Чтение онлайн

Запрещаю себе думать, что прощаюсь. За завтраком вновь напоминаю о разговоре и говорю, что скоро вернусь. Сопровождать меня берется Дерек. И уже с первых минут я понимаю, что что-то идет не так.

Мы едем не к модистке, а во дворец. Безо всяких моих инструкций. Дерек сидит рядом — как и вчера из него и слова не вытащишь. Но именно он отдал это распоряжение. И по его суровому лицу понимаю, что он знает, куда и зачем мы едем.

Я даже почти не удивляюсь, когда он провожает меня до кабинета Арчибальда. А уже внутри меняет личину и становится Андреем. В голове один вопрос: а был ли Дерек? Вчерашнее беспокойство было отыграно на отлично, да ведь и кто-то донес Эммету про мой побег.

Еще одна тайна в копилку. Скоро их уже складывать некуда будет.

— Ну, здравствуй, Рита, — говорит он, скупо улыбаясь. В глазах ни намека на веселье.

— Приветствую, — я присаживаюсь на предложенный стул и тщательно разглаживаю юбку. Пытаюсь собраться с мыслями. — Чем обязана такой чести?

— Ты же “наша”, Рита. Не поверишь, но хотел избавить тебя от проблем. Сбеги ты от охранника, это наверняка вызвало бы подозрения.

— Дерек мертв? — задаю вопрос, который повисает в нехорошей тишине.

— Главное, что ты жива, Маргарет Бенсли.

Я хмурюсь. Не понимаю, к чему он ведет и зачем вдруг называет этим именем. Внутри закручивается спираль страха, ком в горле не дает дышать. Ему ничего не стоит меня убить прямо сейчас, и эта мысль бьется в голове, подобно отбойному молотку.

В буквальном смысле не могу усидеть на месте. Поднимаюсь, делаю пару шагов, слыша под ногами беспокойный скрип паркета. Андрей вальяжно сидит в кресле. Сразу видно, что чувствует себя хозяином положения. Он задумчиво меня рассматривает с тем же самым интересом, с которым следят за лабораторной мышью.

Под его взглядом неуютно.

— Почему ты все еще не раскрыла свою магию?

— Вы же про ключ? Я займусь этим. После свадьбы.

Андрей кивает, переводит взгляд на окно. Свадьбу никак не комментирует, и я едва заметно перевожу дыхание.

— Удачно с этой свадьбой получилось. Ты же помнишь, что твоя главная задача сейчас — оставаться как можно ближе к Лоуэллу? Докладывай обо всем, что узнаешь по поводу расследования.

— Но…

— Понимаю твои опасения, — он даже слова мне не дает вставить. — Долго это не продлится. Скоро ты присоединишься к остальным.

— Остальным?

— Твой новый дом. Настоящие друзья. Огромная семья. Разве не об этом ты мечтала в прошлой своей жизни?

У меня даже слов не находится. Андрей смотрит с легким понимающим прищуром. Почти что добрым. А я чувствую, как внутри расползаются холодные щупальца страха. Он и в самом деле знал меня — в той прошлой жизни, о которой я почти забыла. Не просто имя, он знал меня. И в этом месте, в этом теле отнюдь не спроста.

От волнения накручиваю несколько кругов по кабинету. Бросаю мимолетный взгляд в окно и вижу внизу спешащую к карете темноволосую фигурку. Патриция. Сердце почему-то пропускает удар.

— Скажите, нас можно подслушать? — спрашиваю я, не отрывая от нее взгляд. — Есть же какие-то заглушки? Щиты?

— Спасибо, что напомнила. Забыл активировать, — говорит он. Я медленно поворачиваюсь. Встречаю его серьезный прямой взгляд и почти сразу понимаю, что ни хрена он не забыл.

Патриция в королевском дворце, куда без особого приглашения не попасть. Продуманный до мозга костей Андрей не включает глушилку. Странный разговор, где он называет мое имя, а затем выдает искаженные сведения.

Я поворачиваюсь к нему. Не могу скрыть горечи в голосе.

— Вы это все специально? — спрашиваю я, чувствуя ком в горле.

— Не понимаю, о чем ты.

Понимает, мразь, отлично понимает. Меня разрывает злость, обида, ненависть. Почему все именно так?

Быстрым шагом направляюсь к выходу. Андрей тяжело вздыхает за моей спиной, но даже не пытается остановить.

— У тебя не может быть здесь друзей, Рита. Эти люди нас ненавидят. Скоро ты сама это поймешь.

Я не слушаю. Попадаю в коридор и сразу перехожу на бег. Едва не наворачиваюсь с лестницы. Врезаюсь в какого-то слугу. Буквально запрыгиваю в экипаж и велю возвращаться домой.

Внутри меня все сворачивается тугим узлом. Места себе не нахожу. Экипаж медленно едет по столичной улице, за окнами разгуливают улыбающиеся люди.

— Быстрее. Прошу, быстрее, — подгоняю я. Кучер, конечно же, не слышит. Да и в городе скорость передвижения ограничена — слишком много карет. Обхватываю себя ладонями, чувствуя ледяную волну по телу. Могло ли все сложиться иначе? Расскажи я Эммету вчера, то, возможно, уже была бы мертва.

Или нет? Мог бы он меня защитить?

Мысли крутятся вокруг различных сценариев. Покоя не дают. В груди еще теплится надежда, что Эммет выслушает меня. Даст оправдаться. И это единственная причина, почему я так спешу. Но, кажется, Андрей уверен, что это невозможно. Иначе не отпустил бы меня.

Когда я подъезжаю к особняку, то вижу припаркованный экипаж. Выхожу из кареты и лишь усилием воли заставляю себя не бежать. Я ничего уже не исправлю. Патриция уже здесь и неизвестно в каком свете все преподнесла.

Варианта два: либо он меня выслушает, либо нет.

Мое сердце пропускает удар, когда я без стука захожу в кабинет и вижу их вместе. Эммет держит ее за руку. Читает. Знает, что каждое слово правда. Патриция взволнованно говорит. При виде меня она замолкает, смотрит с каким-то потерянным выражением, словно не ожидает увидеть.

Эммет… его лицо превращается в восковую маску. Во взгляде какое-то болезненное разочарование, которое ножом полощет по моим внутренностям.

— Маргарет Бенсли, вы арестованы, — говорит он тоном, что ощущается, как пощечина.

— Х-хорошо, — я и не думаю сопротивляться. Патриция садится на диванчик, обмахивается какими-то бумагами, взятыми со стола, словно ей нехорошо.

— Какая же крыса, — причитает она вслух. — Кто бы мог подумать. Жертву из себя строила…

Ее губы растягиваются в усмешке, а затем она начинает хохотать. Эммет достает наручники, подходит ко мне. Лицо у него сосредоточенное, во взгляде ледяная ярость, от которой у меня мурашки по позвоночнику.

Вытягиваю руки вперед.

— Спиной повернись.

Холодный металл касается запястий, а затем почти сразу жених ведет меня прочь из своего дома. В моем мире мне бы зачитывали права, но он этого не делает. То ли тут так не принято, то ли прав у меня нет.

Мы садимся в карету. К счастью, в салоне мы только вдвоем, а потому я пытаюсь заговорить.

— Я хотела поговорить сегодня об этом. Я не…

— Заткнись, Марго, — зло отрезает он. Запрокидывает голову на спинку сидения и проводит руками по лицу. — Ни слова не хочу от тебя слышать, пока тебе не вольют блокатор.