Чтение онлайн

Поэтому под причиной некоторого следствия мы будем понимать некоторый фактор, связанный со следствием неизменным отношением. Если следствием является то, что А страдает от дифтерии в момент времени lb, то под причиной мы будем понимать некоторое изменение С, такое, чтобы истинным было следующее: если имеет место С, то А будет страдать от дифтерии в момент времени t, а если С не имеет места, то А не будет страдать от дифтерии в момент времени t; это является истинным для всех значений А, С и t, где А является индивидом определенного типа, С – событием определенного типа, t – моментом времени.

Поиск причин, таким образом, может пониматься как попытка отыскания некоторого неизменного порядка между различными видами элементов или факторов. Специфическая природа данного порядка будет изменяться в зависимости от природы предметной области и цели исследования. Более того, специфическая природа элементов, между которыми ищется порядок, в различных исследованиях также будет разниться. В одних случаях мы заранее обладаем знанием неизменного порядка и некоторых элементов, и тогда мы стремимся отыскать только дополнительные элементы. Так, обнаруживая человека, умершего от ран, и обладая знанием условий, при которых случается подобного рода смерть, мы ищем убийцу. В других случаях нам могут быть известны элементы, и тогда мы ищем только неизменный порядок между ними. Так, мы можем установить, что горячая вода наливается в стакан и что стакан трескается; далее мы ищем структурные отношения, связывающие два эти процесса. Бывают также и случаи, когда мы можем заметить некоторое изменение, а затем приступить к отысканию других еще неизвестных изменений, связанных каким-то еще неизвестным способом с замеченным изменением. Так, мы можем увидеть северное сияние, а затем начать поиск обстоятельств, с которыми оно связано тем или иным способом.

Вид отыскиваемых нами элементов или изменений зависит от структуры интересующей нас упорядоченности. Ответ на вопрос «Кто убил эрцгерцога Фердинанда в Сараево» должен иметь следующую форму: «Человек или люди А, В, С и т. д. являются убийцами эрцгерцога». С другой стороны, на вопрос «Что убило эрцгерцога» следует отвечать согласно тому типу специфического порядка, который мы пытаемся получить, а также согласно цели нашего исследования. Один ответ может выглядеть так: «Причиной смерти был определенный револьвер». Другими возможными ответами являются следующие: «Причиной его смерти были определенные общественно-политические обстоятельства», «Прекращение поступления кислорода в клетки его тела стало причиной смерти». Иными словами, тип нужного нам порядка, равно как и тип отыскиваемых элементов, определяется природой проблемы, породившей исследование. Ответ, являющийся адекватным для одного вопроса, может быть неадекватным для другого.

В свете того, что существует огромное множество видов специфического порядка и факторов, способных быть объектами исследования, вера в возможность отыскать какие-либо общие правила для удовлетворительного объяснения всех возможных проблем может показаться абсурдной. Однако мы воздержимся от преждевременных выводов и внимательно исследуем экспериментальные методы, сформулированные Миллем.

Согласно Миллю, экспериментальные методы призваны выполнять двойственную функцию. Во-первых, они являются методами открытия причинно-следственных связей. Милль считал, что, используя данные методы, можно обнаружить порядок, по которому организованы факты. На возражения критиков он отвечал, что все умозаключения от опыта осуществляются именно с использованием экспериментальных методов. Если бы «с помощью методов наблюдения и эксперимента… никогда не было бы сделано никаких открытий, то тогда вообще не было бы сделано никаких открытий, ибо всякое открытие осуществляется с помощью процесса, сводимого к одному из этих двух методов» [77] . Именно эти методы предлагают первые обобщения, от которых зависит все последующее построение гипотез [78] .

Во-вторых, экспериментальные методы также обладают демонстративной функцией. Милль связывал задачу логики с доказательством. Согласно его позиции, индуктивная логика должна обеспечить «правила и модели (такие, как силлогизм и связанные с ним правила умозаключения), которым должны соответствовать индуктивные аргументы, для того чтобы быть обоснованными» [79] . Таким образом, эти методы должны представлять собой тесты для любой экспериментальной процедуры. Подобно тому как основание для некоторого суждения является окончательным, если отношения между суждениями, предложенными в качестве основания, и доказываемым суждением отвечают условиям необходимого следствия, «индуктивный аргумент», согласно Миллю, является обоснованным, если он согласуется с экспериментальными методами. Заключения, получаемые при исследовании реальных положений дел, могут, таким образом, быть абсолютно достоверными.

Мы сможем более взвешенно оценить данные два утверждения, если опишем общую природу данных методов и если при этом вспомним об условиях, при которых может проходить исследование. Сначала для исследования выбирается некоторая часть нашего опыта, являющаяся проблематичной. Суть проблемы должна формулироваться в терминах, описывающих ситуацию, породившую исследование. Анализ данной ситуации должен осуществляться путем разложения ее на ряд присутствующих или отсутствующих факторов, предположительно имеющих отношение к решению проблемы. Как мы уже видели, отыскиваемый нами порядок выразим в форме: С имеет низменное отношение к Е. Это означает, что в качестве причины нельзя рассматривать фактор, который существует при отсутствии следствия, или отсутствует при наличии следствия, или претерпевает какие-либо изменения без каких-либо соответствующих изменений в следствии. Функция эксперимента заключается в том, чтобы в случае каждого из факторов, рассматриваемого в качестве возможной причины, определить, имеет ли место неизменное отношение между ним и следствием. Если С и Е – два факта или процесса, то существует четыре возможные конъюнкции, которые мы можем обнаружить:

означают отсутствие указанных факторов. Чтобы показать, что С связано с Е неизменным отношением, мы должны попробовать показать, что вторая и третья альтернативы не имеют места. 

Когда проблематическая ситуация является составной и содержит в качестве компонентов отличимые друг от друга факторы, мы можем установить неизменное отношение между следствием и некоторыми из возможных причин только посредством демонстрации того, что эти возможные причины соответствуют или не соответствуют этому формальному условию существования неизменного отношения. Следовательно, для этого необходимо по очереди изменять возможные причины и устанавливать те из них, которые являются относительно независимыми друг от друга.

Мы сможем убедиться в том, что функция эксперимента является элиминативной. А методы экспериментального исследования обладают именно указанной функцией.

Независимо от того, ищем ли мы причину какого-либо события или его следствие, мы начинаем с ситуации, которая может быть отнесена к одному из видов. Предположим, что однажды утром мы обнаруживаем, что цветы во всех садах определенного поселка за ночь увяли. Как мы должны действовать, чтобы отыскать причину случившегося?

Первый принцип эксперимента гласит: если два или более примеров одного и того же явления обладают только одним общим фактором, то данный фактор, относительно которого все указанные примеры согласуются, и будет причиной (или следствием) исходного явления. Явление, которое мы исследуем, – это увядание цветов. Отдельными примерами являются цветы, увядшие в нескольких садах. Нам, таким образом, следует исследовать данные примеры на предмет обнаружения общих обстоятельств или факторов. Мы устанавливаем множество различий между садами: качество почвы, виды выращиваемых цветов, их размер, их расположение, характер садовников. Мы также обращаем внимание на то, что ночью имело место резкое падение температуры. На основании приведенного принципа мы заключаем, что падение температуры является причиной увядания цветов. В силу чего мы можем считать данное заключение обоснованным? Почему мы не можем сказать, что причиной является качество почвы? Ответы на эти вопросы могут заключаться в указании на то, что факторы, отсутствовавшие при наличии исследуемого явления, не могут быть связанными с ним неизменным отношением. Так, качество почвы не является одним и тем же в каждом примере увядших цветов. Следовательно, причиной должен быть общий фактор падения температуры. И действительно, известно, что резкие перепады в температуре опасны для растений. Возникает ощущение, что приведенный принцип представляет успешный метод как для обнаружения причин, так и для их «доказательства».

К сожалению, в данном примере мы знали причину увядания цветов до того, как применили указанный метод. Неудивительно, что нам удалось отыскать причину. Нам следует применить данный принцип для обнаружения причины явления, неизвестной нам заранее.

Так, потеря мужчинами волос есть явление, причина которого неизвестна. Если данный принцип представляет эффективный инструмент для научного открытия, то тогда ни один человек, знакомый с законами логики, не должен страдать от облысения. Следуя данному принципу, мы берем не менее двух лысых мужчин и ищем среди них нечто общее. Однако мы тут же сталкиваемся с огромными сложностями. Данный принцип требует, чтобы мужчины различались во всем, кроме чего-то одного. Если нам удастся отыскать несколько мужчин, удовлетворяющих данному условию, то это будет редким везением (хотя, скорее всего, данный пример будет указывать лишь на отсутствие у нас достаточного воображения для усмотрения каких-либо общих факторов в этих людях). Если мы будем недостаточно тщательно проводить наш поиск, то мы сможем сказать и то, что единственной общей чертой среди всех них является то, что все они являются органическими телами.