Чтение онлайн

– Марго, прекрати истерику. Приезжай домой, мы все обсудим.

– В суде будем разговаривать. Я у тебя все до копейки отсужу!

– Любимая, включи голову! – голос мужа становится ледяным. – Компания всегда была моей. Дом куплен в кредит, и платили за него мы с моего счета. А что касается вещей... платья, конечно, твои. – Он усмехается. – На серьги и бусики я тоже не претендую.

– Я найму самого лучшего юриста. Он оставит тебя с голым задом.

– А на какие шиши ты его наймешь? – цокает языком подонок. – Сколько у тебя осталось денег? На неделю? На две?

Вместо ответа я кошусь на шаурму в левой руке. Мясо больше похоже на обугленную куриную кожу. Вместо помидоров – кетчуп. А в качестве зелени – мелко нашинкованная белокочанная капуста с майонезом. Вся моя еда за день. Мой новый уровень!

Не удивлюсь, если даже бездомные питаются лучше.

– Марго, я люблю тебя, – голос мужа снова смягчается. – Вернись, и все будет как прежде. Я готов простить этот твой срыв.

Простить. Мне. Срыв?

Я всегда гордилась своим терпением, но сейчас не выдерживаю.

– Да пошел ты, знаешь куда?! Пусть тебя любовница прощает! Или твоя мамаша! Или клиенты, работники, наш садовник и остальные! – Жму на экран, сбрасывая звонок.

Внутри все булькает от злости. Отчаяние ядом растекается по венам и горячими слезами подступает к глазам.

Уже второй день моей новой жуткой реальности, но легче не становится.

Только хуже и обиднее!

– Почему?! – спрашиваю я у моря. – Почему?.. – смотрю на чайку, равнодушно разгуливающую по берегу.

От бессилия хочется швырнуть телефон в море, разбить его об асфальт и закричать... Громко! Очень громко! Так громко, чтобы весь город услышал. Но вместо этого я стискиваю зубы, выкидываю в ближайшую урну недоеденную шаурму и пишу сообщение Лизе:

«Привет, родная. Твоя мама временно на мели. Надеюсь, диванчик свободен?»

Глава 8

Квартира Лизы – однушка на окраине Сочи, подарок от моего отца на совершеннолетие внучки. Тогда я была против – зачем Лизе свое жилье, когда у нас огромный дом с пятью спальнями и видом на море? Но папа настоял: «Пусть будет. Мало ли что в жизни случится».

Сейчас благодаря его дальновидности у меня есть крыша над головой и не нужно воевать с мужем за право жить в своем доме.

Впрочем, с последним дочка категорически не согласна. Она готова ругаться вместо меня с Игорем, найти его Веронику и устроить им обоим кошмар наяву.

Успокоить эту боевую беременяшку оказывается не так уж просто.

– Это не ты, а он должен свалить из дома! – возмущается моя девочка. – Он не заслуживает жить в роскоши, пока ты ютишься здесь!

Раскрасневшаяся от злости, она хватается за телефон, чтобы позвонить отцу. Потом вызывает такси, чтобы поехать к нему лично. И лишь после долгого обличительного монолога позволяет мне высказаться.

– Дай мне немного времени. Неделю или две, – прошу я. – Там я не смогу переварить весь этот кошмар. Все будет напоминать о предательстве. К тому же твой папа не оставит меня в покое. И ни за что не съедет.

Не знаю, что именно убеждает ее сдаться, но в двенадцать у меня наконец появляется новое место жительства – раскладной диванчик на кухне. Узкий, жесткий, рядом с холодильником, который гудит не переставая. Возле окна с чудесным видом на серую стену соседнего дома.

***

Утром первым делом пытаюсь найти работу.

Чтобы не сидеть на шее беременной дочери, я обновляю резюме, рассылаю его во все агентства недвижимости города. Звоню бывшим клиентам – тем, кому помогала найти офисы, склады и торговые площади. Пишу знакомым риелторам, с которыми пересекалась на сделках.

Привыкшая, что они всегда отвечают, я три дня терпеливо жду. А на четвертый день молчания получаю первое и единственное сообщение: «Маргарита Сергеевна, мы бы с радостью приняли такого опытного специалиста. К сожалению, из партнерских соображений вынуждены вам отказать».

Все еще не веря, что оказалась за бортом, я всю неделю проверяю почту. Шлю повторные письма. И к воскресенью разрешаю себе открыть глаза – Игорь опередил меня и здесь. Он обзвонил всех, с кем мы работали двадцать два года. Объяснил ситуацию так, как выгодно ему. И расставил точки над «и».

Выплакавшись в подушку, с понедельника я начинаю искать что-то другое.

Откликаюсь на вакансию администратора в отель, менеджера в салон красоты, продавца-консультанта в магазин одежды. Даже на должность секретаря в стоматологическую клинику.

После моей прежней должности такая работа будет словно отдых в санатории. Ничего сложного или заумного. Ни командировок с перелетами, ни вечного стресса из-за дорогой недвижимости, ни взвода подчиненных, которых нужно обеспечить работой, зарплатой и премиями.

Однако вскоре выясняется, что мой прошлый успех – скорее недостаток, чем достоинство.

«Двадцать два года работы заместителем директора крупной компании... Впечатляет! А почему вдруг решили сменить сферу?» – эту фразу, почти слово в слово, задают мне на трех собеседованиях подряд.

Каждый раз я отвечаю: «Личные обстоятельства». Молчу об отвратительном поступке мужа. Но результат прежний – никто не перезванивает, не пишет и не зовет на работу.

Через две недели таких попыток я сижу на своем диванчике, уткнувшись в телефон, и ловлю себя на странной мысли – мне не к кому обратиться за помощью.

Родители – в счастливом неведении о моем разводе и безработице. Папе с его больным сердцем – такие новости опасны, а мама... Есть у меня подозрение, что моя сердобольная мама предложит помириться с Игорем и забыть об измене.

С подругами дела обстоят еще печальнее. Их у меня нет. Есть знакомые. Много знакомых. Бывшие коллеги, с которыми вместе работала над проектами. Клиентки и жены клиентов. Женщины из спортзала, где я изредка появлялась по воскресеньям. И никого, кому можно позвонить и сказать: «Мне плохо».

Последнее, наверное, самое грустное.

За годы брака я редко находила время на отдых, а что касается дружбы – на нее времени не было вообще.

Вместо женских посиделок у меня были корпоративы. Вместо уютных разговоров по душам – встречи с инвесторами. А вместо дружных поездок за город на шашлыки или в баню – рестораны с мужем и отсыпные между командировками.