Чтение онлайн

— Ах ты… — ее голос дрожал от ярости. — Да тебя Крисан…

— Элая, — перебил он, и в его словах звучала почти мольба. — Давай сбежим. Ты не такая. Это все Крисан затуманил твой разум.

— Нет! — она отшатнулась, как от удара. — Я люблю его, и скоро мы станем великими. А ты… — ее взгляд стал ледяным, губы искривились в злобной усмешке. — Благодари Солнце, что ты нужен. Иначе я бы лично выпустила твою кровь наружу.

Она резко развернулась и пошла прочь. Эмерс с тоской смотрел ей вслед. Боль, острая и жгучая, сдавила грудь. Он был трусом. Всегда был. И поэтому подчинялся.

Когда сумерки сгустились, окрашивая небо в багровые и фиолетовые тона, все было готово к ритуалу. Наместники, чьи лица были серьезны и полны скрытого напряжения, заняли свои места по кругу, образуя живое кольцо вокруг места предстоящего действа. Их люди, молчаливые тени, притаились за их спинами. Костры горели, отбрасывая причудливые пляшущие тени на лица собравшихся. Огонь трещал и извивался, будто живое существо, предвкушая грядущее. Рядом, в большой бадье из темного дерева, неподвижно покоилась вода, отражая мерцание звезд и отблески пламени. Все ждали, когда Луна взглянет в эту темную гладь, давая знак к началу.

В этот момент, как луч света, Элая вступила в круг. Она шла гордо и уверенно, не выказывая ни тени сомнения или страха. На ней был надет белый простой сарафан, сотканный из тончайшей ткани, чуть прозрачный в свете огня. Открытая спина придавала уязвимость, но в то же время и особую силу. Крисан вел ее за руку, оберегая от невидимых опасностей. В глазах плескалась гордость. Они остановились возле холодного камня, возвышавшегося в центре круга.

— Да свершится торжество! — провозгласил Крисан, вскинув руки к темному небу.

Эмерс, с непроницаемым выражением лица, приблизился к нему и протянул тонкий серебряный нож. Лезвие недобро сверкнуло, отражая зловещий отблеск костра.

Элая холодно взглянула на него, в ее глазах не было ни страха, ни колебаний. Лишь решимость и твердая уверенность в правоте своего дела.

— Сегодня вы все обретете небывалую мощь! — произнесла она, обращаясь ко всем собравшимся.

С этими словами она легла лицом вниз на камень, готовясь к великому свершению. Тишина стала оглушительной, нарушаемая лишь потрескиванием костра и тихим шепотом ветра. Все замерли в ожидании, затаив дыхание.

Как только бледный лик Луны отразился в зеркальной глади, Эмерс кивнул Крисану.

— Пора, — напряженно прошептал он.

Крисан с решимостью в глазах склонился над Элаей, чье лицо, освещенное лунным светом, казалось неземным. Он достал ритуальный нож с лезвием и плавным движением сделал неглубокий надрез на ее коже, очерчивая ровный круг. Девушка, стиснув зубы до боли, не издала ни единого звука, в глазах плескалось смирение и тревога. Кровь, темная и густая, тонкой струйкой потекла в желоб. Затем, с особой тщательностью и благоговением, Крисан стал изображать переплетенный ствол дерева, заключающий Луну в клетку. Элая почувствовала, как ее покидают силы, вцепилась в камень мертвой хваткой, пальцы побелели от напряжения.

— Свершилось! — воскликнул Крисан, торжествующе подняв окровавленное лезвие вверх.

На мгновение, в ответ на его слова, Луна приобрела зловещий алый оттенок, и тихий вздох пронесся по рядам собравшихся. Крисан, не обращая внимания на это странное явление, быстро наполнил чаши кровью, обильно стекающей с камня, на котором лежала Элая.

Первым глоток сделал Крисан, ощущая, как по венам разливается горячая волна, зажигая внутренний огонь. Не колеблясь, испил Эмерс. После них к чашам потянулись остальные участники ритуала, жадно впитывая в себя живительную магию.

— Я чувствую мощь! — вскричал Валь, его голос дрожал от восторга.

— Сила наполняет тело, — прорычал Енар, его глаза горели безумным огнем, он казался опьяненным внезапно обретенной властью.

Один за другим они пили кровь, их лица искажались в гримасах экстаза и преображения. В их движениях появилась уверенность, а взгляды стали острыми и проницательными. Каждый ощущал, как древняя магия проникает в каждую клетку тела, превращая их в нечто большее, чем они были прежде. Они становились сосудами силы.

— Получилось! — с облегчением и радостью в голосе воскликнул Крисан и повернулся к Элае, чтобы разделить с ней момент триумфа.

Но тут же его лицо исказила тревога. Что-то шло не так. Кровь, вопреки всем ожиданиям, продолжала литься рекой из небольших порезов на теле. Она текла быстрее и обильнее, чем во время ритуала. Он попытался смахнуть ладонью, но она продолжала сочиться, будто из неиссякаемого источника.

— Элая, — с тревогой позвал он по имени, голос дрогнул от страха.

— Мне холодно, — еле слышно прошептала девушка, губы побледнели, а взгляд стал затуманенным.

— Почему она не останавливается? — испуганно проговорил Эмерс, наблюдая за происходящим с ужасом.

Крисан, не раздумывая, сорвал с себя плащ и приложил его к ранам Элаи, пытаясь остановить кровотечение. Ткань мгновенно пропиталась, став тяжелой и липкой.

— Она не простила, — с трудом выговорила Элая, и слабая усмешка тронула ее губы, а в глазах уже читалась покорность судьбе.

— Ее надо увезти! — запаниковал Эмерс и хотел подхватить девушку на руки, чтобы унести прочь от проклятого места.

— Подожди! Попробую вылечить, — отчаянно проговорил Крисан.

Он провел руками над ранами Элаи. На мгновение кровотечение замедлилось, раны начали затягиваться. Но это было лишь иллюзией. В следующее миг кровь хлынула с новой силой, насмехаясь над его потугами. Магия, которой он так гордился, оказалась бессильной перед гневом древних сил.

Сердце Крисана рассыпалось на тысячу осколков, каждый из которых вонзался в грудь с новой, невыносимой болью. Он чувствовал, как его собственная сила, только что полученная из ее крови, теперь превращалась в яд, отравляя изнутри.

Наместники застыли в молчании, их глаза, еще минуту назад пылающие от восторга, теперь отражали лишь растерянность и страх. Кто-то неуверенно переступил с ноги на ногу, кто-то сжал кулаки, но никто не осмелился произнести ни слова.

Крисан подхватили Элаю. Тело казалось невесомым, как лист, обреченный упасть. Эмерс последовал за ним. Правитель перенес избранницу в дом, уложил на мягкие шкуры, но даже их тепло не могло остановить холод, исходивший от нее.

— Элая, прошу... живи... — голос Эмерса дрожал, его пальцы сжимали маленькую ладонь, пытаясь удержать ускользающую жизнь.