Второй шанс на счастье
Шрифт:
— Я это прекрасно понимаю, и если бы не нужда — на подобное никогда бы не пошёл. Увы, но в политике нет места личным чувствам, чести, достоинству, — мгновенно поморщился мужчина, — Есть цель, и ее добиваются любыми средствами.
— Почему ты мне с самого начала о своем намерении не рассказал? — решила я сменить тяжелую тему.
— Я тебе, конечно же, до конца не доверял и все время сомневался. Все же принять в семью на такое место абсолютно незнакомую сирину, которая ничего не помнит, или тщательно делает вид, что не помнит, довольно опасное дело. У меня было достаточно времени, чтобы тебя проверить. Сегодня же ты прошла окончательную проверку.
— Это когда? — недоуменно нахмурилась я, припоминая все события сегодняшнего дня.
— Когда прибежала ко мне, испуганная подслушанными новостями, — хмыкнул мужчина, — Испуганная за меня, что еще больше удивляло. Зато после этого я мог быть полностью в тебе уверен, все же так за меня беспокоился только брат…
— Ты поиграл моими чувствами! — недовольно воскликнула я, после чего поняв, как это прозвучало, нервно хихикнула.
— Эта вся информация, что тебя интересовала? — приподнял брови мужчина, явно поглядывая на дверь из зала.
— Нет. Как давно ты решился на подобную аферу?
— С того самого момента, как ты очнулась и заявила, что ничего не помнишь. Для меня это было подарком судьбы, не иначе. Без метки клана, без воспоминаний и без темных намерений. Тем более, ты, и правда, похожа больше на меня, нежели на местных, так как мой отец был уроженцем соседнего материка, и от него мне достался такой нетипичный разрез глаз, чем-то напоминающий твой.
— Хорошо, и что дальше? Ну принял ты меня в свою ветвь, как свою пропавшую дочь, и?
— А ничего. Будем и дальше подтягивать твои знания, вводить в курс политического дела и использовать в качестве шпиона, — легко пожал плечами мужчина.
— И долго мне в шпионах бегать и играть роль дурочки? Мне подобное совсем не доставляет удовольствия, знаешь ли, — недовольно нахмурилась я, совсем не впечатленная дальнейшими перспективами.
— Месяц, может быть два. До тех пор пока не вернется Элисар.
— Элисар? Это случайно не тот сирин, что возглавляет Серую ветвь? — подозрительно прищурилась я, — И почему с его возвращением все изменится?
— Потому что этот «подозрительный сирин» по совместительству еще и мой брат, — ошарашил меня мужчина, — И именно он является гарантом счастливого для нас исхода при каких-либо заговорах.
— Брат? Но он же из другого рода…
— Он мне не родной. Моя мать после смерти отца не долго горевала, и спустя год удачно вышла замуж за тогдашнего главу Серой ветви, у которого уже был сын примерно одного со мной возраста. Так я и познакомился с Элисаром. Впоследствии он стал единственным, на кого я мог положиться и кому доверять. Теперь вот появилась ты, но…
— Но все это доверие надо заслужить, — продолжила я за Хассира, — Как с моей, так и с твоей стороны.
— На это у нас будет много времени… — искренне заверил меня мужчина. Ну что ж, придется мне поверить ему на слово. Как говорят, время покажет, да?
Часть 3. Не всегда поход в лес является хорошей идеей или убийственная встреча
Следующие несколько месяцев для меня пролетели практически незаметно. Все же, когда ты занят, теряется счет проходящих дней. Благосклонно данный мне титул Хассиром доставлял больше проблем, нежели давал какие-то преимущества. Знаний в меня стали вкладывать больше, причем большая часть из них, по мне так, была абсолютно не нужной. Хассир так старался, будто и правда хотел сделать из меня наследницу.
Попробовала я как-то эту мысль ему высказать, так тот потом очень долго и обидно смеялся над моим непониманием. Впрочем, одно я знала наверняка — никто мне титул грандтиэ не передаст, чему я очень и очень рада. Все же всегда терпеть не могла ответственность.
Также меня невероятно выводили из себя занятия по танцам с «голубым голубем», как я втайне называла своего хореографа. Как же сильно меня бесил этот мужчина! Во всех моих действиях он всегда находил какой-то изъян, о котором, не стесняясь, всегда говорил, причем в жесткой форме и с таким удовольствием!
Имени его я принципиально не запоминала, обходясь одной лишь приставкой «тиэр». Тем более, зачем мне имя, если в голове он отчетливо закрепился не иначе как «голубь». Голубоволосый сирин в свою очередь демонстративно меня недолюбливал. Откровенно пренебрежительные фырки, недовольный тон и неприязненный взгляд бирюзовых глаз — все это преследовало меня изо дня в день. Радовало лишь то, что занятия перенесли на поздний вечер, и после часа мучений и истязаний я шла бегать и успокаиваться в замковый парк. Новый брючный костюм пришелся как нельзя кстати. Волосы я завязывала в тугой пучок, а широкая рубашка вкупе с кожаной объемной курткой полностью превращали меня в существо мужского пола. Все же в маленькой груди были и свои плюсы: удобно бегать, в подобной одежде девушку меня и не заподозрят, а значит, ненужных вопросов будет меньше. А так, мало ли какой парнишка из слуг или стражи решил поздним вечером побегать?
Хассир был единственным, кто знал о моем подобном время протяжении. Знал, и не знал, как на это реагировать: то ли радоваться и восторгаться, что его «дочь» такая необычная, то ли лить горькие слезы, ибо от местных девушек я отличалась так же, как ночь отлична ото дня. А ведь он еще не видел, какие я удары выполняю! Конечно, многого сразу от этого тела ожидать не стоило, но удары ногами, а особенно в прыжке выходили у меня очень даже ничего. Я уже молчу о легких базовых подсечках… Думаю, если бы это увидел Хассир, его хватил бы сердечный приступ, так как отношение этого мужчины ко мне было, мягко говоря, странным и непонятным. Он опекал, заботился обо мне, был учтив и внимателен, будто и впрямь решил проявить себя как хороший отец. Да, не спорю, моя отощавшая тушка, которая постепенно начала отъедаться, в любом вызовет яркие опекательные чувства, но в данном случае и именно с этим мужчиной все было странно. Промелькнула у меня в голове несколько раз одна мысль, но ее я старательно отгоняла. Может быть, Хассир устал все это время быть одним? А тут появилась вся такая наивная и невинная я, которая ни предаст, ни покинет. Впрочем, ладно, в данной ситуации я ничего не теряла. Тем более сама начала постепенно привязываться к Хассиру. К хорошему вообще быстро привыкаешь. Особенно когда раньше у тебя не было подобной родительско-дружеской заботы. Даже Сэм, самый близкий для меня человек, не смог дать мне этого, ведь в наших отношениях изначально роль заботливой «мамы» я взяла на себя.
Хорошо разбавляли серые будни мои небольшие форс-мажоры, а именно шокирование нашей аристократии моей одеждой. Ничего такого неприличного я, кончено же, не надевала. Просто носила свои полюбившиеся штаны-шаровары, да платья, что открывали щиколотку и еще сантиметров десять выше. Ну и цвета некоторых отличались особой мрачностью, что также являлось предметом всеобщего обсуждения и неодобрения.
Увы, но черный цвет был моим любимым, и менять свои прежние предпочтения я не собиралась. Тем более за это не наказывали, а Хассир так вообще поощрял, заверяя, что местным просто необходима подобная встряска взглядов. Хотя мне больше кажется, что мужчина просто развлекался за мой счет.
Несколько раз за это время я успела поучаствовать в местных политических играх, устроенных на приемах. Не скажу, что мне понравилось. Да и кому может нравиться вечно играть роль какой-то несусветной дуры? Впрочем, толк от этого был — по крайней мере, я чётко знала из подслушанных разговоров, что небезызвестная Лиловая ветвь так и не оставляет надежду сместить Хассира, после чего поставить на его место какого-то неизвестного мне Исора. Конечно, официально сделать это у них не получится, но проблем от этого не меньше. На что они готовы пойти ради власти? Хотя, чего я спрашиваю, ведь ответ и так очевиден: на все. Даже на убийство. И вот последнее нам как раз таки и нужно предотвратить любой ценой.