Выбирая жизнь
Шрифт:
— Я не могу ей отказать, — улыбнулась девушка. — Да и не заработка ради берусь, мне просто нравится процесс создания одежды. Я почти от всех заказчиц отказалась, но есть такие, которых терять совсем не хочется. Я не привыкла сидеть совсем без дела, Бьорд. Но, если вы против…
— Если вам в радость — то, конечно, нет. Только прошу вас: не ездите одна, возьмите сопровождающего.
Девушка раздражённо выдохнула.
— Сколько ещё это будет продолжаться? Неужели лорд Тивис до сих пор не успокоился?
Зоратт мягко дотронулся до её руки.
— Судя по следилкам вокруг нашего дома и попытке подкупить одну из горничных, о чём недавно доложил Берг — нет. Мне самому любопытно, когда уже он отстанет, и пока что лучше перестраховаться. Обещаете?
Супруга мрачно кивнула.
И нашла в себе силы проводить мужа, как правильная допропорядочная жена, разве что целовать его в дверях не стала, предыдущего хватило с избытком.
А того, что восхитительная снежная магия всё ещё не у неё, всё-таки жаль. Кончики пальцев нет-нет, да покалывало чем-то новым, просящимся наружу.
Отправив госпоже Фелрейн записку, в ожидании ответа вышла в сад, подышать воздухом, и ноги сами собой понесли за дом, туда, где деревья росли гуще, даря прохладу и тень, где со стороны конюшни слышалось негромкое конское ржание, а с противоположной стороны, за небольшой изгородью, летом радующей глаз пышными белыми розами, располагалась кружевная беседка. К ней девушка и направилась, желая провести немного времени в уединении. Порядок царил в её жизни лишь внешний, один на один с собой она словно барахталась в тёмных липких подах, не зная, в какую сторону плыть.
…Откуда он подошёл — не заметила. Может, с самого начала лежал здесь, частично слившись с белым настилом пола, частично скрытый овальным столиком и вазой с благоухающими свежесрезанными цветами, и не решился нарушить её погружение в невесёлые мысли. Места в беседке было предостаточно, чтобы вместить крупное вытянутое тело, серебристо-белое, в красивые тёмно-серые пятнышки. Редко, очень редко на её памяти блистательный аристократ являл себя в животном обличье, а тут — вот, на расстоянии вытянутой руки. Сначала она услышала запах: яркую смородину, разбавленную перечными нотами, а потом увидела, что в беседке не одна. Виррис замерла, как зачарованная, прикипев взглядом к гипнотическим ортейровым глазам. Медленно приподнялась большая голова, в зверином горле родился тихий вибрирующий звук. Ортейры не рычат, но умеют нечто схожее с кошачьим мурлыканьем, мягким, чарующим, и всё же в первые секунды девушка напряглась. Не сказать, чтобы она боялась этого зверя, особенно после слов Арви, но всё же…
Ортейр плавно поднялся, переступил лапами — и оказался рядом с Виррис.
— Д-доброе утро, Арви, — неловко выговорила Вир. — Надеюсь, вам лучше: Бьорд сказал, вы…ты… Ох. Когда ты в таком облике, не очень выходит соблюдать этикет. Вы же… ты понимаешь меня, или ты сейчас полностью зверь?
Большой кошак издал звук, похожий на негромкий чих. И ещё раз, и это смахивало на смех. И положил голову ей на колени. Виррис опешила, неловко приподняв руки, а в ортейровом горле снова родились умиротворяющие звуки. Помедлив, девушка положила ладонь на мягкий мех, зарылась пальцами, и зверь отозвался шумным выдохом и новой серией урчания. Аромат смородины сделался ярче. Осмелев, Вир принялась гладить и почёсывать великолепную шкуру, чистый бархат и шёлк под руками. Закрылись тёмно-серые глаза, а она быстро оглядела эту часть сада, но слуг поблизости не наблюдалось.
— Ты очень красивый, — сообщила девушка зверю.
Ортейр никак не отреагировал на комплимент, но блаженствовал в её руках совершенно неприкрыто.
Над её ладонями запорхала бумажная птичка, и Арви-зверь недовольно открыл глаза, а Виррис подцепила записку пальцами.
— Прости, это от заказчицы, она подтверждает время встречи. Пора ехать. Можно я..?
Ортейр поднял голову, и её ногам стало холодно. Сделав несколько мягких шагов назад, большой кошак поплыл очертаниями, заискрился снежным вихрем — эффектно! — и собрался снова — человеком. Поправил манжеты и узел шейного платка и улыбнулся — задорной мальчишеской улыбкой.
— Я могу сопроводить вас к леди, — просто сказал Арви и кашлянул, стирая несколько хрипловатых нот в голосе. — А потом забрать и привезти домой.
Вир колебалась самую малость: вроде этикетом это не возбраняется.
— Буду очень признательна. Зо…Бьорд беспокоится о моей безопасности…
— Я знаю. И вы можете обращаться ко мне по-простому, когда я во второй ипостаси, зверю на приличия плевать.
— О, так вы…
— Конечно, я понимаю речь в любом обличье, — засмеялся виконт. — Всё-таки контроль — у меня-человека. Мне кажется, я об этом как-то говорил.
Виррис быстро приложила ладони к щекам и выскользнула из беседки.
— Не смущайтесь, — попросил Арви. — Ортейр любит, когда его хвалят. От вас — вдвойне приятно.
Она сокрушённо покачала головой. Эти звери — ходячее орудие убийства, опасные, сильные, а она его как кошку наглаживала, расслабившись совершенно неприлично!
— Как ваше самочувствие?
— Прекрасно, — пожал он плечами.
— М-м-м, не понимаю, Бьорд мне солгал?
— Нет. Но у меня нет внятных объяснений. Звериной ипостаси нездоровилось. Не знаю, как объяснить точнее, но сейчас всё замечательно. Не заостряйте внимание, Виррис. Вам нужно взять с собой какие-то материалы, образцы? Я прикажу подготовить экипаж.
Девушка моргнула растерянно.
— Да, я зайду переодеться и возьму всё необходимое.
— Жду вас у ворот. И…простите нам мою выходку. Я имею в виду ортейра. Я постараюсь больше не позволять ему ничего по…
— Ваш зверь прекрасен, — возразила Виррис с дрожащей улыбкой.
И убежала в дом.
Поездка к госпоже Мирте прошла в непринуждённой светской болтовне, Арви сдал дядину супругу практически с рук на руки громкоголосой офицерской вдове и удалился, обещав вернуться через пару часов.
— Приятный молодой человек, — заявила дама, глядя вслед удаляющейся рослой фигуре. — Немного сноб, а так неплохой. Но твой муж всё-таки лучше.
— Я знаю, — как можно убедительнее отозвалась Виррис. — Ещё я знаю, что вы не очень-то жалуете кружева, госпожа Мирта, но я всё-таки взяла на себя смелость захватить вам несколько дивных образцов, чтобы…
Переключившись на моду, фасоны и выкройки, женщины скрылись в небольшом, но довольно уютном жилище госпожи Фелрейн.
На обратном пути виконт Вейсдгар больше молчал и похожим с дядиным жестом крутил бриллиантовую капельку в ухе. Но Виррис испытывала запретную радость и в молчании, зато — вот он, сидит напротив, почти рядом, затопив тесное пространство остро-пряным ароматом перца с тонкими вкраплениями смородины. Тревожится? Нервничает? Раздражён? Словно почуяв её смятение, юноша успокаивающе и виновато улыбнулся, а по возвращении, поднимаясь вместе с девушкой по лестнице, остановился на втором этаже и заговорил, сбивчиво и непривычно смущённо.
— Виррис, я всё-таки… Сначала думал, что не нужно, не решался, но я хочу вам…Чтобы это было у вас. Правда, я обещал что-нибудь шикарное, грандиозное, но… — Досадливо тряхнул головой и взял контроль над голосом. — Я привёз вам обещанный подарок, искал специально что-то необычное, редкое. Но вдруг стало неудобно и неловко вручать вам его при дяде, а сейчас думаю: пусть у вас останется что-то от меня лично… Словом, я хочу отдать вам подарок, могу я..?
У неё снова вспыхнули скулы.
— Конечно, можете, Арви, — тихо ответила Вир. — Вы же составите мне компанию за обедом?