Чтение онлайн

За эти дни я успела там стать своей и познакомилась не только с друзьями Быка, с которым сильно сдружилась, но и с остальными духами. Среди них нашлось немало интересных личностей, и я даже сказала бы, что никогда ещё так увлекательно не проводила своё время, общаясь с такой разношерстной публикой. А уж в скольких интересных местах я успела побывать, вообще не поддавалось счёту. У нас уже сложилась своя компания, где возраст, образование, социальный статус и прочее не имели значения, и частенько по ночам мы облетали город, заглядывая в разные места, куда живой я бы точно не попала. Или вообще по приглашению других духов летали вплоть до других стран. Оказалось, что для общения с иностранцами не требовалось знать языки, потому что мы понимали друг друга, говоря на одном языке, что было для меня несколько странно. Куда бы я не попала, и с кем бы не общалась, мне казалось, что говорят на русском, а моими собеседники были уверены, что я говорю на их родном языке. Это ещё больше расширило мой кругозор и позволило познакомиться с занимательными личностями. И порой, возвращаясь с утра домой, я с иронией думала, что моя жизнь ещё никогда не била таким ключом, как сейчас. Мне настолько нравилось летать, и я научилась развивать такие ошеломляющие скорости, что уже не представляла, как могла раньше лишь ходить, живя без опьяняющего чувства свободы и лёгкости. Если бы не страх за родных, я радовалась бы такому вот существованию.

А страх с каждым днём становился всё сильнее. В большей степени за сестричку, и в меньшей - за действия отца. Вернее, сейчас, спустя тридцать семь дней страх за действия отца исчез.

Папа начал действовать на десятый день после моей смерти, и многое успел выяснить. Оказалось, что дворника на том участке улицы, где я распрощалась с жизнью, вообще не было. То есть, по документам он имелся, но фактически никто не работал. Начальник коммунального предприятия занимался мошенничеством. Один из его знакомых предложил ему поучаствовать в афере, смысл которой заключался в том, что люди, не желающие прерывать рабочий стаж, оформлялись дворниками или какими-нибудь разнорабочими, о чём делалась запись в трудовой, но фактически занимались своими делами, а их зарплаты начальник клал в свой карман. Обязанности же по уборке территории возлагались на магазины и офисы, расположенные на улице.

Узнав об этом, отец пришёл в ярость, а я испугалась, боясь, что он начнёт мстить или работникам магазинов, или тем, кто лишь числился дворниками. Но к счастью папа весь свой гнев обратил только на чиновников, понимая, что те кто числился, не несли ответственность за уборку и не получали за это зарплату, а работники магазинов не обязаны были чистить тротуар на всю ширину, а убирали лишь территорию непосредственно возле своих магазинов. А когда узнала, что отец собирается предпринять с начальником коммунального предприятия, вообще выдохнула с облегчением.

Имея обширные связи вплоть до мэра города, в предвыборную компанию которого вложил немало денег, отец начал широкомасштабную войну. Да-да, именно войну. По-другому назвать то, что происходило, я не могла. Побеседовав с некоторыми знакомыми, он ясно дал понять, что у властьдержащих есть только два выхода - либо не становиться у него на пути, потому что сметёт не глядя, либо помогать ему. А потом и намекнул, что лучше принять второй вариант, потому что на носу были выборы, и громкое дело о борьбе с коррупцией и злоупотреблениями только помогут повысить свои рейтинги и заработать дополнительные голоса избирателей. Поняв, что остановить отца не получится, те решили, что второй вариант очень даже приемлем и дали нужные указания о проверках.

Прокуратура уже не одну неделю копалась во всех делах коммунального предприятия, и нашла такие злоупотребления, что его начальнику и некоторым его подчинённым светили такие сроки вместе с конфискацией имущества, что мне самой становилось уже жалко этих людей. А сам судебный процесс обещал стать настолько громким, что не в одной нашей области теперь многие чиновники взялись рьяно исполнять свои обязанности, боясь, что и у них начнутся проверки на этой волне.

Наблюдая за всем этим, и осознавая, что папа никого не собирается убивать, а лишь желает опустить их на самое дно, лишив абсолютно всего, я успокоилась. Однако волнений хватало и без этого.

Андрей плотно занялся Линой и каждый раз видя его у нас дома, я чувствовала такую злость, что начинала метаться по комнате или вообще кричать сестричке в ухо, что перед ней подлец и моральный урод.

Уж не знаю, слышала ли она мои слова или интуитивно понимала, что Андрей совсем не такой, какой хочет казаться, но пока держала его на расстоянии. Хотя и не могу сказать, что отношения между ними складывались так плохо, как раньше.

Сначала, когда он только начала приезжать, она игнорировала его и закрывалась в комнате, оставляя моего бывшего жениха с отцом. Андрей аргументировал свои приезды тем, что не может отпустить меня и не представляет, как жить, хотя бы не имея возможности увидеть Лину, мою копию. Плюс, якобы жаждал узнать - как продвигается дело с наказанием виновных в моей смерти. А потом начинал припоминать разные истории из прошлого и они подолгу с отцом вспоминали меня. Так продолжалось пару недель, пока однажды Лина не решила остаться в гостиной. А ещё через неделю она и сама подключилась к этим разговорам, и это можно сказать вошло в традицию - вечерние приезды Андрея, ужин, а затем неспешные разговоры о прошлом.

Каждый раз наблюдая за происходящим, я удивлялась лицемерию Андрея и способности вот так врать, и даже порой ловила себя на мысли, что действительно верю в его скорбь, но тут же вспоминала девушку, с которой он развлекался и внутри поднималась волна ярости. Но, как и прежде, ничего не могла сделать, надеясь только на то, что Лина и дальше не поддастся ему. Однако уже видела, что она принимает его не так враждебно, как раньше и понимала, что если сестра продолжит настаивать на желании жить за меня, то может и ответить однажды на знаки внимания, которые Андрей уже начал проявлять. Он стал привозить ей то небольшие букеты цветов, то конфеты, то диски с музыкой и каждый раз говоря, что мне это когда-то нравилось, привлекал внимание Лины и поощрял её желание жить моей жизнью.

А сегодняшний вечер я вообще ждала с ужасом, потому что останься я жить, мы должны были сыграть свадьбу, и я понимала, что Андрей не оставит без внимания эту дату и что-нибудь может предпринять, чтобы сблизиться с Линой.

Летая под потолком холла, я поглядывала на часы, ожидая бывшего жениха и пытаясь предугадать, что он сделает, а потом мимо воли начала представлять нашу несостоявшуюся свадьбу. Но если раньше мысль, что я выйду замуж грела сердце, то теперь без отвращения я не могла об этом думать.

“Хм, вот не знаю теперь, моя смерть - зло или благо. Не умри я, ничего бы не узнала. Могла всю жизнь прожить с Андреем, нарожать ему детей и верила бы, что он самый хороший человек на свете. И это лучший вариант. А худший… Ох, даже представить страшно!” - подумала я, чувствуя как по телу проходит дрожь.

В начале седьмого в домофон позвонили, и спустя несколько минут в холл вошёл Андрей. С чёрном костюме, белоснежной рубашке, начищенных до блеска ботинках, он смотрелся настоящим франтом. А роскошный букет цветов дополнял эту парадную картину.

“Как я понимаю, он оделся сегодня так, как планировалось на свадьбу. А веник прихватил для Лины. Зря! Сестричка не оценит такое и это её оттолкнёт. По крайней мере, меня бы точно оттолкнуло и лишний раз напомнило, что передо мной несостоявшийся муж моей сестры, а такое сближению не способствует” - злорадно усмехнувшись, я довольно потёрла ладошки, уже представляя, как Лина разозлится, увидев Андрея.

И не ошиблась. Первым, кто обвёл моего бывшего женишка неодобрительным взглядом, являлся папа. Выйдя в холл, чтобы поприветствовать Андрея, он недовольно посмотрел на него и сухо поздоровавшись, кивнул пройти в гостиную. А через некоторое время спустилась и Лина. Прищурившись, она долго рассматривала Андрея, а когда он подарил букет, тут же бросила его на кресло и, не сказав ничего, села за стол.

Улыбаясь, я парила под люстрой и с удовольствием наблюдала, как Андрей, понявший свою оплошность и, стараясь разрядить ситуацию, снова вернувшись к воспоминаниям, ещё глубже увязает в недовольство моих родных.

“Дурак! Сегодня он ещё больше должен был показывать печаль и скорбь по мне, а вместо этого оделся, как на праздник! Как будто свататься пришёл! Это надолго позволит мне успокоиться насчёт его планов. Лина такое не скоро простит!” - с удовлетворением подумала я. А когда сестричка, быстро поужинав, вышла из-за стола, предварительно окатив Андрея ледяным взглядом, вообще чуть не захлопала в ладоши, радуясь, что теперь моему бывшему женишку придётся начинать всё чуть ли не с начала.