Чтение онлайн

Пролетая над деревьями, я тщательно вглядывался в дождливый лес, пытаясь разглядеть среди травы и кустов приметный красный дождевик. Но пока удача не спешила мне улыбаться.

– Марта! – позвал я, останавливаясь и прислушиваясь. – Марта!

Мне никто не ответил, так что пришлось продолжать поиски и надеяться, что девочку не испугает носящийся по небу шар голубого пламени. Но выбора не было – иначе я летать не умел, а поиски с земли заняли бы куда больше времени.

Вскоре внизу подо мной зашумела река. Паря как можно ниже, я трижды пролетел по течению и против него, охватывая довольно большое пространство и проверяя каждое место, где можно было спуститься к воде, не забывая при этом звать девочку по имени.

Никого.

Оставив речку, я полетел к роще, предположив, что дядя на машине сообразит проверить дорогу до деревни. Если ребенок пошел туда, то вряд ли сойдет с дороги, а на ней девочку быстро заметят. По крайней мере, я на это надеялся.

С высоты березовая роща просматривалась хорошо, но, к моему сожалению, ничего красного нигде не виднелось. Стройные черно-белые деревца мерно раскачивались на ветру, практически не скрывая сочной зеленой травы, так что у меня не заняло много времени проверить все вокруг. Но в общей сложности я провел в воздухе довольно много времени, отчего начал ощущать нарастающую слабость и головокружение.

Если бы я вырубился в воздухе и свалился с высоты на землю, то точно свернул бы себе шею и никому бы не помог. Приняв решение немного передохнуть, я опустился на траву и, чуть пошатываясь, побрел в сторону поселка, не забывая звать девочку.

– Марта! – после очередного крика, на моих губах появился знакомый металлический привкус. Проведя пальцами под носом, я посмотрел на их кончики – кровь. Вроде как не редкость от длительного применения дара, но все равно раздражает.

Конечно же, это меня не остановило, и я в очередной раз заорал:

– Марта!

И снова без ответа.

– Может, Яна сможет ее по эмоциям почувствовать? – вслух предположил я. – Наверняка же ребенок боится, если заблудился и…

…и Марта совершенно точно не заблудилась. Она сидела у небольшого ручейка в стороне от дороги, под раскидистой ивой. Красный дождевик располагался спиной ко мне и ярко выделялся среди пышной зелени, но с высоты я бы точно его не увидел – слишком густая была листва у дерева.

Но девочка должна была слышать мой голос.

– Эй, Марта, тебя все ищут, – я двинулся к ребенку.

Дождевик не шелохнулся.

– Марта? – ускорив шаг, я подбежал к девочке и коснулся ее плеча.

Капюшон повернулся ко мне, демонстрируя озадаченное детское лицо. Миг на нем царило замешательство, которое потом сменилось страхом. Вскрикнув, девочка лет восьми бросилась было прочь, но я успел схватить ее за руку.

– Спокойно! Я Максим, племянник вашего соседа – дяди Миши. Меня твои родители попросили тебя поискать.

Девочка продолжала кричать и вырываться, словно не слышала меня. Как выяснилось спустя пару секунд – так оно и было. От резких движений капюшон соскользнул с ее головы, обнажая ободок наушников. Теперь понятно, почему она меня не слышала. Да и Яна не могла бы почувствовать ее страх, так как она Марта не боялась – она слушала музыку и наслаждалась прогулкой.

– Да чтоб тебя! – я сорвал наушники с головы девчонки и повторил. – Тихо! Я племянник дяди Миши. Мы все тебя ищем.

– А? – захлопала глазами на мокром месте Марта. – А зачем меня искать? – удивленно спросила она. – Я вот тут сижу, – девочка огляделась, – за ящерками наблюдаю. У них там под деревом домик.

Сердиться на незадачливого ребенка у меня не было ни сил, ни желания. Для этого у нее есть родители. К ним-то я Марту и повел.

– Значит, лекарство ты не принимал, – Айболит посмотрел на меня со смесью разочарования и усталости. – Я кому тут рассказывал про кривую Зиновьева, опасности восстановления дара после многократно превышенного объема блокаторов и непредсказуемости передоза «Благодатью» при таком раскладе?

Мне никогда не нравилось, когда меня отчитывали.

– Извини, забыл дома тетрадку с конспектом, – сердито буркнул я, с вызовом глядя в глаза доктору.

– По-твоему, это мне надо? – кратко спросил тот. – Ты со своей жизнью можешь делать все, что заблагорассудится. Мое дело – предложить тебе варианты лечения. Но если не хочешь, то и не надо. Я бы сейчас вот кофе попил. Невкусного. Без сахара. И без кофеина. Но попил бы, а не повторял тебе в очередной раз очевидные вещи.

– Ты и так пьешь кофе, – я взглядом указал на дымящуюся кружку на столе перед Айболитом.

– Но делаю это без наслаждения! – дрожащими руками он поднес кружку к лицу и шумно прихлебнул, после чего поморщился. – Ну и гадость. Словно землю заварил. – С этими словами доктор сделал еще один глоток и посмотрел на меня так, будто это именно я испортил ему кофе. – Слушаться будешь?

– Мы в детском садике что ли?

– Иногда мне так кажется, – серьезно кивнул Айболит. – Вы тут все – невыносимые трехлетки, которых ваш усатый нянь посадил на мою несчастную шею, а ведь ей и без этого хватает проблем с остеохондрозом.

– Тебя пожалеть, что ли? – недовольно скривился я.

– Лучше бы добить, – по усталому лицу Айболита было не понятно шутит он или же предельно серьезен. – Послушай, – он отпил еще кофе, отодвинулся от стола и подъехал ко мне поближе. – У тебя дар, судя по показателям, может прыгать до первой категории, а может падать ниже плинтуса. Всплески неравномерны и непредсказуемы. Каждый из них может тебя убить в самом что ни на есть прямом смысле слова. Каждый всплеск, Максим. Каждый! И вот ты сам лично решил устроить один такой из-за загулявшейся девчонки? Я всё правильно понимаю?

Я развел руками.

– Дети – цветы жизни.

– Ага, нарвал букет – подари маме. – Айболит шумно выдохнул через нос. – Зубы мне не заговаривай, Максим. Тебе рисковать нельзя.

– Почему?

– Потому. – Невозмутимо ответил доктор.

– А конкретней? – решил настоять я.

– Потому что! – Айболит вернулся к столу.

– Аргументация – мое уважение.

– Каков вопрос – таков и ответ, – доктор вцепился в кружку с кофе и выпил чуть ли не половину за раз. Видимо, он обжегся, так как злобно зашипел. – Вот ты знал, – Айболит снова повернулся ко мне, – что нельзя пить что-то, если при опускании в жидкость языка, ее температура причиняет дискомфорт?

– Не знал.

– Теперь знаешь.

– Почему нельзя?

– Это может спровоцировать рак, – док пожал тощими плечами и снова выпил кофе. – Но на мне не работает. У меня уже все есть. А у тебя нет. Но ты так с даром играешься, что у тебя шансов умереть гораздо больше, чему меня.

– Ты же говорил, что тебе надоело одно и то же повторять. Может, хватит? – я встал со стула.

– Так я бы и не повторял, если бы ты все с первого раза понял.

– Если я с первого раза не понял, то и с двадцать первого не пойму.