Чтение онлайн

— Не желаете чая, кофе? — сотрудник вежлив до зубовного скрежета, но на его лице застыло какое-то напряженное выражение.

Джеролд смиряет его раздраженным взглядом, а затем быстрым шагом идет прочь. Только и замечаю, как он небрежным жестом кладет мой браслет в карман.

Направляюсь следом, от бессилия сжимая кулаки. Не драться же с ним, чтобы браслет отдал? Нужно договориться, пообещать золотые горы, если потребуется.

Поверит ли? Ведь он говорил, что счета Бенсли пусты, и этот банк — единственное место, где могли быть богатства отца Маргарет.

Боже, когда уже это все закончится? Как я хочу спокойной, размеренной жизни. Но вместо этого внутри меня словно бомба тикает. Еще немного и будет взрыв.

Мы оказываемся на свежем воздухе, и я моментально сощуриваюсь. Полуденное солнце слепит глаза и греет кожу.

— Джеролд! — кричу в его быстро удаляющуюся спину. — Подождите!

Он не останавливается. Садится в карету, и она тут же трогается. Выбегаю на дорогу и глотаю пыль. Зло рычу и от ярости коротко бью руками воздух. Оглядываюсь по сторонам, приставив руку козырьком ко лбу, и невольно замираю. На холме за поселением виднеется целое облако пыли.

К нам спешат кареты. Не одна и не две… По моим прикидкам через несколько минут будут здесь. Неужели нас нашли так быстро?

Черт, черт, черт!

Вновь смотрю на экипаж Джеролда и едва не вскрикиваю от радости. Проехав несколько десятков метров, у его кареты внезапно слетает колесо с оси. Она слегка накреняется, останавливается. Я со всех ног припускаю к ней.

Смертельная опасность дышит в спину, заставляя волосы на затылке подняться дыбом. Подбегаю к карете Джеролда как раз в тот момент, когда он вылезает из нее. Смачно выругивается и смотрит на поломку.

В обращенном ко мне взгляде мерещится жажда убийства.

— Браслет! — задыхаясь от волнения, требовательно вытягиваю руку.

— Да пошла ты! — он внезапно замахивается. Затрещина получается такой силы, что голова дергается, и я едва не падаю. Сгибаюсь пополам. В ушах раздается глухой звон, я невольно прикладываю к виску руку.

Эта. Мразь. Меня. Ударила.

— Думала, провести меня можешь, тупая сука? — орет он с яростью, от которой по моей коже бегут боязливые мурашки. Надвигается на меня, каждая мышца на его теле напряжена. На виске бешено бьется набухшая венка.

Отступаю на шаг. Еще. Настороженно слежу за каждым его жестом. Судя по лицу, тормоза у него сорвало окончательно, обнажая гнилую натуру. Никакого самоконтроля.

— Это ты сломала карету, да? — продолжает орать он. На лицо мне попадают брызги слюны.

— Я ничего не делала!

Сердце колотится где-то в горле. Мне страшно так, что тело буквально парализовано. Делаю над собой усилие, чтобы сбросить это состояние. Браслет у него в кармане штанов. Рукой подать. Ну же, Марго, ну же!

Делаю выпад, но Джеролд перехватывает мою руку и заламывает. Сжимает так крепко, что вот-вот сломает. Болезненный вскрик вырывается против воли.

— Гребанная сука, — рычит Джеролд прямо в мое лицо. — Это ты хотела, да?

Свободной рукой достает браслет. Замахивается и швыряет его в сторону поля. У меня словно воздух из легких выбивает. Как в замедленной съемке смотрю за полетом тонкого ободка, что приземляется куда-то в траву. Солнце слепит глаза, но я не позволяю себе даже моргнуть.

Дергаюсь в том направлении, но Джеролд не отпускает. Сжимает меня все крепче, словно хочет раздавить, сломать. Рычу от боли, пинаю его в колено, царапаю ногтями, как дикая кошка. Разворачиваюсь и даже умудряюсь смачно плюнуть ему в лицо.

Шум экипажей все ближе, мое сердце отчаянно колотится в груди. А вот он его, кажется, не замечает, ослепленный яростью.

— Ах ты, дрянь! — в его голосе совсем мало человеческого. Он роняет меня прямо в усыпанное цветами поле и сам наваливается сверху. Солнце ослепляет, ничего не видно. От страха у меня совсем крышу сносит. Громко кричу “Помогите!”, пытаюсь его с себя спихнуть.

Кучера нигде не видно — как сквозь землю провалился.

Чувствую мерзкие руки Джеролда, обшаривающие мое тело. Безумный шепот:

— Ты за все заплатишь, дрянь… думала, можешь меня за нос водить, да? Это вы с женишком все это придумали…

Задыхаюсь. Плачу. Борюсь.

— Вы арестованы! — слышу крик и приближающийся лошадиный топот.

— Только приблизьтесь! Я убью эту суку, клянусь всеми богами, я ее убью! — брызгаясь слюной орет он прямо в мое лицо.

Чувствую его руку на своей шее. Давит с такой силой, что полностью перекрывает дыхательные пути. Трепыхаюсь под ним, хриплю. Легкие разрывает от нехватки кислорода, в глазах темнеет.

Все заканчивается резко.

Что-то или кто-то буквально срывает с меня Джерольда. Я делаю судорожный вдох, переворачиваюсь набок. Надсадно кашляю, чувствуя, как из глаз слезы градом текут. Меня всю трясет, руки ходуном ходят. В сознании полная каша.

Поднимаю взгляд и вижу Эммета. На лице выражение глухой ярости, с которой он обрушивает на лицо противника кулак. Удар. Еще. Слышу неприятный хруст, от которого внутри поднимается тошнота.

— Я. Предупреждал. Тебя, — отрывисто говорит он, в буквальном смысле вбивая каждое слово. На меня не смотрит — только на слабо сопротивляющегося противника. У них комплекция хоть и несильно отличается, но Эммет его буквально задавливает своей мощью.

Мутным взглядом окидываю останавливающиеся неподалеку кареты. Вижу одинокого коня — вероятно, Эммет опередил их, приехав верхом. Встаю на четвереньки и ползу к тому месту, куда Джеролд выкинул браслет. Сейчас я помню то место совсем примерно… каковы шансы его отыскать?

Судорожно ощупываю руками траву, чувствуя, как из глаз непрерывно текут слезы. Громко шмыгаю носом.

— Марго! — от рыка Эммета все внутри сжимается. Как раз в этот момент нащупываю тонкий метал.

Смотрю на Эммета — он поднимается и медленно идет ко мне. В голове бьется лишь одна мысль: “не хочу умирать”.

Почти не колеблюсь, надевая украшение на руку. Защелкиваю замок, и запястье буквально пронзает холодом. Словно руку в жидкий азот опустила. Она немеет, и сотни маленьких иголочек ползут вверх. Охватывают предплечье, плечо, поднимаются по шее и спускаются к груди.

— Пожалуйста, Эммет, — охрипшим голосом говорю я, пытаясь отползти назад. Плачу, баюкаю онемевшую руку на груди. — Он убьет меня.

Выгляжу, наверно, до крайности жалко. Его брови хмурятся, на лице выражение крайней сосредоточенности, руки в крови. Но Эммет не сбавляет шаг. Где-то позади поскуливает от боли Джеролд, и к нему уже подбегают люди.