Выбирая жизнь
Шрифт:
— Никогда больше так не делайте, Виррис, если сами этого не хотите. Я ждал столько времени — подожду ещё.
Он довёл её, досадливо кусающую губы, до дверей её спальни, шагнул следом, взмахом руки отогнул край одеяла на её кровати.
— Простите меня, Бьорд, — неловко выдавила девушка, пряча глаза. — Я правда хотела, как лучше, чтобы вы…
— Я хочу, чтобы мы разделили это на двоих, как положено паре, — тихо сказал он, почти спокойно снимая с Вир халат, подталкивая лечь. — Не надо делать мне одолжение, прошу вас. Я не хочу, чтобы вы меня только терпели.
Как всё глупо обернулось-то!
Виррис поспешно схватила Бьорда за руку.
— Подождите! Я… Наверное, я слишком поспешила, но я не хотела… Бьорд, я постараюсь… привыкнуть к вам. — Её лицо снова порозовело. — Да, мне просто нужно получше привыкнуть, узнать вас поближе.
— Куда уж ближе-то? — невольно хмыкнул муж, разводя руками.
В брюках с расстёгнутым болтающимся ремнём, и ниже пряжки она старалась не смотреть, без рубашки, с голым торсом, он стоял над ней и в глазах плескалась нежная грусть. Невыносимо. Лучше бы накричал или ударил.
— Я хотела предложить…если хотите, можно попробовать…я так, возможно, быстрее привыкну. Всё-таки вы мне муж, и мы договорились… Словом, вы можете ночевать здесь.
Она окончательно сбилась и последние слова почти прошептала. Зоратт присел рядом на корточки, накрыл девушку одеялом, поправил волосы, не удержался, подтянул к себе её руку и поцеловал запястье.
— Я подумаю над вашим щедрым предложением, — уголки тонких губ дёрнулись в мягкой улыбке. — Нельзя так дразнить мужчину, жена моя. Доброй ночи, любимая.
Тихо стукнула створка двери, и Виррис осталась один на один со своей растерянностью и поражением.
***
Арви Вейсдгар слушал нестройное пение сестёр Саутер, погодок, миленьких девиц на выданье, и прикидывал, сколько времени ещё уместно будет просидеть в этих душных стенах. Племянницы начальника дворцовой стражи старались вовсю, и благосклонно улыбалась леди Саутер, а он жалел, что принял приглашение. Лучше бы покрылся пятнистым мехом и прогулялся по сонному Шелтарскому лесу. Свежий воздух и свобода, и бескрайнее небо над головой. Зверю довольно.
Едва образовалась пауза (баллада, к слову, была вполне сносной, если бы не исполнение), юноша извинился перед дамами и поспешил на балкон. С парфюмом сегодняшним вечером тоже перебор, уж на что крепкая голова, а виски так и ломит. Арви вдохнул полной грудью… и согнулся пополам от резкой боли. Прошило всего, от макушки до самого нутра, словно в него вогнали раскалённый железный прут. Он пытался сделать вдох, перед глазами плавала темнота, проступившие когти скребли по холодному камню. Внутри бесился, рыдал и выл ортейр, натуральным волком выл, и дёргал немедленно перемахнуть через перила и бежать… Куда?
Через боль и невыносимую тяжесть человеку удалось сделать судорожный глоток воздуха. Выворачивающая нутро боль отступила немного, дав передышку, но в груди пекло и тянуло так, словно ему от души наподдали шквалом ледяных мячей, а он, как котёнок беспомощный, не сумел выставить щиты.
Отравили..? Да ерунда какая-то! Ортейры практически невосприимчивы к ядам, да и зверь вёл бы себя иначе, да и вообще — с чего бы? Арви поднялся на ноги, подышал, чувствуя, как на смену странной боли приходит тоска; оглянулся на прикрытую балконную дверь, не видел ли кто его слабости. За дверью звенели клавиши и струны, и бил по ушам раздражающий жеманный смех. Вейсдгар попрощался с гостеприимными хозяевами, поняв, что ни мгновения больше не усидит здесь, в этом роскошном напоказ доме. Извинился, заверил, рассыпался в комплиментах, выразил надежду, уклончиво ответил вместо обещания — а самого так и тянуло прочь. Домчаться, успеть, перехватить, не дать… Ортейр сходил с ума, а человек абсолютно ничего не понимал.
И только за два дома до дядиного особняка понял, что ряд ярких эмоций, беспросветных, отчаянных и тоскливых — не его. Что чего-то страшного, непоправимого, разбивающего на сотни осколков — не случилось, и тиски боли медленно разжались, освобождая — на этот раз. И что зверь внутри успокаивается и урчит, стоит представить перед мысленным взором тонкие черты лица и огромные карие глаза с едва заметными золотистыми искорками. Арви остановился, убедился, что поблизости никого нет, поспешно набросил скрывающую иллюзию, повёл плечами, будто бы ухнул в пропасть, собравшись заново — крупным кошаком, и так, незаметный человеческому глазу, на полной скорости рванул к южным воротам.
Глава 10
С утра он поцеловал ей руку. Герриардский этикет! И улыбался так, что неловкость, мучившая Виррис всю ночь и кусочек утра, стыдливо поджала хвост и растворилась в тёплом сиянии прозрачно-аквамариновых глаз.
— Я не смогу ночевать в вашей постели, — сказал Бьорд, провожая девушку к завтраку. — Слишком велик соблазн. Но, возможно, пожелания доброго утра и доброй ночи позволят вам… привыкнуть ко мне быстрее?
Виррис в недоумении подняла голову, и её лицо тут же очутилось в мужниных ладонях.
— Менее дистанционное пожелание, жена моя, — с негромким смехом пояснил он.
И поцеловал на верхних ступеньках лестницы. После чего повёл завтракать, ещё более обескураженную. И казалось, пребывал в превосходном расположении духа, несмотря на вчерашнюю скомканную сцену. В дверях столовой Бьорд замешкался, провалившись в себя на пару мгновений и, хмыкнув неопределённо, помог девушке занять своё место за столом.
— Арви неважно себя чувствует и не спустится. Приносит свои извинения и всё такое. Не знаю, что мне с вами делать! Совсем от рук отбились, никакого порядка!
Голос звучал насмешливо, но меж бровей пролегла тревожная складка.
— Ничего не понимаю, — призналась Виррис, разглядывая содержимое блюд и тарелочек.
— Вот и я не очень, — подхватил Зоратт. — Арви не кисейная барышня, чтобы дурно себя чувствовать после званого вечера. Похмелье оборотням не грозит, да и не знаю я за ним пристрастия к алкогольным возлияниям. Перетанцевал, что ли? И вы…
— Я хотела как лучше, — пробормотала Вир, пытаясь не покраснеть.
И сдерживаясь от расспросов о темноглазом юноше. Заболел..? Ортейры болеют?
— Я понял, — криво улыбнулся муж и подсунул ей тёплый кусок пирога с начинкой из малины и сливочного крема. — Какие у вас планы на вечер? Агату требуется прогулка, да и ваша красавица заскучала. Составите компанию?
Виррис, помедлив, кивнула, и муж снова улыбнулся.
— В первой половине дня мне нужно съездить к госпоже Фелрейн, обсудить новый заказ. Но это не займёт весь день: к счастью, дама всегда знает, чего хочет, и быстро определяется, так что…
— Виррис, мне казалось, у вас больше нет необходимости брать работу, — мягко напомнил Зоратт.