — едва слышно лгу я.

Утро следующего дня выдается солнечным. Я рано просыпаюсь, рано выскальзываю из объятий, чувствуя, как сердце щемит плохим предчувствием. Смотрю на Эммета, а в голове почему-то мысль, что это последний раз, когда мы вот так вместе.

Возвращаюсь обратно. Бужу его лаской, страстью, нежностью — всем, что рвется из меня, но я почему-то не решаюсь сказать. Все потом. Если это еще будет иметь хоть какой-то смысл.